Чтение онлайн

На фоне материалов об этой Лиге нынешняя роль последней еще резче вырисовывается как: а) агитационный трюк для обмана трудящихся и б) временная (до будущей войны) форма дипломатического давления более сильных грабителей на менее сильных.

Второй вывод, который напрашивается при чтении: английская буржуазия, как и всякая другая, в своей пропаганде не стесняется в средствах, лишь бы ими не нарушались «незыблемые» основы буржуазного строя. Англия не задумываясь, жмет на Италию, чтобы та умерила свои аппетиты на югославянские области, а на югославян, чтобы последние «пока идет война» не предъявляли слишком громко своих претензий к Италии: «Комиссия выражает твердую уверенность в том, что все спорные вопросы о границах между Италией и будущей Югославией будут умалчиваться югославской прессой и вождями вне и, поскольку они могут оказывать влияние в этом направлении, также и внутри австро-венгерской монархии».

Важен брошенный во время войны «освободительный» лозунг; выполнение последнего — дело совсем не обязательное. Важен эффект: враг будет расшатан — бить его будет легче.

Мы подчеркиваем, что буржуазия не стеснялась в средствах, если последние не выходили за рамки буржуазного строя. Вот доказательство этого: «Относительно Австро-Венгрии комиссия обсуждала вопрос, допустимо ли использование поголовного голода среди мадьярских крестьян и недовольства немецкого пролетариата. Здесь пришли к заключению, что не является вредным поддерживать крестьянских агитаторов в Венгрии, что союзники, однако, не поддерживая большевистской пропаганды, должны распространять среди австро-германского рабочего населения только собственную литературу последнего». Мысль понятна: большевики опасны, но «собственные» агитаторы и литература рабочих и тем более крестьян не только не опасны, но даже полезны. Ведь под этими «собственными» агитаторами, под «собственной» литературой подразумевалась литература социал-оппортунистов, т. е. домашних, беззубых социалистов, которые, не идя против буржуазного строя в целом, разрушали своей оппозиционной работой единство в стране, тем самым ослабляя военную мощь [25] своей страны. А этого только и надо противнику (в данном случае Англии), ведущему пропаганду.

Последний вопрос: что полезного может из данной книги извлечь наш советский читатель — командир, политработник, партиец и комсомолец на гражданской работе, активист рабочий и крестьянин? Как мы уже указывали, полезные для себя выводы мы можем из настоящей книги сделать в двух направлениях: в разоблачении «механики» буржуазной пропаганды и в использовании некоторых методов и способов этой пропаганды в нашей работе.

Книга дает богатый разоблачительный материал. Она показывает, на каких принципиальных и организационных основах строилась пропаганда; она тем самым показывает, каковой, вероятно, будет пропаганда буржуазных стран в будущей войне. Книга показывает, на каких «участках» политической борьбы и в каких формах можно ожидать со стороны наших будущих противников обмана, лжи, подлогов, подкопов, чтобы попытаться расшатать нашу мощь и единство. Книга показывает, какими методами, при использовании каких «каналов», технических средств противник будет пытаться найти путь к влиянию на менее сознательную и стойкую часть бойцов и населения.

И, одновременно, эта книга дает ряд поучительных указаний, главным образом, в вопросах организации и технического усовершенствования политической работы.

Мы со своей стороны, не предвосхищая возможных практических и полезных для нас выводов (в обоих направлениях), выпускаем перевод настоящей книги с тем, чтобы дать возможность самому читателю с карандашом в руках при чтении проработать и изучить изложенный здесь опыт буржуазной пропаганды.

Читатель не должен при этом ни на секунду выпускать из виду принципиальной, классовой разницы в целях буржуазной пропаганды и нашей политработы.

И каждый читатель должен всегда помнить, что лучший способ подготовки своей обороноспособности — это заблаговременное знание замыслов, тактики и технических средств врагов.

