Тайны английской разведки (1939–1945)
Шрифт:
Через семь часов после того как «Суффолк» потерял контакт, на «Бисмарке» все еще продолжали считать, что его преследуют. Исходя из этого, Лютьенс решил, что подробный доклад в Германию об обстановке не причинит вреда. Беспокойство в штабе руководства войной на море было не меньшим, чем беспокойство в цитадели в Лондоне — ведь целый день от Лютьенса не поступало никаких известий.
Эта радиограмма от 25 мая — ее передавали с «Бисмарка» в течение получаса, начиная с 08.52 — явилась для англичан поистине даром. Работа корабельной радиостанции позволила определить место «Бисмарка», о движении которого англичане ничего не знали уже больше восьми часов. Когда английские станции получили пеленги и передали их в Лондон, возбуждение в цитадели достигло предела. Все радиопеленгаторные станции союзников были приведены в готовность и вели наблюдение — их донесения начали поступать в адмиралтейство по телефону и телетайпу еще до того, как «Бисмарк» закончил передачу радиограммы. О том, что произошло после, рассказывает капитан-лейтенант Кемп, который отвечал за прокладку курсов кораблей противника на картах оперативно-информационного центра для Уинна и Дэннинга. Он пишет:
«Нанесенные на карту радиопеленги показали, что «Бисмарк» находится значительно восточнее района, в котором он был в момент утраты «Суффолком» непосредственного контакта с ним. К сожалению, засечка была выполнена весьма приближенно, что не позволяло определить точные координаты на этом этапе. Адмирал Клейтон, капитан 1 ранга Эдвардс и Дэннинг собрались, чтобы обсудить результаты радиопеленгования, и все мы согласились, что «Бисмарк» находился на несколько сот миль дальше к востоку, чем мы ожидали, исходя из предположения, что он или следует по маршруту прорыва в Атлантический океан, или возвращается в базу.
Из-за ошибочного предположения, что в распоряжении командующего Флотом метрополии, находившегося на «Кинг Джордж V», есть несколько эсминцев, оснащенных радиопеленгаторными установками, и что он мог, следовательно, получить место «Бисмарка», ему были сообщены лишь данные об отдельных пеленгах в «сыром» виде, а не координаты, полученные на карте в адмиралтействе.
Помню, что я настаивал перед Клэйтоном на сообщении координат, — и, полагаю, Дэннинг поддерживал меня, но Клэйтон оставался непреклонным и решил сообщить только отдельные пеленги. Я считал, что мы допускаем ошибку, поскольку неправильно предлагать командующему в критический момент крупной операции анализировать необработанные данные разведки, а не сообщить ему уже обработанные сведения. В действительности у командующего не было эсминцев, оснащенных радиопеленгаторами.
Нанесенные на карте флагманского корабля пеленги показали, что противник находится намного севернее, хотя в действительности он был восточнее. Это заставило командующего сделать неправильный вывод, что «Бисмарк» направляется в базу через Северное море. Позднее, когда операция была завершена, я проложил пеленги на навигационной карте и сразу понял, что произошло. Офицер радиоразведывательной службы на флагманском корабле прокладывал пеленги на обыкновенной навигационной карте, а не на карте в гномонической проекции. Нанесенные им пеленги дали место «Бисмарка» почти на 200 миль севернее действительного».
Дэннинг в общем согласен с этим объяснением ошибок, которые, собственно, и могли привести к потере Флотом метрополии контакта с «Бисмарком».
Однако, по его мнению, оперативно-информационный центр разведывательного управления сообщал командующему только необработанные пеленги по его же просьбе, высказанной им перед выходом в море. Дэннинг подтверждает, что адмирал Клэйтон действительно настаивал, что командующему следует сообщать только пеленги, так как считал, что корабли смогут получить более точное место противника, чем береговые радиопеленгаторные станции.
Плавание «Бисмарка» в мае 1941 года проходило следующим образом:
18 мая — Совместно с «Принцем Огейном» вышел из Гдыни в Балтийское море.
20 мая — Находящийся в Скапа-Флоу адмирал Тови предупрежден. Немецкие корабли обнаружены в проливе Каттегат, о чем сообщено в адмиралтейство.
21 мая — Командование береговой авиации организовало усиленные поиски и обнаружило корабли в Коре-фьорде около Бергена, где они принимали топливо.
22 мая — Следует в Атлантический океан через Датский пролив.
Вечером самолет морской авиации, вылетевший с Оркнейских островов, установил, что в Коре-фьорде кораблей нет. Флот метрополии под командованием Тови вышел в море.
23 мая — Обнаружен в 19.22 «Суффолком»; начато преследование крейсерами.
