Чтение онлайн

Однако во время нынешнего визита воспоминания моего детства вступают в противоречия с воспоминаниями о том, что случилось совсем недавно во время долгожданной поездки в «Аквариум» в последнюю неделю семестра. За этот короткий отрезок времени столь многое изменилось, что меня не покидает чувство, будто все предшествовавшее произошло много лет назад. Бессонница, обычно начинающаяся в пять утра, превратилась для меня теперь в нечто гнетущее. Вместо того, чтобы предаваться в это время доставляющим известное удовольствие размеренным размышлениям — куда поехать на каникулах или как убедить Эмму отказаться от Гая, — я теперь переполнена смутным беспокойством, которое проникает в каждый крошечный мускул, в каждую жилку и клеточку тела. Единственный положительный момент в том, что я стала использовать эту энергию на то, чтобы вскакивать ни свет ни заря и мыть, убирать, чистить и наводить лоск, доводя дом до совершенства. Том становится подозрительным. Ему кажется невероятным, что жизнь может так кардинально повернуться за такое короткое время.

В комнате над холлом раздается громкий удар, и мой отец вздрагивает. Я вместе со всей компанией бегу посмотреть, что там стряслось у детей — они же бегут нам навстречу вверх по узкой деревянной лестнице в спальню, ранее принадлежавшую моему брату Марку. Вместо того чтобы повернуть направо и пройти за ними по коридору, я поворачиваю в другую сторону и крадусь в свою старую спальню. Мне нужно побыть одной. Хотя бы в течение десяти минут. И мне необходимо сформулировать стратегию предстоящих деловых отношений с Робертом Басом.

Комната по-прежнему остается местом поклонения Лоре Эшли, с соответствующими занавесками и обоями родной цветочной расцветки. Единственная уступка моему замужнему положению — небольшая двухместная кровать, которая раньше стояла в комнате для гостей. Я ложусь на нее, заранее зная, что матрас на кровати чересчур мягкий и ноги окажутся выше головы; мы с Томом будем просыпаться каждое утро с ужасной головной болью, и он начнет волноваться, нет ли у него в мозгу опухоли. Если я переживу сейчас эту неделю, то, по крайней мере, хоть буду знать, что мои кровеносные сосуды сделаны из прочного материала.

Я заползаю между двух холодных простыней, натягиваю поверх три тяжелых шерстяных одеяла и покрытию из еще одной набивной ткани Лоры Эшли. Это создает ощущение успокоительной тяжести, и мало-помалу мое тело прекращает сопротивляться весу возложенного на него груза. Впервые со времени поездки в «Аквариум», катализатора этого беспокойства, я чувствую, как напряжение покидает мое тело. Я чувствую под собой еще одно одеяло — колючее, шерстяное. Сон на власянице в течение семи дней, пожалуй, мог бы сгладить мое чувство вины.

Я должна была бы использовать эти драгоценные минуты, чтобы сосредоточиться на Рождестве, красиво упаковать подарки, купленные для Тома во время подпитываемого виной веселья, развесить детские чулочки с подарками или помочь матери справиться с приготовлением рождественского обеда — проблема, решение которой обычно ей не по силам. Вместо этого я лежу в одиночестве, без конца прокручивая в мозгу события, ища ключи к разгадке, которые, возможно, предостерегли бы меня оттого, что случилось позднее.

Школьная поездка в «Аквариум» началась на низкой ноте: возле автобуса я увидела Буквоедку со «Справочником по водной флоре и фауне» издательства «Дорлинг Киндерсли» — я узнала эту книгу по обложке. Учительница Джо смотрела на меня искоса. Она умеет выпустить чуть ли не целую очередь проницательных взглядов, способных вызвать бурю эмоций. Испепеляющие, отталкивающие, нетерпеливые — вот ее излюбленная композиция. Во всяком случае, тогда я наблюдала именно эту —по отношению к Буквоедке.

— Я подготовила маленькую викторину, чтобы детям было нескучно во время поездки, — объявила Буквоедка, стоя рядом с водителем и размахивая листами бумаги. — Еще я подумала, что нам следует переписать всех, у кого аллергия; вдруг упаковки с завтраками в пути перепутаются? И я также захватила с собой походную аптечку, в которой есть адреналин.

Она прошла пару шагов по проходу и опустилась на сиденье рядом со мной. Джо пошел в конец автобуса, чтобы сесть там с друзьями. Я отметила про себя, что, несмотря на свои неврозы, он, кажется, популярен. Он гордо показал на меня своим друзьям.

«Хоть бы она не начала жаловаться мне на детский сад ее малыша, в котором он упускает возможность раннего продвижения в «Голдман Сакс». Хоть я и перешла границы, все же этого не заслуживаю», — подумала я про себя.

Роберт Басс следовал вплотную за ней. И пожал плечами, когда увидел, что место рядом со мной занято. В выражении его лица я усмотрела оттенок облегчения, но, как стало ясно позже, я ошибалась. Если бы Буквоедка не заняла это место, я смогла бы более точно оценить его настроение, почувствовать, что именно он выбрал — сближение или дистанцию, и это, возможно, изменило бы ход всех последующих событий. Прошло несколько дней с момента нашей последней встречи, которая обозначила то, что, как я думала, было возобновлением близости в наших отношениях.

Буквоедка открыла сумку и убрала бумаги в файл, затем расправила на коленях аккуратные, сшитые на заказ брюки.

— Меня беспокоят детские сады, — произнесла она. Перед нами сидела компания нашей привлекательной мамочки, включая ее саму; они обсуждали, сколько прислуги следует взять с собой на Карибы на Рождество, и что оптимально — нанять повара на полную занятость или частичную. Меня не сочли достойной участвовать в этих специфических дебатах, хотя я вряд ли опустилась бы до высказывания в пользу повара, взятого на полную занятость.

Поводы для тревог весьма субъективны. Мои, например, кружились вокруг размышлений о том, не будет ли меня ждать бутылка вина, когда я вернусь домой, и беспокойства, что Том обнаружит спрятанные мной в гардеробе сигареты, а также факта, что я забрала с собой оба комплекта ключей от машины. И если бы только это было пределом моих неприятностей!

Был еще час в «Аквариуме».

— Тот, в котором мы получили место, не заинтересован в развитии у малышей навыков правильного держания карандаша, — гундосила Буквоедка. — Я только год, как не кормлю грудью, оставила работу, я каждый день готовлю пищу исключительно из экологически чистых продуктов для своего ребенка — и чтобы все это кончилось не соответствующим нормативам детским садом!

Должно быть, вид у меня был смущенным, потому что она тут же добавила:

— Грудное вскармливание повышает ай-кью в среднем на шесть пунктов.

— Возможно, вам следует быть менее строгой, — предположила я. — Развлечься, восстановить перспективу. Очень просто среди всего этого потерять трезвый взгляд на саму себя.

— Я отказываюсь оставлять своих детей на обочине! — возразила она.