Чтение онлайн

Наклонившись, Марк коснулся моих губ:

— Может быть.

Я покачнулась, в глазах замелькали мошки.

— Ух, голову теряю в твоем присутствии, — произнесла, ухватившись за стол.

Но все веселье с Марка словно сдуло. Пододвинув стул, он помог опуститься в него.

— Что с тобой?

— Голова закружилась, ничего опасного.

Нахмурившись, он приложил ладонь к моему лбу:

— Что еще беспокоит? Любая мелочь.

Я убрала его ладонь, намереваясь встать, но Марк не пустил, надавив на плечо.

— Зарплата могла бы быть побольше. Родители в следующем месяце ждут в гости, а я не знаю, что про тебя соврать. И у нас помидоры кончились, а я забыла их купить. Последнее особенно беспокоит.

Он усмехнулся, выслушивая, и, дождавшись, пока я закончу, полез в шкафчик, где хранились таблетки.

— Ты из меня умирающую не делай. Я себя нормально чувствую, — сложив руки на груди, посмотрела я на протягиваемый градусник.

— Тогда тебе нечего бояться. Если температура в пределах нормы, сам тебе за помидорами схожу.

Фыркнув, я сунула градусник подмышку.

— Как потенциально больная требую сладкий чай и плюшек.

Марк согласно кивнул.

— Пока буду готовить, развлеки беседой. Расскажи, что тебе вторую ночь сниться?

— О чем ты?

— Под утро ты говоришь во сне, но я не могу разобрать слов. Ты что-то помнишь?

Голос Марка был спокойный, словно в этом нет ничего необычного, вот только во взгляде, который он прятал, отвернувшись к чайнику, я увидела беспокойство.

Потерев глаза, я прикинула, стоит ли врать или сказать как есть.

— Мне снится Мари. Она зовет вернуться.

Молчание в ответ оказалось весьма красноречивым.

— Марк, не думаю, что это что-то значит. Это был обычный сон.

— Раньше тебе подобное снилось?

— Несколько раз.

Он, наконец, повернулся ко мне, с силой сжимая губы, и медленно, будто подбирал слова, произнес:

— Я очень надеюсь, что настанет тот день, когда ты не будешь что-либо утаивать от меня. А еще поймешь, что в моем мире, сон может оказаться не сном. Что она еще говорила?

— Ключ ты хранишь в темном сердце, но это же бред.

Прикрыв глаза, Марк постоял так несколько секунд, после чего признался:

— Ключ у меня дома. Заговоренную шкатулку, которую не сможет открыть никто, кроме меня, подарила мама. Шкатулка по форме напоминает сердце.

От серьезного взгляда, которым он меня наградил, стало неловко.

— Будь добра, в будущем говори заранее о таких снах. А теперь показывай градусник.

Второй день, я валялась дома. Врача вызвали на дом еще в первый день. Обычного, участкового. Хотя Марк порывался отвезти меня к кому-то из магов.

Больничный лист на работе мне открыли безо всяких проблем. Осень — пора простуд. Ни у кого и вопроса не возникло, что со мной.

Пока я валялась с температурой, которая не особо спешила сбиваться, Марк продолжал уговаривать переехать к нему.

— Жень. Две недели. Не понравится, я сам тебя со всеми вещами отвезу обратно.

— Тебе не понравится?

— Кому угодно, — отмахнулся он. — Посмотри, мне присесть некуда, если ты лежишь.

Он и впрямь, заставлял меня каждое утро вставать, задвигал диван, а сам если и сидел, то только на полу, прислонившись к дивану спиной.

— Помнится, у тебя есть квартира. Если твое достоинство тут ущемляют, то мне стоит уехать домой.

Марк показательно тяжело вздохнул, приложив руку к моему лбу.

— Знал я, что характер раскрывается во время болезни, но не думал, что ты такая злючка.

Я завозилась, скидывая его руку, и накрылась одеялом.

— Неправда. Я хорошая. Мне так мама говорила, а папа соглашался.

Меня вместе с одеялом подвинули и пересадили на колени, обнимая:

— Тогда верю. Родители врать не станут.

Уткнувшись ему в шею, я прикрыла глаза, решаясь, и едва слышно буркнула:

— Поехали.

— Мне послышалось?

Я попыталась укусить этого вредину, но он успел отстраниться.

— Только не ешь! Я тебе дома суп куриный сварю.

Выпутавшись из одеяла, чтобы начать собирать вещи, чисто из-за упрямства, произнесла:

— Согласилась исключительно ради супа.

Усмехнувшись, Марк кивнул:

— Как скажешь. Так чем помочь?

Сборы заняли минут двадцать, и то в большей степени из-за того, как я вяло передвигала ногам и медленно шевелила извилинами в попытках понять, а что является предметом первой необходимости. Марк предлагал взять только то, что понадобиться сегодня, а вечером он готов был вернуться сюда и забрать все остальное. Этот вариант меня не устраивал.

Так что в такси мы спускались загруженные чемоданом и несколькими пакетами. Точнее, загружен был Марк, а моей задачей было не свалиться по пути.

Высотка, в которой он жил, выглядела симпатично. И дорого. Очень. Не знаю, сколько пришлось работать мне, чтобы купить квартиру в элитке, с огороженной территорией и охраной. У его родителей, кажется, и то было поскромнее жилище.

Вопрос, а сколько он зарабатывает, так и крутился на языке, но спрашивать я стеснялась.

Забавно, но только когда мы поднялись на нужный этаж, я понял, что Марк нервничает.

— Добро пожаловать, — усмехнулся он, пропуская внутрь, и во время всего знакомства с квартирой, не отводил взгляда, реагируя на малейшее изменение в мимике.

Это была двушка, идеально подходящая для мужчины-холостяка. Все такое лаконичное, стильное. Цвета приглушенные, в темно-серой гамме, но мрачной назвать ее язык бы не повернулся. Даже по прихожей можно было понять, что хозяин неприлично богат.

Оглядевшись, я все же повернулась к нему.

— Признавайся, кто ты?

— Совсем себя плохо чувствуешь, да? — он с притворной озабоченностью оглядел. — Я Марк. Любовь всей твоей жизни.

От прозвучавшего заявления я поперхнулась, и "любовь всей моей жизни" заботливо похлопала меня по спине.

— Вообще, я хотела узнать, не мафиози ли ты.

— А теперь?

— Ну, от любви никуда не деться, так что лучше мне меньше знать, чтобы спать крепче.

Он многозначительно хмыкнул, но когда надоело держать паузу, уточнил:

— Так почему я мафиози?

— А как честным трудом заработать на такое жилье? — я обвела рукой пространство.

Марк с удивлением огляделся и пожал плечами.