Чтение онлайн

Мы отплыли из порта Бендер Аббас на корабле неверных. Это были венецианские купцы и пара монахов из Генуи. Аллах не послал нам больших кораблей, только эти неверные плавали между неизведанными землями. Я был не один. Меня сопровождали четверо мюридов из дворцовой охраны. Они дежурили при мне по двое, настолько недоверчивы мы были. Муллы разрешили нам не молиться в пути и отпустить бороды как в священной войне с неверными.

Венецианцы носили длинные шубы с темными мехами. Монахи были менее помпезны, но по их виду трудно было сказать, кто они на самом деле. Слишком высокими и сильными они были для миссионеров. Кроме рясы, креста и четок, ничего больше не говорило об их статусе. Что же объединяло этих людей в наших глазах? Абсолютно неприятная вещь – и корабль, и они жутко воняли. Эти смертные были в пути уже несколько месяцев, и, думается, только мечтали о принятии теплых ванн. Отплыв из Венеции, они прошли через развратный Кипр, спустились в страну черных рабов, оттуда по краям ненавистных нам арабов вошли в наш порт.

Я видел венецианцев и генуэзцев у нас во дворе и прежде. Каждый раз перед большими войнами с османами и тимуридами, они заполняли двор. Привозили подарки, оружие, белокурых рабынь. Но слишком уже хитрыми были эти чужеземцы. Не доверяли мы им.

С тех пор как эти проклятые начали торговать судами, наш шелковый путь стал утрачивать свое былое величие. Вымирали не целые города, а целые народы. Где сейчас великий Мерв и Хорезм? Что стало со славой Бухары и Самарканда. А все почему? Да потому, что эти проклятые стали перевозить весь товар морями. И при этом обманывали нас, травили друг на друга.

Что было до тех пор, пока венецианские купцы не появились при дворе прадеда Шахиншаха, главного врага османов Узун Гасана? Бескрайние земли, горные и степные местности, которые называлась Тураном – огромный мир суннитов от границ Дуная до ворот мира на Памире. А что это сейчас? Раздираемые войнами и междоусобицами две большие империи – Персия кызылбашей и Османский султанат.

Пока два столетия мы воевали, теряя лучших полководцев, ученых, мастеров, мыслителей, эти безбожники добрались до самого Китая. Осталось самое малое – выкрасть секрет производства шелка и тогда нам точно конец.

Эти грустные мысли сейчас очень совпадали с пейзажем за бортом, делая меня еще более печальным и нервным. Чем дальше на восток, тем больше наблюдалось дикости. Народы были черными, как наши гиды в пустыне, а людей было море. Все порты, в которые мы заходили, кишели людьми в белых сарафанах. Купцов заморских здесь хорошо знали и гостеприимно встречали.

С начала октября погода начала меняться. Море все чаще штормило, шли дожди. Портов для причала становилось все меньше. Когда я поглядывал на берег, там виднелись только густые леса и небольшие песчаные участки. Через некоторое время дожди усилились, они шли практически непрерывно, а туман около берега не рассеивался.

Правда, в открытом море было одно явление, которое очаровало меня в этом путешествии, и ради него я готов был терпеть невзгоды. Когда стояла солнечная погода, облака принимали самые причудливые формы. То они становились похожими на кавалерию Шахиншаха, состоящую из тысячи всадников, а иногда в середине больших облаков появлялись огромные черные дыры, словно открывалась пасть в преисподнюю. А вот появился сеятель, который разбрасывал зерна по бескрайнему голубому полю. Таких затейливых узоров на земле я не видел, и каждый раз мне бывало интересно, что сегодня будет происходить с облаками.

В один их таких дней, ранним утром я вышел на палубу. Внизу стоял жуткий запах протухших припасов. Было прохладно. Туман стоял темно-коричневого цвета и сплошь густой. На палубе было неожиданно много людей. Мне это показалось подозрительным. Я спустился вниз, чтобы предупредить всех, быть наготове. Мюриды прислушались к моему совету. Но не успели мы собраться с мыслями, как корабль мягко сел на что-то твердое. Всех сильно качнуло в сторону.

