Чтение онлайн

–  Да, господин.
– Кирик подскочил к двери и услужливо распахнул её перед хозяином.

На пути к покоям любовницы Даниэль встретил десятка два придворных и примерно столько же слуг. Кирику показалось, что бернийцы намеренно демонстрируют гостю осведомлённость о его связи с королевой. Придворные кланялись Даниэлю, перекидывались с ним парой-тройкой фраз, а потом спешно удалялись, будто вспомнив, что князь торопится. Кирик шёл за хозяином и раздражённо думал: "Как я буду красть серьги на глазах у всего замка?! Они же глаз не сомкнут, пока князь не покинет покои Кармины, и под благовидным предлогом будут толпами болтаться возле её дверей!"

"Хватит ныть, Кир, толпы я возьму на себя!" - раздалось в голове воришки. Кир вздрогнул и посмотрел в спину Даниэля, который разговаривал с очередной приставучей аристократкой. "Почему Вы сами не можете снять серьги с королевы, господин?" - мысленно спросил Кирик и прислушался. Однако князь то ли не услышал его, то ли не удостоил ответом. Он поцеловал руку фрейлины и зашагал дальше.

У покоев королевы Даниэль притормозил и строго посмотрел на Кирика:

–  Ты поймёшь, когда начать!

Князь скрылся за дверью, а слуга прислонился спиной к каменной стене и, ощутив её прохладу, прикрыл глаза. "Зря я покинул Грану, - удручённо думал он.
– Я же мог стать учеником какого-нибудь приятеля Рема, и моя жизнь была бы более предсказуемой и менее опасной". Вор потёр кончики пальцев: благодаря мази Даниэля, кожа на них стала мягкой, но ещё не настолько, чтобы Кир мог снова гордиться своими руками. "Но для сегодняшнего дела - сойдёт! Подумаешь, пальцы переплести!
– Кирик вздохнул, вспомнив череду неудач, преследовавших его с момента смерти Рема, и твёрдо сказал себе: - На этот раз у меня получится!"

Вопреки опасениям Кира, в коридоре не было ни одной живой души. По расчётам воришки прошло уже больше часа, но обещанного князем понимания не наступало. Кирик занервничал и стал ходить взад вперёд перед дверями королевских покоев.

–  Скорей бы уж, - с досадой прошептал он, и вдруг ощутил, что воздух в коридоре стал гуще и тяжелее. Кир сглотнул комок в горле, толкнул дверь и испуганно вскрикнул: в гостиной Кармины стояла горничная с кувшином в руках и бессмысленно таращилась прямо перед собой. Набрав в грудь воздуха, юноша прокрался мимо неё и юркнул в спальню. Даниэль и Кармина, обнявшись, лежали в постели. Они, как и горничная, не шевелились. Вор нервно икнул и на ватных ногах приблизился к кровати.

–  Быстрее, - одними губами прошептал Даниэль, глядя на слугу бессмысленными, остекленевшими глазами.

Кирик мотнул головой и поспешно отвернулся. Силясь унять дрожь в руках, он несколько раз сжал и разжал кулаки, затем склонился над Карминой и, как показывал Даниэль, двумя пальцами сжал золотую серёжку, постучал по ней и произнёс магические слова. Серьга с тихим щелчком отделилась от уха королевы и упала ему в ладонь. Кирик выхватил из кармана мешочек… И тут леди Кармина пошевелилась.

–  Что-то не так!
– прошипел Даниэль, отчаянно вращая глазами, словно пытаясь осмотреть комнату.
– Уходи!!! Немедленно!!!

"Я так и знал!" - обречённо подумал Кирик.

–  Беги!!!

–  Бегу, - зачем-то сказал Кирик, сунул Серьгу в мешочек, сжал его в кулаке и замер, обдумывая, куда бежать. В гостиной раздались шаги, и юноша вжал голову в плечи: "Сейчас меня поймают! Не хочу умирать! Хочу домой!" И вдруг пол под его ногами качнулся, стены завертелись, точно Кир оказался на карусели, и спальня королевы провалилась в небытие…

Даниэль по-звериному рыкнул, с усилием разжал объятья и откинулся на спину:

–  Юлий! Я должен был догадаться… - Он взглянул на вошедшего в спальню мужчину и зло усмехнулся.

