Чтение онлайн

— Что?

— Бобы! Они светятся и вроде бы сами закапываются в землю!

— Невозможно, — отрезала миссис Шпротт, похлопывая его по плечу. — Я завтра их отыщу. Пошли в дом, накрапывает.

Но Джек так легко не сдавался и еще минут двадцать рыскал по участку, прежде чем бросить поиски. Он пообещал приложить все усилия для возвращения Стаббза, поцеловал маму и уехал.

— Не беспокойся, — утешила мужа Мадлен, как только он вернулся домой и рассказал ей о Стаббзе. — Все могло быть и хуже.

— Куда уж хуже!

— Мог пойти дождь.

— Да он и пошел тогда. Понимаешь, когда она выбросила бобы в окно, меня охватило странное чувство. Как будто все это уже было.

— Дежавю?

— Вроде того. Но не только. Ощущение неизбежности. Тебе это не кажется странным?

— Похоже, ты немного волнуешься насчет Лиги. Или насчет этого свинского дела. Или насчет роспуска ОСП. Или насчет Звонна. Или насчет нынешнего твоего дела. Или…

— Ладно, ладно! — улыбнулся он. — Я все понял.

— Вот, — сказала она и протянула ему мисочку Стиви, — попытайся скормить ему это. Ужин приготовить осилишь?

— Конечно.

Мадлен сняла фартук и присела отдохнуть за кухонный стол. Она не успевала сдать к сроку несколько работ, но слишком любила Стиви, чтобы завести няню.

— Как дела на работе?

— Звонн пытался надавить, чтобы ему передали дело Болтая, но, похоже, все его происки не увенчались успехом.

— Опасайся Звонна, дорогой, — предостерегла Мадлен.

— Я справлюсь с ним.

В последнем он очень сомневался, но на душе у него полегчало.

В дверь постучали, Мадлен открыла. На пороге стоял Прометей, одетый совершенно не по погоде — в помятый белый льняной костюм и панаму.

— Миссис Шпротт, — сказал он и приподнял шляпу, — меня зовут Прометей.

— Джек! — позвала она. — Похоже, это к тебе.

Он мигом появился из кухни.

— А, Прометей! Добро пожаловать. Это моя жена Мадлен. Дорогая, это тот самый квартирант, о котором я тебе говорил. Он сказал, если потребуется, то и с ребенком посидит.

— Минутку. — Мадлен отозвала Джека к лестнице, чтобы перекинуться парой слов наедине. — Надеюсь, этот жилец не будет похож на ту шлюшку Китти Фишер? [34]

— Нет-нет!

— Я не хочу, чтобы бабушкин флигель превратился в бордель!

— Тише. Прометей совсем другой. Кроме того, Джером пишет реферат по Древней Греции, и ему понадобится помощь. Что мы-то с тобой понимаем в истории?

Мадлен пожала плечами и вернулась к входной двери, где терпеливо мок под дождем Прометей.

— Входите, пожалуйста — сказала она, — и обсудим наши условия.

— Спасибо.

Они прошли на кухню. Стиви дали печенину, тут же отправленную на пол. Кошка приоткрыла глаз и снова закрыла его. Малыш уставился на Прометея со всей серьезностью годовалого человека.

— Дю-дю, — сказал он наконец.

— Агу, — ответил Прометей.

— Дю? — засомневался Стиви.

— Бу-бу. Буль-буль, — ответил Прометей с широкой улыбкой.

— Дю-дю! — расхохотался Стиви.

— Вы говорите на детском? — удивился Джек.

— Свободно. В учебном центре для взрослых читают курс, а у меня много времени.

— И что он сказал?

— Не знаю.

— Но я думал, что вы говорите по-детски!

— Говорю. Но ваш ребенок по-детски не говорит. Похоже, он общается на смеси предходункового языка, форме детского бормотания или на неразборчивом диалекте длиннословного сленга. В любом случае я ни словечка не понял.

— О-о.

— Bay! — воскликнула Меган, которая только что вошла в комнату. Она подскочила к матери и стиснула ее руку. — Ведь это Прометей, да? Ну скажи, что да! Я же знаю! Завтра всем в школе расскажу! Мисс Долбник большая его фанатка! А он не может прийти в школу и рассказать, как орел клевал его печень? Мама! Ну пожалуйста!

— Милая, я…

Тут появился Бен. Поскольку ему уже исполнилось шестнадцать лет, он, следуя подростковой моде, ничему и никому не удивлялся. Однако Прометей оказался исключением.

— Огнедаритель! — ахнул он. — С ума сойти! Парень, ты мне нравишься!

— Это ты парень, — спокойно поправил его титан. — А я — Прометей.

Бен разинул рот. Ну что тут скажешь? Прометей скромно улыбнулся. Ему нравились поклонники из среды бунтующей молодежи. В конце концов, он ведь сам был мятежником из мятежников: нужно немало пороху, чтобы восстать против Зевса.

— А я Бен, — сказал наконец парнишка. — Ты тут надолго?

— Возможно, это наш новый жилец, — вклинился Джек.

Бен округлил глаза.

— Суперкруто! А ты расскажешь про этих… как их… арфий?

— Щас! — взвилась Меган, скрещивая руки на груди и надувая губы. — Это мой хит! Твои тупые подружки подождут!

— Перебьешься!

В кухню сунулась Пандора в коротком махровом халатике, с влажными после душа волосами. Она еще не знала, что у них гость.

— Ой! — вспыхнула она и бросилась по лестнице наверх одеться, но на полпути остановилась, чтобы украдкой еще раз глянуть на Прометея.

Тот смотрел ей вслед, и Джеку пришлось ткнуть его в бок, чтобы тот прекратил пялиться.

Мадлен смягчилась. Она беспокоилась насчет детей, но, похоже, Прометей неплохо с ними поладил.

— Добро пожаловать, мистер Прометей.

— Спасибо, — улыбнулся титан. — И зовите меня Прометеем, без всяких «мистеров».

Мадлен поставила чайник и продолжила:

— Нечасто доводится принимать у себя политических эмигрантов. Я с интересом наблюдала за вашей борьбой. Может, поговорим чуть позже о Древней Греции?

Прометей еще раз коротко поклонился и вежливо улыбнулся.

— Понимаете, — начал он, — «Древняя Греция» — термин не совсем корректный. Когда я там жил, это был просто конгломерат городов-государств: Афины, Спарта, Фивы, Дельфы и так далее. Спарта — суровое место для подрастающего поколения, но Афины — сущий кошмар. Всюду народ в простынях, набитый всяческими идеями. Нам приходилось использовать такую штуку — остракизм, чтобы выставлять из города тех, кто пришелся не ко двору. Мне кажется, передача «Я идиот, пустите меня в телик!» функционирует примерно в том же формате. Ваше представление о Греции как таковой начинается только со времен ее разделения Диоклетианом в двести восемьдесят шестом году. Я расскажу тебе о гарпиях, Бен, и с удовольствием поработаю твоим хитом, Меган. Джек, я неплохо разбираюсь в регулировке колесной оси «аллегро».