– Пора наверх, – тихо сказал я.

На палубе все пришло в движение. Никакого порта здесь не было. Просто берег, по которому было разбросано несколько десятков лачуг. Вода была грязной, везде плавали обломки деревьев с широкими зелеными листьями. Еще было много дыневидных плодов, покрытых твердой чешуей, которых я раньше нигде не встречал.

Когда нога ступила на землю, я и мои мюриды упали. После трех месяцев, проведенных в море, ноги не держали наши тела, и мы ступали по песку вразвалочку, качаясь из стороны в сторону. Лица у нас были измождённые, но счастливые. Аллах смилостивился над нами и даровал нам счастье безопасного пути.

– Аллаху Акбар, Аллаху Акбар, – шепотом проговорил я.

Все эти длинные, холодные дни и ночи одна мысль постоянно вертелась в голове – что, если меня убьют или я утону, где омоют тело и завернут в белый кафан24? Думал я и о том, кто предаст меня земле, кто прочитает суру Корана ад моей могилой, попросив Аллаха простить все мои грехи. Я очень не хотел закончить свой жизненный путь как мой отец, пропав без следа.

– Сардар, эти гяуры пошли вглубь леса, даже на стали дожидаться пока все разгрузят.

– По-моему, они хотят, чтобы мы последовали за ними и не видели, что за товар выгружается на берег, – спокойно ответил я. – Ведем себя тихо, не вызываем никаких подозрений. Все, что здесь происходит, нам будто неинтересно. Никаких вопросов не задаем, просто молча наблюдаем за тем, что здесь происходит.

Мы шли по лесной тропинке два часа, как перед нами открылась широкая долина. В самой ее середине, окруженная сотнями деревянных аккуратных хижин, находилась крепость. Она была черного цвета, и даже с высоты моего роста было видно, что ее строили надежно и из больших камней.

По краям крепости текла мутная река. Рассматривая доселе неизвестные деревья и животных, мы все, обливаясь потом, шли к долине. По деревьям бегали, прыгали и кричали существа, похожие на собак. Они были такими подвижными, что нигде не засиживались надолго. Когда они приближались к нам, я и мои соратники приходили в ужас. Очень большие клыки и наглое поведение этих диких особей делали их присутствие невыносимым.

Кто-то из помощников хотел прибить одного из них. Но мы не знали, будет нам хуже или лучше после этого, и потому решили терпеть их до конца.

Должен признаться, что я не видел таких темных людей, домов, которые стояли на упругих деревьях, и таких больших домашних животных. Среди них особенно активно двигались большие, мохнатые чудовища, за которыми бегали их детеныши с такими же, как и у родичей, уродливыми мордами. На все это мы смотрели, широко раскрыв глаза. Еще больше удивились, когда зашли на рынок. Нас сразу окружили маленькие, черные и грязные басурманы. Не давая нам прохода, они что-то ворча, тыкали пальцами прямо в плечо, шею, грудь. Как будто каждый из них поклялся до нас дотронуться. Медленно пробиваясь сквозь толпу, мы шли вперед, ничего не видя, кроме лилипутов, что-то постоянно лопочущих на своем языке.

Показалась река, а за ней и дворец из больших черных камней. Нужно было переправиться на другой берег, и мы практически силой завладели одной из лодок. Вода тоже было очень мутная. О Аллах, почему нет ничего светлого и чистого в этих краях? Я уже устал. Думал, может, во дворце я найду правителя и объясню ему нашу задачу.

Лодка причалила у дворца и стражи встали прямо перед нами.

– Нам к вашему вождю, к самому главному, – объяснял я, указывая рукой вверх. Но это урод с толстой тростью в руках, ничего не понимал.