Настоящая книга дает нам возможность приподнять завесу над туманным будущим политической борьбы, которую поведет против нас наш классовый враг наряду с технической борьбой. [26]

Вот почему мы горячо рекомендуем прочесть эту книгу всем товарищам, которым дорога обороноспособность и готовность нашего Союза к борьбе с классовыми врагами. Изучить и знать врага — лучшая гарантия победы.

Ф. Блументаль.

23 февраля 1928 года. Москва. [27]

Пропаганда во время войны является сравнительно новой деятельностью.

В той стадии своего развития, которой она достигла в конце войны {11}, пропаганда являлась, несомненно, новым и могучим орудием ведения войны. Однако пользоваться следует пропагандой осмотрительно и осторожно, так как в противном случае она подействует скорее разрушительно, чем созидательно и оттолкнет того, кого она должна была завлечь.

Что же такое пропаганда? Пропаганда состоит в представлении какого-нибудь положения так, что это оказывает должное воздействие на других.

Поскольку пропаганда направлена прошв неприятеля, постольку действия лица, осуществляющего пропаганду, не должны казаться пропагандистскими.

За редкими исключениями, вызываемыми особыми обстоятельствами, происхождение пропаганды должно быть тщательно завуалировано и, как общее правило, желательно также сохранять в тайне связи.

Первой задачей пропаганды является создание благоприятной атмосферы. До тех пор, пока такое настроение (как результат военных событий, пропаганды или внутриполитического недовольства) не создано, войска и население противника, — то и другое в современной войне одинаково важно, — не будут, конечно, относиться к пропаганде сочувственно, и не будут ей поддаваться.

Для того, чтобы создать атмосферу восприимчивости и возбудимости, необходима определенная система пропаганды. [28]

Это в свою очередь предполагает установление последовательных методов работы, которая требует широкого знания фактов и развития политического, военного и экономического положения, а также знакомства с настроением в рядах неприятеля. Пропаганда, в собственном значении этого слова, может быть начата только после установления определенной программы, не ранее.

Первое правило пропаганды — это пользоваться только правдоподобными утверждениями. Во-вторых, не следует пользоваться противоречащими друг другу доводами.

Последнее может быть достигнуто только при наличии дружной, совместной работы всех участников пропаганды и путем безусловного соблюдения избранного способа пропаганды.

Неправильный шаг иногда невозможно исправить. Вследствие несоблюдения указанных принципов пропаганды против неприятеля, и именно — вследствие недостаточного понимания их важности, потерпели неудачу чрезвычайно энергичные усилия германской пропаганды {12}. Ввиду того, что немцы ошибочно предполагали, что война будет продолжаться недолго, они пользовались ложными и полуправдоподобными фактами, а также ложными или преувеличенными сообщениями. Некоторое время это имело успех, но затянувшаяся война сама по себе опровергла ложные германские сообщения, и вместо того, чтобы быть полезными для центральных держав, эта кампания повредила их делу.

Кроме того, немцы, как это впоследствии ими было признано, в своих ложных утверждениях не были единодушны.

Как указывает известный британский знаток германской пропаганды, в Германии господствовало хаотическое обилие различных точек зрения, и германцы не могли понять других наций.

По поводу этого явления выдающийся германский проф. д-р Карл Лампрехт в одной своей лекции конца 1914 г., когда немцы считали свою победу обеспеченной, высказал свое сожаление: «Когда началась война, — говорил он, — то всякий, кто умеет писать,

[29] взялся за возможно большего размера гусиное перо и написал всем своим иностранным друзьям, что они совершенно себе не представляют, что за выдающиеся люди германцы. При этом они нередко добавляли, что во многих случаях поведение немцев заслуживает извинения. Итог был поразительный. Я могу об этом говорить, совершенно открыто, — продолжал он, — ибо среди всей массы людей больше всего ошибались профессора. Последствия были ужасны, — вероятно, больше всего вреда было нанесено нашему делу этим путем, больше чем всеми усилиями наших врагов. И это несмотря на то, что все делалось с наилучшими намерениями. Самоуверенность была велика, но отсутствовал опыт, и думали, что германское дело можно защитить без подготовки. Чего недоставало, это — организации».