Чтение онлайн

– Бедная... Примите мои соболезнования.
– Он накрыл ладонью Катину руку.
– Отпевать будет отец Александр?

– А кто ж еще! Отец Александр...
– Катина рука сжалась в острый кулачок под мягкой ладонью Глеба Савича.

– Все мы не вечны...

Глеб Савич уже предвидел, что дурное впечатление от этого разговора, - разговора о болезнях и смерти, будет долго преследовать его, и, не притронувшись к чашке с кофе, а лишь с обреченностью расплатившись и неприязненно забыв про сдачу, вышел из буфета. Вышел тяжелым шагом.

Света редко кому жаловалась на свои невзгоды, но этим ей не удавалось их скрыть, и невзгоды становились еще заметнее, словно всем своим видом она воплощала их в себе и достаточно было на нее взглянуть, чтобы проникнуться убеждением, что она безнадежно несчастна. Поэтому чем упорнее она молчала, тем охотнее и настойчивее ее жалели, утешали и ей сочувствовали. «Ты, Светка, какая-то святая», - говорили подруги, умиляясь ее готовности все терпеть, прощать и молча сносить обиды.

Света не спорила, не разубеждала их, хотя вовсе не чувствовала себя избавившейся от всего того, что толкает других на ссоры, крики и брань. Напротив, все это в ней было, кипело, роилось, свивалось печным дымом и сгущалось в такое ядовитое облако, что никакой святостью тут и не пахло. В этом смысле Света на свой счет не обманывалась, не обольщалась. Часто даже какой-нибудь сквернослов или буян представлялся Свете ангелом по сравнению с ней, потому что чернота, выплескиваемая им наружу, разливалась у нее в душе, заполняя все поры и складки.

Запас ее душевных сил уходил не на то, чтобы победить в себе дурное, а на то, чтобы его спрятать. Так же и все ненавистное и враждебное ей в жизни она неким внутренним усилием просто убирала с глаз, будто ненужную вещь, которая опротивела своим видом, но которую все-таки жалко выбросить.

Света была не святой, а уживчивой...

… Вальку спасало умение вспоминать. Лишь только она оказывалась в неловкой, каверзной, скандальной ситуации, она быстро перебирала в памяти похожие примеры - из случайно увиденного, услышанного от знакомых, от подруг, и один из них всегда подсказывал ей выход. Сама она в таких ситуациях терялась, робела и ничего путного придумать не могла.

Но память, цепкая, как птичьи когти, ее никогда не подводила.

Сейчас же эти когти словно царапали по стеклу, соскальзывая и разъезжаясь, и Валька не могла вспомнить ни одного путного примера, растерянная и обомлевшая от страха. Когда она в ответ на долгий требовательный (словно от неуверенности) звонок открыла дверь, на пороге сумеречно, зыбко, как покойница, возникла та самая женщина.

– А я к вам... Поговорить, - сказала она, не зная, что делать с руками, - то ли сложить на груди, то ли спрятать за спину, то ли выдернуть из плечевых суставов, сломать и выбросить.

Валька угодливо кивнула:

– Проходите...

– Вы, кажется, Валентина?
– спросила женщина и улыбнулась с просьбой не осуждать ее за то, что она задает вопрос, ответ на который ей давным-давно известен.

– Ага... то есть да. Это мы.

– Ну вот, а я Света, - облегченно произнесла гостя.
– Света с того света.

– Очень приятно...

– Что ж тут приятного! Вы ведь догадываетесь, кто я и зачем я здесь. Я жена Жорика, Георгия Анатольевича...

– Ага, - подобострастно кивнула Валька.

– ... И хочу вас просить с ним расстаться, оставить его и больше не видеться, не звонить и не преследовать.

Валька снова агакнула. Глаза Светы удивленно округлились, словно она впервые сталкивалась с таким способом выражения мыслей.

– Это я от нервозности. Или стервозности, - любезно объяснила Валька.
– Простите.

Света сморщила лоб, отыскивая потерянную нить разговора.

– Так вот... я прошу...

– Я поняла.
– Валька стала загибать пальцы. – Первое, - расстаться, второе, - оставить в покое, третье, - больше не преследовать и не напоминать о себе.

– Ведь у нас дочь!
– взмолилась Света.

Валька мученическим усилием удержалась, чтобы не агакнуть.

– Хотите разорить гнездо, разогнать птенцов, сделать всех несчастными, а самой?..

Валька пожала плечами и тряхнула копной волос.

– Вот еще!

– Вы можете хотеть что угодно, но учтите: он на вас не женится.

– А у нас тоже может родиться. Птенчик. Тогда посмотрим!

– Дрянь! Испорченная девчонка!
– Света двинулась в наступление с робостью человека, которого противник лишил счастливой возможности отступить. – Смотрите! Бог вас накажет!

– А Он не узнает. Я уже пять лет не исповедовалась.

– Какая же вы молодая и какая жестокая! Неужели вам не стыдно?!

На минуту Вальке стало не по себе, и, не в силах вспомнить, как ведут себя в таких случаях, она невольно прислушалась к слабенькому голоску внутри, стыдящему и осуждающему ее. Она ощутила смутное движение жалости и сочувствия к женщине и готова была покаяться перед нею, может быть даже по-детски расплакаться и попросить прощения. Но в это время желаемая подсказка всплыла в мозгу, и Вальке ясно представилось, что и как она должна говорить.

– Не рассчитывайте, что я такая дура, - сказала она с тем особым удовольствием, которое появляется от мысли, что ничего другого от нее не услышат. – Я с ним никогда не расстанусь. Не дождетесь!

Женщин, с которыми его сводила шальная, озорная, бедовая судьба, Жорка терпел до тех пор, пока они не портили ему настроение и не приносили неприятностей. В отличие от многих дружков, он не гонялся за красотками и смазливыми, и среди его пассий встречались такие оглобли, на которые иной бы и не позарился, не польстился. Недостатки внешности - худобу, плоскую грудь, торчащие лопатки, - Жорка не считал пороком, но та несчастная, которая вольно или невольно начинала ему досаждать, навлекала на себя его гнев и попадала в немилость.

Валькой он был доволен: хоть и не красотка, но фигуристая, копна волос в завитках и верхняя губка вздернута - до самого нутра пробирает, как поцелуешь! Она не клянчила денег, не оттаскивала от дружков, не лезла в его дела, не выведывала, не допытывалась, что и как, и не трезвонила домой по пустякам. К тому же свела его с отцом Александром, и он теперь в Новой Деревне - свой человек, усердный прихожанин, зоркий сторож и бдительный дозорный: шелохнулось - встрепенется, глазами не доглядит - спиной почует. И вовремя сообщит…