–  Ты стал слишком самоуверенным, Дан. Тебя легко поймать.
– Высокий, как шест, и худой, как сушёная рыба, мужчина уселся на край кровати, ничуть не смущаясь наготы собеседника.

–  Хочешь поговорить? Слушаю!
– Даниэль оскалился и стал похож на разозлившуюся лисицу.

–  Плеяда против того, чтобы ты отправлялся в Верниру. Ты должен немедленно вернуться в Ингур! Это приказ!

–  А если я откажусь?
– лукаво прищурился Даниэль.
– Отшлёпаешь?

–  Меня послал Константин!
– сурово сказал Юлий, подобрал с пола штаны и рубашку и швырнул их Даниэлю.
– Я не должен был допустить, чтобы ты вновь завладел Серьгами Божены! Но разве тебя остановишь?!
– Маг злорадно улыбнулся: - Зато теперь тебя точно лишат дара! И заступничество корифея не спасёт! Проведёшь остаток жизни гончаром или плотником!

–  Подлец!
– не выдержал Даниэль.

–  На месте корифея, я лишил бы тебя дара в детстве!

–  Слава Экре! Ты не корифей!

–  А жаль! У меня бы ты не забаловался! Ты позоришь своих достохвальных родителей и великого деда!

–  Достохвальные родители!
– передразнил его Даниэль и горько скривился. Ему было больно вспоминать о людях, давших ему жизнь…

Когда у Яна и Барбары родился сын, они были на седьмом небе от счастья. В течение месяца родители нянчились с младенцем, а потом Ян получил приказ отправиться в поход. И тут Барбара, нежная и заботливая мать, заявила, что едет вместе с мужем. Ян и Константин попытались убедить её остаться дома, но Барбара наотрез отказалась уходить из отряда. После долгих споров и ругани мальчика отдали на воспитание пожилой ведьме Плеяды, и родители со спокойной душой отправились за головами отщепенцев.

Вернувшись из похода, Ян и Барбара обнаружили, что нянька Даниэля отнеслась к своим обязанностям весьма своеобразно. Полуторагодовалый ребёнок за обе щёки уплетал сырую речную рыбу, пил крепкие настои из трав, а на ночь, вместо сказок, слушал рецепты зелий и приворотов. Родителей мальчик не признал, и едва Барбара взяла сына на руки, атаковал её сглазом. Проморгав до обеда, как ополоумевшая сова, мать выгнала няньку и целую неделю не отходила от сына, пытаясь наладить с ним контакт. Не тут-то было! Мальчик ни в какую не хотел признавать Барбару. Он упорно звал мамой изгнанную няньку и требовал её возвращения. Барбара устала бороться с сыном, но пожилую ведьму не вернула. Она наняла для Даниэля другую няньку, по пунктам обговорила с ней вопросы воспитания сына и, с чувством выполненного долга, отправились в очередной поход.

Ян и Барбара вернулись в Ингур через полгода. Даниэль встретил их в красивом голубом камзоле и расшитых серебром штанишках. Он выглядел маленьким принцем и был безупречно вежлив. Даниэль учтиво улыбнулся родителям, обратился к ним на вы, но когда Барбара хотела взять его на руки, разразился бурными рыданиями и заорал, что ни за что не останется наедине с этой женщиной.

В ту же минуту нянька была уволена, а её место заняла новая. Но и она не продержалась больше года. Каждое возвращение Яна и Барбары в Ингур сопровождалось увольнением няньки и истерикой Даниэля. Ян и Барбара громко скандалили, жаловались друг на друга корифею Константину, нанимали новую няньку и вновь отправлялись в поход. Наконец, Константин не выдержал. Впервые в жизни корифей использовал своё положение в личных целях, и официальным указом лишил сына и невестку родительских прав. Ян и Барбара перестали ссориться, а шестилетний Даниэль переехал в резиденцию Константина. К этому моменту он был диким, нервным и агрессивным ребёнком, деду стоило огромного труда приручить его.