24 мая — Непосредственный контакт потерян из-за снежного заряда, но вскоре после полуночи снова установлен. В 06.00 потоплен «Худ». Крейсера продолжают преследование.
24 мая — 18.00. «Бисмарк» и «Принц Ойген» разделились. Крейсер пошел на запад, а линкор — на юго-восток к берегам Франции.
25 мая — 03.06. Контакт с «Бисмарком» потерян преследовавшими кораблями на 30 часов; Флот метрополии часть этого времени вел поиск в ложном направлении. В 08.52 «Бисмарк» выходит в эфир с большой радиограммой, что помогло адмиралтейству определить его приближенное место и дать указание Флоту метрополии лечь на правильный курс.
26 мая — 10.30. Самолет «Каталина», руководствуясь указаниями оперативно-информационного центра разведывательного управления, обнаружил «Бисмарк».
26 мая — 20.47. Атакован авианосной авиацией с «Арк Ройяла».
27 мая — 08.47–08.49. Начало завершающей атаки Флота метрополии и соединения «Н».
В 10.36 «Бисмарк» затонул.
Таким образом, «Бисмарк» выдал себя сам. Предоставленный его ошибкой шанс едва не был упущен из-за технической ошибки (вполне понятной), которую допустили в адмиралтействе и на флагманском корабле.
Должно быть, вскоре после этого система радиосвязи ВМС группы «Запад» начала работать на частотах, которые использовались группой «Север» в Германии, в результате чего произошло неожиданно резкое возрастание радиообмена, немедленно замеченное в Лондоне. В совокупности с другими данными это позволило предположить, что «Бисмарк» шел в Бискайский залив.
Что касается немецкого штаба руководства войной на море, то в течение какого-то времени «Бисмарк» был единственным источником быстро передаваемой информации для определения следующего этапа действий: что должны делать подводные лодки; какие самолеты целесообразно выслать для прикрытия «Бисмарка» и бомбардировки преследующих его английских кораблей, когда они окажутся в зоне дальности действия авиации с баз во Франции. Относительно решения Лютьенса отправить довольно длинную информационную радиограмму штаб руководства войной на море высказал следующее:
«Работа корабельной радиостанции, продолжавшаяся свыше получаса, кажется, предоставила последнему (противнику) хорошие возможности точной засечки корабля с помощью радиопеленгаторных станций. Станции в Гибралтаре и в Исландии запеленговали корабль под углом 90°. Английский командующий, установив на этой основе, что он находится уже западнее «Бисмарка», приказал «Кинг Джордж V» и «Роднёю» повернуть на северо-восточный курс, а во второй половине дня, когда английские корабли пересекли курс «Бисмарка», он приказал им лечь на параллельный курс. После того как новые радиопеленги показали, что «Бисмарк» утром 25 следует юго-восточным курсом, английскому адмиралтейству стало ясно, что он направляется к западному побережью Франции».
В действительности английский командующий, конечно, получил из адмиралтейства радиограмму с указанием на допущенную ошибку.
С помощью немецких архивов представляется возможным восстановить с известной степенью достоверности характер доводов, которые привели адмирала Лютьенса в западню, подготовленную Флотом метрополии и соединением «Н» (и которые позволили английской разведке утверждать, что «Бисмарк» пойдет на юг). Немецкий штаб руководства войной на море, видимо, длительное время колебался в оценке опасностей и преимуществ действий кораблей из баз Балтийского моря или Норвегии, Бискайского залива или Северного моря. Успешный рейд «Шарнхорста» и «Гнейзенау», вероятно, также становился время от времени предметом размышлений; во время совещания на борту «Бисмарка» в день его выхода в море длительному обсуждению был подвергнут также вопрос о целесообразности следования Датским проливом, а также о погодных условиях, необходимых для этого. Таким образом, не удивительно, что выводы, которые позволяют сделать немецкие документы, в значительной мере напоминают оценку, сделанную оперативно-информационным центром разведывательного управления в ходе событий.
Контр-адмирал Клэйтон, капитан 1 ранга Дэннинг и их помощники, наблюдавшие в течение двух лет за всеми передвижениями тяжелых немецких кораблей и знавшие проблемы, которые стояли перед командующим Флотом метрополии в Скапа-Флоу, не считали невозможным проследить ход рассуждений адмирала Лютьенса. Однако важно отметить, что в то время они не знали степени повреждений, полученных «Бисмарком» в результате попаданий двух снарядов с «Принс ов Уэлса»; взрыв одного из них вызвал утечку топлива, а это привело к тому, что «Бисмарк» оставлял за собой нефтяной след, который заметил наблюдавший за ним самолет.