Чтение онлайн

К моей вящей досаде изменилось совсем немного: лишившись заветной папки Вадим расстроился, но тотчас нашёл выход из положения, сотворив то, что Рейджин обозначил «распечаткой». Тихие пояснения демона ясно обозначили всю глубину моего невежества, а моя разнесчастная шея закрепила «провал» яростным зудом.

Большинство документов мира Сакраменто имелись в так называемой «электронной форме» и при наличии чудесного устройства, именуемого «принтером», в любой момент могли быть «распечатаны». Иными словами, воплощены в удобную для чтения и переноски «физическую форму», что Вадим нам с блеском и продемонстрировал.

Второй заход происходил уже под чутким руководством Рейджина, отвергнувшим моё робкое предложение отнять у «чудо-устройства» бумагу и тем самым «лишить его силы воспроизводства». По его толкованию выходило, что бумагу можно раздобыть в любой момент и всё дело в «некоем электронном документе», вольготно располагавшемся в недрах компьютера.

Хоть объяснения Рейджина и были понятны, моя бедная, успевшая разболеться от бесконечных объяснений голова, оказалась неспособна усвоить новые познания и, недолго думая, я попросту вывела злокозненную машину из строя посредством применения физической силы.

— А я-то некогда думала, что изучение векторных величин[7] — занятие бесполезное и даже вредное для благородной девицы, — нервно посмеивалась я, возвращаясь «на пост». — Давай-ка поглядим, что изменилось.

— При всём уважении, применение грубой силы далеко не всегда является выходом из положения, — возразил Рейджин, переводя взгляд с дымящихся останков удивительной техники на мой растрескавшийся браслет и обратное. — Тебе нужно сходить к Сопрано.

— Этот спелльелос может и обождать, — отмахнулась от рекомендаций демона я и нетерпеливо подалась вперёд. — Лучше промотай вперёд на полчаса-час.

Увиденное едва не лишило меня дара речи: ничуть не смутившись поломки и пробормотав себе под нос пару-тройку крепких словечек, Вадим с торжествующим видом извлёк из кармана телефон, где были запечатлены очередные «электронные копии» разнесчастного документа. Ещё и вслух поздравил себя с такой предусмотрительностью.

— Да я!.. — рыкнула я, ощущая, как и без того истощённая магическая нить браслета натягивается, готовясь лопнуть. — Да я эту презренную технику об ближайший угол!

— Незачем, — остановил меня Рейджин. — Видишь ли, Фэй, есть так называемые «невозвратные явления» и, похоже, мы наткнулись на одно из них. Вадим должен иметь при себе этот документ — это неизменный факт, который мы при всём желании не сможем обратить вспять.

— И всё же я попробую, — цыкнув, я вернулась в пропахшую гарью комнату и, вытащив из карманов пропылённых штанов телефон, прицельно ударила его об угол кровати. — Мотай обратно!

Рейджин только вздохнул, но послушно отмотал, позволяя насладиться как воплями самого Вадима, так и его неучтённым «озарением» насчёт запоминания основной сути документа с адресом. Заметив моё выражение лица и оценив его как пугающее, Рейджин торопливо добавил:

— Вредить подопечным строго запрещено, Фэй. Догадываюсь, ты сейчас раздумываешь о том, не проще ли вскрыть черепную коробку нашего друга и, как следует в ней покопавшись, извлечь вредные мысли, но…

— За кого ты меня принимаешь?! — вспылила я, но почувствовав натяжение браслета, понизила тон: — Ничего подобного. Да, мне тяжело принять тот факт, что далеко не всё нам подвластно, но членовредительство — это уже край. Лучше промотай до встречи с Идой. Вдруг без телефонов они потеряют друг дружку?

Ничего подобного.

Вадим успешно переговорил с подопечной Рейджина по домашнему телефону и, довольный собственной находчивостью, отправился вместе с нею по указанному в папке «Дело №» адресу. Где и нашёл смерть, ясное дело.

Раздражённо вздохнув, я отмотала время на момент передачи Идой своего номера телефона, но оказалось, что «слишком ранние явления редактированию не подлежат». Иными словами, мы наткнулись на очередной «неизбежный фактор», с которым оставалось только смириться.

— Не хочешь попробовать повлиять на ситуацию? — окончательно сдавшись, предложила я. — Вдруг ты сможешь достичь того, что неподвластно мне?

— Маловероятно, — Рейджин отрицательно мотнул головой. — Ты столько всего перепробовала, Фэй… и всё, как одно, бесполезно. Ладно бы мы могли повлиять на саму ситуацию, но с момента вхождения наших подопечных в подъезд, вмешательство становится недоступным. Месье заблаговременно предупредил меня о том, что вмешиваться можно будет лишь «до известных пределов», но всё же… всё же…

— Сплошная морока, — закончила за него я и мы одновременно вздохнули. — Выходит, нам не остаётся ничего, кроме как лезть напрямик?

— Именно, — безрадостно подтвердил демон, раскрывая картонную папку. — А перед тем — внимательно изучить дело, ради которого эта бестолковая парочка отдала свои жизни. Хм, что там у нас? О-о-о, Девятеро, какого человека?! Тут нужны специалисты, никак не практиканты-любители, вроде нас.

— Это ты у нас практикант-любитель, — вмешалась я. — А я — простой волонтёр… хотя можно ли назвать того, кто привлечён к помощи родному граду добровольно-насильственным способом называть «волонтёром»? Ох, ладно, допустим, «волонтёр». Что там?

— Зазеркалец, — коротко бросил Рейджин, взлохмачивая алую шевелюру. — Уже не просто не по нашей части, но даже и не по специализации нашего горячо любимого городка. А у меня, как назло, ни одной карт-бланш[8]… Извечно терзающий людские умы вопрос: «Что делать?» в нашем переложении приобретает воистину тревожный оттенок.

— Предлагаешь бросить ребят? — возмутилась я. — Нет, я понимаю, что ты — демон и для тебя происходящее — всего-навсего практика, но мне думалось, ты благороднее, Рейджин. Возвращаясь к карт-бланш, месье вручил тебе часы, имей совесть.

— И они нисколько не помогли нам продвинуться в вопросе спасения подопечных, — отрезал тот. — Время смерти — шестнадцать шестнадцать, этого никак не изменить. Давай откажемся и возьмём новых, менее проблемных смертных. Забудешь о своём Вадиме как о страшном сне, а я лично озадачусь тем, чтобы тебе «выдали» девушку.

— Не сгущай краски, — глухое раздражение, начавшее копиться внутри с первой же фразы венценосного монстра всё-таки прорвалось наружу: — Тебе ли не знать, что новоприбывших в обязательном порядке снабжают визитками, по одной от каждого града Великой Пентаграммы России? Сыздавновск в их числе.

— Зная крутой нрав дона, он может счесть твой призыв блажью, — продолжил активно сгущать тучи Рейджин. — Не боишься лишиться ценной привилегии?

— О чём речь? — ответила вопросом на вопрос я. — Когда на кону человеческие жизни, меньше всего думаешь о каких-то там привилегиях. С тебя короткий брифинг минут на пять — и можно выдвигаться.

— Ах, какая же ты всё-таки самка! — умилившись, Рейджин пребольно ущипнул меня за щёку. — Говоришь одно, но делаешь совершенно другое и при этом с таким невозмутимым видом, как будто так оно и надо. В тебе гораздо больше сострадания и человечности, нежели ты сама воображаешь, Фэй Доринкорт.