Чтение онлайн

– Стань там, Лу! – сказала она. Ее рот был как маленький розовый бутон над массой белого подбородка. Завитые белые волосы были острижены слишком коротко для такого большого лица.

– Что ты хочешь сегодня?

– Полдюжины сдобных булочек, – сказала Лу. – Три с ягодами, три с маком.

Женщина начала доставать булочки из ящика, но застыла, когда ее пристальный взгляд упал на Иден. Она выпрямилась.

– Боже, вы, должно быть, девочка Кэйт, Иден Райли, верно?

Иден улыбнулась.

– Да.

Женщина рассмеялась.

– Девочка Кэйт, совсем взрослая. Боже, какие вы создали образы! И какая же красивая в натуре, как в кино!

Лу посмотрела на Иден, наклонив голову так, чтобы подмигнуть незаметно для продавщицы.

– Иден, это Сара Джейн Миллер, старая подруга твоей матери.

– И твоего дяди Кайла, – сказала Сара Джейн. Глаза Иден расширились, и Лу схватила ее за руку, чтобы она не потеряла самообладания.

– Приятно познакомиться с вами. – Иден перешла через прилавок, и Сара Джейн протянула ей мясистую руку для пожатия.

Они немного поговорили, пока Сара Джейн упаковывала булочки в бумажный пакет. Затем Иден открыла дверь перед своей теткой, которая, миновав ее, сразу же начала смеяться.

– Каждый раз, когда Кайл видит ее, он говорит: «Если бы только я не встретил тебя, Лу, все это могло быть мое».

Иден остановилась и поглядела на Лу.

– Ты точно знаешь, где я сейчас читаю дневник, не так ли?

Лу кивнула.

– Да, это беспокоит тебя?

– Не знаю. – Иден снова медленно пошла. – Это выглядит странно, как будто наблюдается каждый шаг мой на пути к матери.

– А что ты узнала о ней из этого дневника?

– Что ее одиночество не было в такой большой степени результатом выбора, как я думала. Это была фобия людей, жизни в Линч Холлоу.

– Ты права, Кэйт боялась мира в такой степени, что это парализовало ее. Ее страхи делали ее калекой больше, чем эта старая нога – меня.

Иден легко положила руку на плечо своей тети. Она почувствовала кость через тонкую блузу.

– Вокруг тебя все так хорошо, Лу, что позволяет мне не замечать этого.

Лу похлопала ее по руке.

– Да, милочка, у меня все хорошо. Атмосфера в автомобиле на обратном пути в Линч Холлоу больше не была напряженной. Иден чувствовала освобождение от чего-то, возможно, маленькая интрига Лу с целью познакомить ее с Сарой Джейн Миллер, или нога Лу прекратили недопонимание, которое было между ними в первое время. По той или иной причине Иден почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы узнать мнение Лу о Бене.

– А, Бен… – Лу улыбнулась и кивнула, как будто она давно ждала, чтобы Иден задала этот вопрос. – Бен всегда был моим самым любимым из всех студентов Кайла. Он путешествовал с нами в Южную Америку, ты знаешь. Я полагаю, более важен вопрос, что ты думаешь о нем?

– Я не знаю, Кайл сказал мне, что он не хотел бы видеть меня с кем-нибудь из Голливуда, затем посадил меня в котлован размером пять футов на десять с симпатичным парнем и сказал: «Но я не хотел бы видеть тебя с этим…»

Лу рассмеялась.

– Да, он прав. Бен должен привести в порядок собственную жизнь, прежде чем получит право разделить ее с кем-нибудь еще. Но это не порочит его, дорогая.

Она повернула на дорогу к Линч Холлоу, сняв на короткое время протез с педали газа, чтобы вписаться в первый поворот.

– Мой любимый рассказ о Бене, я думаю, это как мы обедали в маленьком морском ресторане в Эквадоре. Нас было трое – Бен, Кайл и я – и у нас был стол прямо рядом с резервуаром, где содержались живые омары. Ну, все омары выглядели вялыми и покорными судьбе. Но был один, который постоянно находился в движении, стараясь сцепиться с другими. Я не знала, как назвать это – игра, драка или как-то еще. Он не сдавался, и мы наблюдали за ним во все время нашей трапезы. Когда пришло время уходить, Бен купил его. Он думал, что он особенный, живучий и не должен кончить, как другие, как чей-то ужин. Затем нам нужно было проехать около тридцати миль в сторону от нашей дороги, чтобы он мог выпустить его в Тихий океан.

Иден уставилась на свою тетку.

– Это самая смешная вещь, которую я когда-нибудь слышала!

Лу улыбнулась.

– Если это то, что ты думаешь, дорогая, я сомневаюсь, что Бен подходящий человек для тебя.

Он вел свой пикап в долину, когда солнце осветило гребни холмов, согревая поля кукурузы своим розовым утренним светом. Он припарковался на обочине узкой дороги, вышел и начал пробежку к Колбруку. Бежал он недолго. Это было привычкой в Аннаполисе – он выходил из дома рано, прежде чем Шарон и Блисс просыпались, и бежал вдоль реки, не считая мили. Это было время размышлений, и после этого весь день ему думалось хорошо.

Он бегал еще некоторое время в тюрьме, вначале, когда еще думал, что найдет способ пережить это, не потеряв духа. Он должен оставаться в тюрьме, говорил он себе. Читать классику, изучать испанский или французский. Но оцепенение пришло так быстро, что он задумывался, не подмешивали ли в пищу наркотик. Он никогда до этого не смотрел часто телевизор, а тут вскоре он знал уже все мыльные сериалы, и его мысли были полны всякой чепухой из передаваемых шоу. Энергия, которая могла бы вывести его из депрессии, затрачивалась на то, чтобы другие заключенные не узнали, за что он наказан, и для самозащиты, когда это случилось. Его преступление уважали.

Это было хорошим признаком – то, что ему теперь захотелось побегать. Он возвращался к жизни, как утопавший человек, неожиданно оказавшийся на поверхности воды. И не понадобилось многого, чтобы вытащить его. Лишь несколько обыденных разговоров с женщиной, которая смотрела на него, как на личность, а не как на преступника.

Он не видел ее два дня. Она работала в архиве, в Винчестере, а завтра должна встречаться с добровольцами Детского фонда в Ричмонде. Она говорила ему, что посещает региональные, штабквартиры Детского фонда всегда, когда представляется случай, и пригласила его поехать с ней, но он отказался. Он мог себе представить, как она вводит его в собрание людей, работающих с детьми. Конечно, один из них узнает его имя, и это будет конец всему. Она рассказала, что едва не потеряла работу представителя Детского фонда после роли в «Сердце зимы».

– Они говорят, что я отождествляюсь с моим несколько сомнительным образом, – сказала она.

С его же точки зрения ее образ не мог быть более благотворным.

Он остановился перед Колбрукским почтамтом и задержался на минуту, чтобы успокоить дыхание, прежде чем войти и проверить свой почтовый ящик. Там был большой пакет от Сэма. Выйдя на улицу, он уловил свое отражение в зеркальном стекле почтамта. Иисусе! Он протянул руки к своим волосам. Он выглядел, как постаревший хиппи!

Бен остановился возле парикмахерской, где маленький седоволосый человек пришел в восторг, отрезав его волосы больше, чем он просил, а затем перешел улицу к булочной Миллера. Он купил пончик и кофе, с которыми поехал в другой квартал до парка вокруг Музея Колбрука. Там сел на скамейку, отпил глоток кофе и вскрыл конверт.