Чтение онлайн

– То есть откажемся от всех систем, используемых в настоящий момент, и вложим миллионы кредитов в продукцию, в которой не нуждаемся, - уточнила Падме.

Тэли пожал плечами.

Оби-Ван не верил своим ушам. Талантливый и самоотверженный мальчик, которого он знал, превратился расчетливого торговца, наживающегося на войне.

– Допустим, - продолжала Падме, - Мы можем пойти на это, если вы дадите нам полгода на переоборудование. Это, разумеется, если ваши системы работают. Нам нужен плавный переход. Я не подвергну опасности наши войска ради вашей выгоды.

– Вот и славно. Я тоже не желаю, чтобы кто-то погиб из-за меня. Я желаю лишь выгодной сделки, - заключил Тэли, - Что ж, по рукам. Хелина, вы не принесете документы?

Хелина поднялась и вышла. Тэли повернулся ко второму помощнику:

– Моро, вы не могли бы доставить программный алгоритм, для проведения испытаний взламывателя? Мы с радостью предоставим его гостям.

– Разумеется, - Моро тоже встал и удалился.

Оби-Ван заметил, что Тэли внимательно следит, как за Моро и Хелиной закрывается дверь. Потом он включил крошечное устройство, спрятанное в кулаке.

– Что за...
– начала Сири, но Тэли поднял палец, призывая к молчанию. Он ввел код и дождался, пока на приборе загорится зеленый свет.

– Весь разговор записывался, - объяснил Тэли, - Недавно я выяснил, что среди персонала есть шпион. Некто, желающий занять мое место. Я сумел перехватить отслеживающее устройство, но ненадолго. Не хочу, чтобы он или она поняли, ято мне известно о слежке.

– Ты кого-то подозреваешь? – спросил Оби-Ван, - Поэтому отослал Моро и Хелину?

– Я подозреваю их не больше чем остальных своих ведущих сотрудников, - ответил Тэли, - Всех, у кого есть доступ в мой личный офис. Весь высший персонал.

– Вы думаете, Сепаратистам известно о взламывателе? – предположила Падме.

– Вся информация, покидающая убежище, отслеживается, - покачал головой Тэли, - Это совершенно естественно для индустрии шпионажа – я сделал невозможным шпионаж за самим собой. Я контролирую доступ ко всем данным и всю систему связи. Все исходящие сообщения.

– Прямо как Квадрант Семь, - заметила Сири. Тэли кивнул:

– Учусь на опыте. Так что – нет, сенатор, я не думаю, что информация просочилась. Пока что нет. Но это подводит нас к третьему условию сделки.

– Мы уже заключили сделку, - возмутилась Падме.

– Не совсем. От вас требуется выяснить, кто шпион. И сделать это в следующие двадцать четыре часа. Тогда и только тогда сделка состоится.

Анакин смерил его сердитым взглядом:

– Джедаи не сыщики!
– Тэли поднялся.

– Придется побыть. Это не обсуждается. – Падме и джедаи обменялись взглядами. Сенатор тоже встала:

– Мы согласны.

– Это нелепо, - тут же высказался Анакин, стоило им остаться одним в выделенных покоях. Они уже обыскали комнаты на предмет подслушивающих устройств. – Он держит нас здесь заложниками, ожидая, что мы кинемся решать его деловые проблемы.

– Нелепо, - согласился Оби-Ван.

– Мы теряем время, - Сири выглядела такой же нетерпеливой, как Анакин, - И мне это не нравится. Он же сознательно пользуется нами!

– Этот взламыватель может стать спасением Республики, - вздохнула Падме, - Жизненно важно добыть его. Неужели он не стоит маленького расследования?

Сири раздраженно стряхнула с себя рюкзак. Тот с грохотом упал на пол. Оби-Ван глянул на нее с любопытством. Видеть Сири в раздражении или негодовании не было для него новостью, скорее – данностью. Но теперь в ее досаде скользил некий новый оттенок, которого Оби-Ван объяснить не мог.

– Ну так давайте начнем, - предложил Анакин. Тэли обещал нам список всех сотрудников с доступом во внутренний офис. А пока я пройдусь, осмотрюсь, может быть, и разведаю что-нибудь.

– Я пойду с тобой, - вклинилась Падме, - Может, набредем на какую-нибудь зацепку.

Дверь с шипением закрылась за ними. Рюкзак Сири зацепился за уголок стола, и когда она потянула его на себя, из него посыпалось содержимое. Сири сердито пнула злополучный рюкзак за непослушание. Оби-Ван нагнулся и осторожно высвободил зацепившуюся лямку.

– Ты злишься на сумку или на ножку стола? Или на меня?

Сири села на пол и подняла взгляд:

– Просто не ожидала, что мы тут застрянем.

– Всего на день.

– И день может длиться вечность, если не повезет. Ну что я знаю о промышленном шпионаже? – Сири зарычала, - Я просто не лучший джедай для этого задания.

– Ты лучший джедай во всем. – Оби-Ван опустился на пол рядом с ней, - Что с тобой?

– Я же сказала!

– Нет, не сказала.

Сири вздернула подбородок, глядя на джедая – уязвленная, раздосадованная, недовольная. Потом она выдохнула, уронив голову.

– Ты помнишь, - тихо начала она, - Тогда, в пещере... я хотела помочь ему сбежать?

Оби-Ван почувствовал, как перехватывает дыхание. Они не говорили об этом почти двадцать лет. Подробности того задания были опасно близки к тому, что оба поклялись забыть.

– А, - его голос был ровным, - один из наших многочисленных споров.

– Что толку от того, что Тэли дал тогда показания? – спросила Сири, - Да, мы накрыли шайку. Да, некоторые охотники даже угодили за решетку. Я не узнавала специально, но могу спорить, что их уже выпустили. Родителей мальчика убили, и посмотри теперь на него. Посмотри, что из него выросло. Недоверчивый, подозрительный, ожесточившийся человек, которого волнуют только деньги и власть. Но тот мальчик, Оби-Ван, он все еще жив в Тэли. Глубоко внутри. Ты не рассмотрел его офис? Стол, лампы – ничего не напоминает?

Оби-Ван озадаченно покачал головой.

– Два оранжевых светильника, - мягко произнесла Сири, - И позолоченный стол.

– Циррус, - выдохнул Оби-Ван, - Два солнца и золотое море.

– Он не забыл о том, чего лишился. Ни на минуту, - прошептала Сири, - Что, если бы мы отпустили его тогда? Если бы он вырос в любящей семье?

– Джедаи... не думают о «бы».

Сири расстроено покачала головой:

– Во имя всех звезд, Оби-Ван, только ты умеешь меня так довести. Джедаи также не становятся генералами и не участвуют в войнах. Джедаи не наблюдают, как их друзья погибают в огне сражений! Все меняется. Ты заметил?

– Да, - тихо отозвался Оби-Ван, - Я заметил. Но я все равно не верю, что что-то изменится, если оглядываться назад и подвергать сомнению решения, принятые двадцать лет назад.

– Когда-то для меня не было вопросов. Только ответы, - призналась Сири. Оби-Ван и забыл, как ее глаза в зависимости от настроения меняют цвет от прозрачного голубого до глубокой синевы. – Я изменилась. Теперь я все подвергаю сомнению. Я многое видела, и меня пугает, куда катится Галактика, - Она посмотрела прямо на него, - Неужели ты никогда не оглядываешься назад? Не спрашиваешь себя, правильно ли ты поступил? Не размышляешь – а было ли что-то, что можно было сделать иначе?