Чтение онлайн

— Пусть танцует еще! — зрители одобрительно застучали ладонями по коленям.

Флейта протяжно начала новую, на этот раз медленную мелодию. Бедра, грудь, плечи танцовщицы, послушные музыке, как будто сами начали исполнять привычные движения полные страсти и неги. Стасия открыла глаза и скользнула взглядом по возлежащим на подушках за столом мужчинам. Кариам-бай смотрел на нее чуть насмешливо, но ободряюще и это придало ей сил. В черных глазах еще двоих — одного молодого, а другого в годах, девушка с содроганием увидела неприкрытый огонь желания. «Неужели, это кто-то из них? Чиновник из столицы… наверное старик — мелькнула мысль, но лейри прогнала ее. — Не время, это помешает работе».

Чуть повернула голову к последнему участнику трапезы, и сердце ее дало сбой. Она поймала взгляд самых удивительных глаз, какие только встречала в жизни. Светло-серые, спокойные, они смотрели внимательно и отстраненно. Этот человек разглядывал ее, как мог бы разглядывать хрупкую статуэтку, а не как объект вожделения. Холодный взгляд не внушал отвращения и страха, а позволял почувствовать себя произведением искусства. Прекрасным. Совершенным. Волнующее чувство ликования заполнило девушку, и движения ее стали еще более отточенными и плавными. Теперь она танцевала только для него. Стасия не рассматривала его лицо, не оценивала совершенство черт — она попала под очарование серых глаз башангца, неожиданно странных для этого смуглого лица.

Разговор мужчин замолк, они не отрываясь следили за перемещениями танцовщицы по комнате. А она… откинула все мысли, бездумно и чувственно извиваясь в танце. Взгляд незнакомца не отпускал, Стасия так и завершила свое выступление, глядя ему в глаза.

Упали лазурные покровы, стихла музыка, замерли колокольчики на облегающем лифе. Девушку не задевали больше чужие жадные взоры, полные похоти — она их не замечала. Подобрав сброшенные в процессе танца накидки, Стасия пошла к двери, не слушая восторженных замечаний зрителей. Только у выхода что-то заставило ее обернуться и снова заглянуть в холодную серую глубину чужого взгляда. Он так же, не отрываясь, смотрел на нее, только теперь, покидающей комнату принцессе, показалось, что на спокойном лице мелькнула тень улыбки.

Как только за спиной закрылась дверь зала, силы вдруг покинули девушку. Стасия прислонилась к стене, не обращая внимания на глазеющую на нее стражу. Опустив веки, она снова и снова переживала волнующие эпизоды этого вечера. Какой необычный человек…

— Великолепно! Ты была восхитительна! — грезы развеял голос Нафисят, спешащей к подруге так быстро, как будто бегом бежала сквозь всю анфиладу комнат. — Я все видела! Это был лучший твой танец! Все просто в восторге!

Принцесса вздрогнула, и эйфория этого вечера покинула ее. Она вдруг вспомнила, кто она и зачем вообще затевался этот танец. Вспомнила, что ей сегодня предстоит еще одно испытание. Идти к этому отвратительному столичному старику теперь казалось совершенно невозможным и ужасным. Эти серые глаза затмили Стасии разум. Как она могла забыть…

— Превосходно! Только как всегда, нельзя сказать, какое впечатление ты произвела на нашего гостя. У меня всегда от этого его холодного взгляда прямо мороз по коже, — башангка что-то еще говорила, но Стасия была в своих мыслях и не слушала ее болтовню.

«Я не смогу, это невыносимо. Позволить прикоснуться… нет, не то, не просто позволить… соблазнить… как? — смятенные мысли метались, оглушая и приводя в ужас. — Как я могла согласиться? Нафисят… я должна помочь им. Сколько они с Кариамом для меня сделали! Это такая малость. Богиня! Почему это не ОН? С НИМ бы я могла попробовать. Как все было бы просто…»

— Идем! Мы подберем тебе наряд. Ты будешь неотразима, не переживай, он захочет тебя, даже если сейчас еще не уверен, — башангка тянула ее за руку в сторону личных покоев, Стасия бездумно шла за ней, оглушенная своей паникой.

«Что же делать? Сказать Нафисят, что не смогу? Отказаться? Но как отказать той, которой обязана столь многим?» — тут принцесса вдруг осознала, насколько нелепы ее терзания. Кто она? Руазийская принцесса? Безжалостная правда говорит, что давно уже нет. Вот уже пять лет, как она никто, но благодаря случаю и щедрости Нафисят, она продолжает жить так же бездумно и бесполезно, как привыкла дома. Как будто ей кто-то обязан предоставлять особые условия. Та жизнь рухнула, а она все еще продолжает жить как принцесса. Один раз почти случайно Стасия помогла башангке, и вот уже пять лет та возится с ней как с родной. Пытается примирить принцессу с ее нынешним положением, научить жить самостоятельно. А чем занимается она, Стасия? Живет в свое удовольствие за чужой счет и капризничает. Единственный раз ее попросили помочь, а она рассуждает о том, соответствует ли это ее убеждениям.

