Чтение онлайн

– Вы трус, – произнесла Агги.

Ида улыбнулась. Ей нравилась храбрость этой женщины.

– Ладно, – продолжала Агги, – я передам мисс Грегори то, что вы мне только что рассказали.

– Следует избежать скандала, – послышался из-за двери мужской голос.

– Да неужто? С какой стати? – спросила Агги. – Боитесь, что дело дойдет до суда? Ну, учитывая то, что вы мне сообщили, тревожиться вам есть о чем.

Ида услышала, как выдвигают ящик массивного письменного стола. Что же мистер Кларкенвелл оттуда вытащил?

– Пожалуйста, не оскорбляйте меня, – раздался ровный голос Агги.

– Десять гиней, – произнес мужчина.

Ида ощутила сильнейший душевный трепет. Неужели директор пытается подкупить Агги?

– Так много! – изумленно произнесла женщина. – Уверена, что на эти деньги я смогу купить себе что-нибудь очень миленькое.

Снова стало тихо. Ида услышала, как кряхтит мистер Кларкенвелл, и решила, что он выписывает Агги чек.

– Вот, – произнес наконец мужчина.

Послышался звук рвущейся бумаги. Мистер Кларкенвелл, задыхаясь, поднялся на ноги, резко отодвинув стул, на котором прежде сидел.

– Можете подавиться своими деньгами! – воскликнула Агги. – Я служу мисс Грегори, а не вам, и останусь ей верна.

– Константин-холл оплачивает вам… – начал мистер Кларкенвелл.

– Из денег покойного отца мисс Грегори, если уж на то пошло, – оборвала его Агги. – Что же до скандала, то его не будет, если вы на этот раз проявите почтение и порядочность, которых прежде моя хозяйка от вас не видела. Она не та, за кого вы ее все время принимали!

Горничная так сильно рассердилась, что уже, по-видимому, не отдавала себе отчета в том, что кричит.

По-прежнему восхищаясь нагловатой храбростью Агги, Ида вообразила, как трудно мистеру Кларкенвеллу сдерживать гнев. Она представила себе его пухлые кулаки, лежащие на столешнице.

– Позвольте напомнить вам, что покойный отец мисс Грегори считал, будто его дочь больна, – произнес мистер Кларкенвелл раздраженно. – Именно поэтому он решил направить ее в Константин-холл!

– Возможно, он и считал Маргарет Грегори больной, – не полезла за словом в карман Агги, – но моя хозяйка не Маргарет, мистер Кларкенвелл! Она Матильда. И была ею все время, пока жила здесь. Теперь Маргарет мертва, а Матильда – наследница состояния.

Ида представила, как одутловатое лицо Кларкенвелла исказилось от напряжения и глубокие морщины избороздили его дряблую кожу.

– Ситуация… весьма неординарная, – задумчиво произнес директор.

Ида вообразила, как он вытаскивает носовой платок из пиджака и вытирает лоб, на котором выступила испарина.

– Особенно для моей хозяйки, которую заперли здесь по ложному обвинению, – произнесла Агги.

– Такова была воля ее покойного отца, – попытался урезонить ее директор.

– Вы не только извратили ее, но и получили из возникшей ситуации максимальную выгоду, – напомнила Агги. – Ведь в этом суть скандала, сэр, не так ли? Постоянное проживание в Константин-холле обходится недешево, однако покойный мистер Грегори мог себе это позволить. Единственная проблема, как мы сейчас видим, заключается в том, что после его смерти никто не сможет подтвердить, что мы заперли здесь именно ту дочь, которая нуждалась в лечении. Уверена, что для вас будет выгоднее ничего не перепроверять.

Внезапно Ида почувствовала прикосновение к своим ногам и вздрогнула. Небольшой белый терьер, появившийся, казалось, из ниоткуда, уставился на нее снизу вверх, помахивая хвостом. Глаза Иды едва не вылезли из орбит. Собака была удивлена столь странной реакцией человека, но затем с удвоенным усердием попыталась проявить дружелюбие. Ида осторожно потянулась к ней и нежно погладила. Обрадованная собачка принялась лизать ей пальцы, а затем с довольным видом уселась у ног.

А тем временем мистер Кларкенвелл произнес за дверью:

– После того как вы сообщите мисс Грегори все, что мы узнали от мистера Сэмюеля Хакетта, скажите ей, что она свободна.

– И все? – спросила Агги Маршал. – Вы считаете, что так будет честно?

Ида поняла, что горничная сейчас откроет дверь, и отступила на шаг, чтобы Агги не подумала, будто она подслушивала их разговор. При появлении женщины маленький терьер подбежал к ней, махая хвостом.

– Гавкуня, маленькая негодяйка, – тихо произнесла Агги, нагнувшись и поцеловав собачку. – Вы подслушивали?

Ида покраснела.

Белый терьер застучал хвостом по полу и лизнул Агги в подбородок.

– Отстань! – приказала горничная, по потом снова поцеловала и крепко обняла собачку. – Хорошая девочка. Хорошая… Гавкуня была бездомной. Однажды она пришла к нам в сад и стала жить в этом доме.

– Очень мило, – улыбнувшись, произнесла Ида, не найдя, что еще сказать.

– Сначала она питалась объедками, пока я не взяла ее под свое покровительство, – выпрямляясь, сказала Агги. – Теперь она считает меня своей хозяйкой.

Ида вновь улыбнулась и вдруг почувствовала неловкость, заметив, что женщина смотрит на нее оценивающе. Живя в городе, Агги выглядела гораздо нарядней, чем она.

– Я только недавно поступила в услужение, – желая объяснить, что к чему, произнесла Ида. – Можно сказать, что я еще учусь.

– Вы прежде не жили в большом доме?

– Нет, я новенькая в Саммерсби.

Хмыкнув, Агги кивнула, принимая это объяснение.

– Полагаю, вам уже известно все, о чем я только что говорила с мистером Кларкенвеллом.

Ида не знала, как лучше ответить, чтобы не выдать себя. Как-никак, она подслушивала не один раз, а целых два.

– Я знаю только, что мы приехали сюда за мисс Грегори, по отношению к которой была проявлена большая несправедливость, – наконец произнесла девушка.

Агги нахмурилась, но глядела при этом не на Иду, а на Гавкуню.

– И что же нам теперь делать? Вот в чем вопрос.

– Вы ведь личная горничная мисс Грегори?

Агги кивнула.

– Разве ваши услуги не понадобятся ей в Саммерсби?

Похоже, женщина прежде не задумывалась об этом.

– А какие там порядки? – спросила она.

Ида постаралась рассказать обо всем как можно подробнее, прекрасно осознавая, что ей представился шанс обзавестись подругой. Если ей удастся убедить Агги поехать с ними, одиночеству придет конец. Ида попыталась описать, как ведется хозяйство в Саммерсби, хотя, признаться, и сама мало что в этом понимала. Особое внимание она уделила недостаткам, например, небольшому числу домашней прислуги.