Чтение онлайн

На первый взгляд, казалось, что выхода нет. Их с Алексией связь не могла стать чем-то официальным. Но Брайар не привык сдаваться.

Он хотел эту женщину, и собирался ее получить.

Если он не мог подарить Алексии титул, то ему нужно было сделать так, чтобы…

Брайар не додумал. Он услышал, как дверь в комнату открылась. Кто это был, Брайар не видел – занавеска, отделяющая ванну от комнаты, закрывала ему обзор.

Легкие шаги, шорох подола по полу – женщина.

Брайар прищурился. Ему было интересно, кто это посмел прийти после того, как он выразил желание побыть в одиночестве. Это вряд ли была Алексия. Тогда кто?

Брайар прищурился, а затем положил руку на меч, который он поставил возле ванны прежде, чем лечь в нее. Женщина или нет, любой мог быть врагом, вошедшим в комнату для его убийства.

– Ваше величество? – послышался мягкий голос.

Очень даже знакомый голос.

Услышав его, Брайар поморщился, словно его заставили съесть что-то давно и изрядно протухшее.

– Я слышала, что вы принимаете ванну и пришла вам помочь, – голос стал еще более сладким.

В нос тут же ударил знакомый аромат ядовитых духов.

Занавеска начала отодвигаться в сторону. Брайар напрягся и встал, а затем вытянул руку с мечом вперед. Кончик оружия указывал ровно туда, где должно было появиться чужое лицо.

Так и вышло.

Как только Хабигер отодвинула ткань, ее встретило острие меча. Улыбка на лице девушки дрогнула.

– Ваше… – прошептала она, начиная дрожать.

Было видно, что она настолько ошеломлена, что даже не смела отвести от угрозы взгляд. Ее дыхание сбилось, став прерывистым, а лицо побледнело еще больше, становясь совсем уж болезненно белым.

– Прочь, – спокойно произнес Брайар, даже не думая опускать меч.

Эта женщина настолько ему надоела, что он не собирался выслушивать ее глупости. У него имелись дела поважнее.

– Я пришла… – попыталась снова Хабигер.

– Я сказал, – перебил ее безжалостно Брайар, – убирайся отсюда.

Его голос был низким, глухим и холодным. Любой, кто мог его услышать, знал – шутить с его обладателем явно не стоило.

Хабигер шумно сглотнула. Она намеревалась помочь королю с мытьем. Думала, что сможет прикоснуться к великолепному телу под предлогом этой помощи. А там… Ну кто мог знать, что еще могло случиться между двумя молодыми людьми, не обремененными никакими связями и обещаниями.

Ее руки похолодели. Что-то подсказывало, что король серьезен.

– Простите, ваше величество, – залепетала она, отступая назад. – Я ухожу.

Брайар дождался, когда дверь в комнату закроется. Только после этого он опустил оружие и цыкнул.

Отмокать и дальше в ванне перехотелось, поэтому он быстро помылся, энергично вытерся и вышел. После этого оделся и рухнул на кровать.

О Хабигер он перестал думать в тот самый момент, как она скрылась с его глаз.

Его мысли вернулись к Алексии. Вспомнив о привлекательном лице и пышном теле, Брайар заворчал и перевернулся на бок. При этом он решительно проигнорировал накатывающее волнами возбуждение.

Он попытался вспомнить, на чем остановился, когда ее прервали.

Просто свадьба, беременность, потом свадьба, подаренный титул – Брайар вспомнил всю цепочку своих прежних мыслей. Сразу после в его голову вернулась прежняя идея.

Размышляя об этом, Брайар поднялся и достал бумаги о собственности на топи. Развернул. Его взгляд то и дело пробегался по вычурным строчкам текста.

Прежде чем приобрести эти земли, Брайар очень внимательно изучил их историю. И в ней имелся один весьма интересный момент, который мог помочь ему в его нынешнем затруднительном положении.

Спустя пару часов Брайар все-таки лег спать. К этому моменту у него имелся уже полностью составленный план. И первым пунктом в нем значился разговор. От этого разговора зависело многое, и Брайару придется приложить усилия, чтобы склонить одного важного человека на свою сторону.

Утром он первым делом отправил гонца обратно в Эмберлин. Брайар хотел, чтобы нужного ему человека привели как можно скорее.

После этого он позавтракал. Конечно, вместе с Алексией. При этом он пристально наблюдал за тем, как девушка вела себя за столом.

Вскоре Брайар с удивлением понял, что его план вполне может выгореть. И дело не в том, что задуманное было настолько удачным, просто манеры Алексии, как оказалось, отличались изяществом.

Это заставило Брайара задуматься.

Аристократов обучали тому, как вести себя за столом. Простолюдинам подобный этикет был ни к чему, поэтому они не утруждали себя лишней суетой.

В этот момент Брайар понял, что Алексия вела себя с достоинством, которого порой не доставало даже выходцам из высшего света. Откуда это взялось?

Вагерстрем прищурился.

После завтрака Брайар собирался продолжить путешествие, но на этот раз взять неторопливый ритм. И пусть ему смертельно хотелось избавиться от Хабигер, план был прежде всего.

Каким же было его удивление, что через пару часов, как они отъехали от деревни, их догнала пара всадников.

Охрана немедленно ощетинилась мечами в сторону неизвестных. Правда, заметив среди подъехавших одного из своих, успокоилась, но полностью бдительность не потеряла.

Караван остановился.

Брайар вылез из кареты. Алексия последовала за ним.

– Что им нужно? – послышался капризный голос Хабигер. Никто не обратил на нее особого внимания.

Когда всадники спешились, Брайар с легким удивлением узнал в одном из людей того, с кем он хотел поговорить. Ему стало интересно, как гонец смог так быстро привести его. Судя по всему, нужный человек и сам двигался в их сторону.

– О-отец? – услышал Брайар удивленный голос Алексии рядом.

– Алексия! – откликнулся в ответ один из мужчин. Подойдя ближе, он схватил девушку за плечи и встряхнул ее. Брайар нахмурился.

– Что ты тут делаешь? – спросила Алексия. В ее голосе можно было услышать тонкое нежелание и напряжение. Она явно не была рада видеть своего отца.

– Это я у тебя должен спрашивать, – прогудел мужчина. – Ты ослушалась меня. Сбежала.

– Я просто…

– Ничего не говори, – прервал он ее. – Идем.

Не успел мужчина сделать что-то еще, как Брайар встал между ним и Алексией.

– Ваше величество, – хмуро поприветствовал мужчина Брайара. На лице человека можно было увидеть сдержанное недовольство. Казалось, на языке у мужчины вертелось многое, но он не давал словам покинуть свой рот.