Как она сможет пойти ночью к мужчине? Просто. Стиснув зубы и улыбаясь, как делают тысячи женщин, ничуть не хуже ее, Стасии. Как те же Нафисят и Агния. Да, она сделает это. Не рассуждая и не оглядываясь на завораживающие серые глаза.

— Стейси! — Нафисят с беспокойством окликала принцессу уже не в первый раз. — Очнись. Нужно выбрать наряд. Ты не передумала?

— Нет, не передумала, — слабо улыбнулась принцесса. — Делай, что должно, и будь, что будет.

— Хорошо, — башангка ободряюще сжала холодные руки девушки. — Для меня это очень важно, Стейси. Мы очень благодарны тебе. Будь осторожна. Рашад-бай умный и опасный человек… я не хочу, чтоб с тобой случилось несчастье. Если он заподозрит предательство, то… я даже боюсь предсказать его ответ. Потому не делай глупостей и не паникуй. Нельзя сразу же подсыпать ему снотворное, это вызовет подозрения.

Стасия внутренне содрогнулась, но промолчала. «Будь, что будет…»

Суетливые сборы и напутствия не заняли много времени. Нафисят переживала не меньше самой принцессы и, ломая пальцы, ходила по комнате, пытаясь не упустить ни малейшей детали. Стасия ощутила небывалое спокойствие, как перед прыжком со скалы, твердя про себя одну единственную фразу, как заклинание: «Будь, что будет».

Ловко держа на одной руке поднос с фруктами и вином, второй, она приоткрыла дверь гостевых покоев и скользнула в комнату. Потупив взор, девушка сделала пару маленьких шажков к низкому столику у кровати. Она не смотрела на обитателя спальни, но чувствовала, как сидящий на ложе Рашад-бай настороженно наблюдает за ней. Поставила поднос на столик, зачем-то поправила плетеную салфетку на столешнице, и, внутренне холодея, обернулась к молчаливо глядящему на нее мужчине. Она не знала, что делать дальше, как сказать ему… как не растерять всю свою решимость и не сбежать отсюда. Башангец молчал, похоже, не испытывая никакой неловкости, и Стасия все так же ощущала на себе его изучающий взгляд. Там, за дверью, ей казалось, что все будет проще. Мужчина сам поймет, зачем она пришла и… дальше она не знала, наверное, сам сделает все, что нужно. И никак не ожидала, что он будет сидеть как неживой, ничем не выдавая своего отношения к ее присутствию и явно ожидая объяснений.

— Я… принесла вам вино и фрукты, господин… — жалко проблеяла она, не смея поднять глаз, чувствуя себя все более неловко.

— Да, и что же дальше, прекрасная лейри? — насмешливо подбодрил ее он.

Голос был низким с хрипотцой, ошарашившей девушку — не такой голос она ожидала услышать от старика-чиновника. Может быть, она плохо разглядела его в столовой зале, увлеченная другим человеком? Щеки принцессы вспыхнули румянцем, но она решительно прогнала прочь ненужные сейчас воспоминания. Потом.

— Все, что пожелает госп… — Стасия наконец посмотрела в лицо собеседнику и подавилась своими словами.

С легкой иронией ее изучали те самые серые глаза, о которых она не могла забыть весь сегодняшний вечер. С грацией крупной кошки или бывалого воина, он встал с ложа и, сделав шаг ей навстречу, оперся на задрапированную золотым балдахином стойку. У принцессы перехватило дыхание, мысли разом покинули ее голову, девушка снова забыла, кто она и зачем тут находится. Вечером во время ужина, она почти не видела его лица, только завораживающие глаза. Сейчас же при свете свечей, не отвлекаясь на танец, Стасия смогла разглядеть его.

Высокая мощная фигура мужчины возвышалась над принцессой на голову, перевитые мышцами плечи не мог скрыть небрежно накинутый на обнаженный торс красный халат из арамайского шелка. Маленький шрам у левого виска не портил четко вылепленные резкие контуры смуглого лица, а скорее придавал жизненности совершенным чертам. Иронично изогнутые губы и хищный нос с горбинкой, довершали облик. Совершенный образец мужественности и силы.

— Вам понравилось то, что вы увидели? — вкрадчивый низкий полушепот снова нарушил тишину комнаты, заставив Стасию вновь посмотреть собеседнику в глаза.