Чтение онлайн

2) внести деньги в фонд обороны и договориться, чтобы на всю сумму были куплены танки Т-34, а еще лучше — тяжелые — КВ;

3) уплатить долг маме;

4) сходить в НКВД, рассказать все, что известно нам о таинственном старике и просить помощи;

5) соблюдая полную тайну, разузнать, как живут наши родители, а также успокоить их насчет нашей судьбы, ни в коем случае не выдавая нашего местонахождения.

На последнем пункте особенно горячо настаивал Левка. Он, видимо, здорово побаивался своей матери и уверял, что если только она узнает, где он прячется, ему несдобровать.

Левка опять пристал к Белке с требованиями, чтобы она дала клятву не выдать никому нашего присутствия в Золотой Долине.

— Ну клянусь же, клянусь! — твердила Белка. — Ужас, да чего недоверчивый…

— Нет, ты поклянись по-настоящему!

— Честное пионерское!

— Дай самую страшную святую клятву.

— А для меня она самая святая, — горячо возразила Белка.

— Нет, ты дай самую-самую святую! [43] Такую, чтобы святее ее для тебя ничего не было.

Тогда Белка не выдержала, вскочила с места и, подняв правую руку, как для салюта, поклялась своей принадлежностью к великой армии пионеров-ленинцев, что ни за что не выдаст нашей тайны.

— Теперь я тебе верю, Рыжая Белка, — вежливо сказал Левка. — На вот тебе на прощание, — и подал красивое перо из крыла сойки, которое, видимо, заранее припас для Белки и хранил в боковом кармане.

— Спасибо, Левка! — как бы между прочим бросила девочка, но я увидел, что она вся так и засветилась от удовольствия.

Она воткнула голубое перо в свой вязаный белый берет, и от этого васильки расцвели, кажется, еще ярче. Я сначала пожалел, что не догадался приготовить Белке свой подарок, но потом усмехнулся: «телячьи нежности»!

— Закругляйтесь! Пора в путь.

Я отозвал Белку в сторону:

— Задание у тебя трудное, и тебе может понадобиться помощь. Так вот, не забудь, у меня есть верные люди. В случае чего можешь обратиться к ним.

Я нарисовал план нашего двора, отметил на нем крестиком недостроенный дом и сообщил тайный сигнал, каким можно вызвать Никиту Сычева.

Белке понравилась затея с сигналом:

— Как это ты придумал такое, Молокоед? Мне казалось, что тайные сигналы бывают только в романах. И пещера, и бутылка с письмом, и золото — все у вас, как в интересном романе.

Мы остановили проходившую машину. Шофер охотно посадил Белку в кузов, пообещав довезти до самого Острогорска. И она уехала туда, куда рвались и наши сердца. Но долг звал нас обратно в Золотую Долину…

— Ну, что же, Федор Большое Ухо, потопали?

Левка вздохнул:

— Выходит, потопали, Молокоед.

Дубленая Кожа встретил нас на тропинке недалеко от входа в Золотую Долину. Он сидел, как горный орел, на большой скале, торчавшей над кустами, и бросал тревожные взгляды то в нашу сторону, то принимался внимательно озирать Долину. Когда мы подошли к скале, приложил палец к губам, сделал знак, чтобы мы остановились.

— Димка! Ты хоть скажи, в чем дело? — спросил я шепотом.

Дубленая Кожа, не отрывая глаз от чего-то, что видел только он, сердито отмахнулся. Наконец, стал спускаться.

— Черт те что! Знаешь, Васька, он, кажется, видит нас из-под земли.

— Может, придумаешь что-нибудь поумнее? — усмехнулся Левка.

Но смешного было мало. Димкино сообщение заставило меня призадуматься.

…Только мы с Белкой скрылись в кустарнике, старик выскочил из воронки и бегом бросился вдоль Долины. В руках у него, как всегда, было ружье. Поравнявшись с тропинкой, он оглянулся и стремительно бросился за нами.

Димка испугался, как бы старик не стал стрелять нам в спину, и что есть духу припустил догонять нашего врага. Тот скоро выдохся, и Димка чуть не наскочил на него.

Старик стоял на тропинке и, держась за сердце, дышал всей грудью, задирая вверх обезьянью морду. Отдышавшись, пытался снова идти в гору, но, видно, понял, что мы уже далеко, и стал медленно спускаться обратно.

Димка проводил врага, следуя по пятам, до Долины, взобрался на скалу и сидел там, пока не удостоверился, что зверь снова уполз в свою нору.

— Попомни меня, Васька, у него, верно, есть наблюдательный пункт…

— И он все видит, а его никто не видит, — добавил Левка. — Не зря же так сказала Белка.

— Иначе как бы он узнал, что вы пошли по тропинке? — снова начал убеждать меня Димка. — Он же выскочил из воронки, словно с цепи сорвался. И побежал прямехонько следом…

Мне все это казалось фантазией Дубленой Кожи. Однако на всякий случай я скомандовал на открытом месте днем не появляться, в хижину пробираться незаметно, Долину из виду не выпускать. Смотреть на нее из леса или из кустов на берегу.

Мы взобрались на скалу, и с нее я указал каждому его наблюдательный пункт. Димка должен был караулить только пещеру из-под приземистой елки. Левке я поручил коптильный завод и участок в районе нашей хижины, а сам остался на скале, чтобы видеть и тропинку, ведущую к Черным Скалам, и открывающееся с нее все пространство Золотой Долины.

Скалу я выбрал себе потому, что она казалась мне самым важным пунктом, где требуется не только особая бдительность, но и умение принять быстрое решение и перейти к активным действиям против врагов. Вы поймете, что я не ошибся.

Со скалы мне хорошо было видно, как Левка и Димка пробираются по заросшему лесом склону к коптильному заводу. Около него они постояли и, поговорив о чем-то, расстались: Левка полез вверх, а Димка направился дальше к своему наблюдательному пункту. Несколько минут спустя пронзительно крикнула сойка — и тут же откликнулась вторая сойка, поближе. Это означало, что Димка встал на свой пост, и Левка тоже находится начеку, и пока все благополучно.

Я ответил таким же сигналом и, расположившись удобнее на камне, стал смотреть в Золотую Долину, которая была передо мной как на ладони.

Хорошо же, наверно, здесь летом. Но сейчас жизнь в Долине только начинает пробуждаться. Деревья, кроме хвойных, стоят еще голые и черные, словно опаленные пожаром. Зато редкая молодая травка, почти незаметная вблизи, отсюда, сверху, кажется уже чистой и покрывает почти всю Долину зеленым ковром.

Большая стая грачей деловито суетилась на полянке, прилегающей к тропинке, а под скалой разыскивал в сухой траве пищу целый табунок каких-то зеленых птичек.