Тайник Лешего
Шрифт:
– Не обсуждается! – повысил тон Кирилл, тем самым подписав Савве приговор. Очкарик насупился и, спотыкаясь, поплёлся к рамке ворот под неутихающие речи капитана. – Остальные…я Вас толком не знаю. Посему придётся довериться чутью. Вы пятеро, – указав на Тимофея, Якова, Забита, Федю и Данила выбрал командир “Искателей”. – Ты, ты, ты и…ты. На поле! Прочие – полировать лавку! При надобности перетасуем!
– Можно отлить, пока не стартовала игра? – отпросился Забит.
– Нельзя! – запретил командир. – Скоротаем время с пользой и займёмся разминкой!
– Аллах Всемогущий! Я же обоссусь! – отчаянно воскликнул азербайджанец.
– Бог терпел и нам велел, – изрёк что-то умное Кирилл и окликнул Бабурина. – Эй, вратарь, куда подевался? Наобнимаешься ещё со штангами! Кто за тебя тянуться станет?
Толстячок, облокотившись на стойку ворот, возмущённо вылупился на Кирилла.
– Тянуться? – роптал он себе под нос, возвращаясь к команде. – Я-то растянусь, Вы меня потом всем отрядом не поднимете!
– Прекращай бубнить! Давай, разогревай мышцы! Матч намечается нелёгкий, команда не сыгранная. Ожидай града ударов по своим воротам! – бойко и деловито анализировал командир четвёртого отряда.
Савва втиснулся в неровный круг, образованный мальчишками, и в знак протеста скрестил руки на груди.
Кирилл вышел в центр и взялся показывать упражнения. Ребята пассивно повторяли за ним. В течение сего мероприятия Осипов сбегал к скамейкам, чтобы оставить там свой новенький планёр и кепку с нашивкой динозавра. Он бережно положил их возле Инны, беседующей с Ксенией.
– Активней! Активней! – поддерживал темп капитан.
– Я уже устал, а впереди целая игра! – пыхтя, жаловался друзьям очкарик, от коего доносился тошнотворный душок пота.
– Не переживай, мы постараемся обезопасить твои ворота, – успокаивал товарища Федя.
Закончив разогрев, Кирилл подытожил:
– С досадой сообщаю, что по поводу нашей команды у меня успело сложиться определённое впечатление и оно, знаете ли, удручающее! Легкомысленное отношение к разминке Вас абсолютно не красит! Чего Вы добиваетесь? Думаете, травмы обойдут каждого стороной? Знавал я таких пофигистов… – поучал одноотрядцев капитан.
– Эй, балабол, сделай одолжение – заглохни! – попросил Тим, и Яков с Забитом поддержали его гундежом.
Кирилл сурово обернулся на троицу и, чеканя шаг, сблизился с ней.
– Я тебе ща сделаю одолжение, шалопай! – огрызнулся он. – В бороду заеду, и будешь до конца матча зубы по полю собирать, усёк? – приструнил хулигана командир, и смело посмотрел ему в глаза.
Тимофей не выдержал стального взора Кирилла и потупился в землю.
– Хоть за это нашему кэпу уважение, – оценил Дубовцев.
– Я уважаю немногословных, – признался Данил.
– Вара! – позвал Кирилл. – Дуй на позицию! Мы тебя в игровой тонус приведём!
– Дали б чего пожевать, был бы Вам тонус, – прошептал Бабурин.
– Удачи, Сав! Держись! – пожелал ему Осипов, похлопав по плечу.
– Вратааарь! – уже сердито проорал командир. – Шевели булками, если не хочешь отжиматься за нарушение дисциплины!
Пухляш, чьё лицо исказилось от недовольства, нехотя повиновался. Отдав очки вожатым, он оказался в раме.
Встав полукругом, юные футболисты принялись бомбардировать ворота.
У щурящегося Бабурина дела шли не очень. Из десятка пущенных в створ мячей, он отбил лишь один и то только потому, что тот угодил точно в него.
Изодранный шар влетал в сетку с невероятной силой, колыхая прогнившие верёвки. Савва, выгребая игровой снаряд из-за спины, с руки откатывал его обратно.
Когда очередь доходила до Данила или Феди, они били по мячу щадяще, дабы товарищ сумел отразить его или хотя бы попытаться.
– Куда ты пинаешь, балбес?! Беги теперь, раз башкой своей тупорылой не соображаешь! – гаркнул Кирилл Тимофею, запустившему шар прямо в скопление зрительниц на скамейках.
– Сам беги, надоел! Отныне я не игрок твоей дурацкой команды! – психанул хулиган и удалился с поля.
– Пфф, тоже мне, потеря века! Незаменимых нет! – декларировал капитан и задумался. – Хм, кого бы взять?
Ответ не заставил себя долго ждать:
– Меня!
Рядом с Кириллом возникла Диана, и Осипов растаял. Серьёзная и напористая, она не походила на ту хохотушку Дейч, к какой он привык. Подобное перевоплощение добавляло ей привлекательности, открывало неизведанную грань.
Сейчас Данил любовался аккуратным белоснежным личиком девчушки без опаски, что она рассекретит его. Диана слишком увлеклась разговором с командиром “Искателей”, и Осипов, пользуясь случаем, созерцал объект своего вожделения.
– Ладно-ладно, убедила… – сдался Кирилл. – Но если пострадаешь, не ной. Сама попросилась, – предупредил он.
Дейч, моментально просветлев, рьяно закивала головой и, получив пас от одного из игроков, пнула мяч в ворота. Бабурин, проспав момент удара, пустил очередной гол.
– Господи, ну неужели так сложно отбить этот долбаный мяч?! – забрызгал слюной капитан команды.
– Я тебе не Яшин, умник… – пробормотал Бабурин.
Послышался гул множества голосов. На поле прибыл второй отряд.
– Вот и соперник пожаловал, – озвучил Кирилл и зажал мяч подмышкой.
Тем временем…
С букетом полевых цветов в руке Егор Витвинин вышел из леса на солнечную лужайку, отведённую под футбольное поле, и проследовал к скамейке, где заметил двух девушек, оживлённо общающихся с облепившими их детьми. В одной из вожатых парень сразу узнал Ксюшу.
Приблизившись к блондинке, он прикрыл её глаза ладонью, на что та улыбнулась и сказала:
– По тебе часы можно сверять, Егор…
– Учителя в школе говорили то же самое, если я опаздывал на урок на полчаса, – хохотнул Витвинин и прошептал девушке на ушко. – Я украду тебя ненадолго?
Инна с недоверием вытаращилась на незнакомого ей молодого паренька. Ксюша уловила озадаченность подруги и успокоила её:
– Всё в порядке. Я…
– Да топай уже, – догадалась брюнетка.
– Справишься без меня?
– Возможно. Если эти озорные девчонки меня до смерти не затискают, – усмехнулась Инна.
– Ты лучшая! – просияла Ксюша и отлучилась.