Тайны Иномирска
Шрифт:
— Зло?! — клещом вцепился в последнюю фразу Вадим, меняя сидячее положение на стоячее и пачкая своими разноцветными носками мой диван. — Когитеки-химе-то?! Нет, единственная злодейка здесь ты, фальшивая Макима-сан! Что, хочешь вырвать моё сердце из груди и сожрать? Хрен тебе, хрен!
Продолжая нести околесицу, Вадим возбуждённо запрыгал на диване, размахивая пластмассовой фигуркой и обзываясь на разные лады. Занятно, но сейчас, когда мы во всём разобрались, мне было немного стыдно за свои убийственные порывы. Ясно же, что парнишка болен, а на юродивых и в моём-то мире не принято обижаться.
— Оглушить? — предложил Рейджин, но я отрицательно мотнула головой. — Только скажи, Фэй.
— Нет, я сама, — схватив неблагодарное создание за щиколотку, я дёрнула её на себя. — Ох-х!
Циркулирующая внутри меня сила демонов никак не могла предвидеть того, что отчаянно сражающийся «за жизнь» парнишка сначала вцепится мне в волосы, выдрав солидную прядь, а затем ещё по-собачьи сомкнёт зубы на запястье.
— Твою ж… — ругнулась я, прицельно пиная растерявшего последние остатки мозгов «подопечного» в живот и, тем самым утихомиривая. — Что за невезение! Не тяни лапы к моим волосам, Рейджин, я не хуже тебя знаю, какие интересные вещи можно сотворить с ними.
— И в мыслях не было, — разжав кулак отправленного в нокаут парня, демон прищёлкнул пальцами, сжигая волосы: — Предоставишь обыск мне? Всё же ты — девушка и мне становится не по себе при одной мысли о том, что ты раздеваешь парня.
— Ага, ведь ты предпочёл бы, чтобы я раздевала тебя, — хмыкнула я и Рейджин вернул мне ухмылку. — Ладно, твоя взяла. Вадим омерзителен, не желаю лишний раз прикасаться к нему. Есть риск подхватить имбецилизм. Хочешь что-то сказать, Ида?
— М-м-м, — промычала она, отчаянно краснея и соединяя кончики указательных пальцев: — Раз Вадим — анимешник, то может посчитать, что Рейджин хочет… ну, это самое…
— Что именно? — пришла на помощь девочке я. — Говори свободно, здесь все свои.
Испуганно втянув голову в плечи, Ида посмотрела сначала налево, затем — направо и лишь после соблюдения этого престранного обряда, разомкнула уста:
— Яой!
Болезненно сморщив лбы, мы с Рейджином честно старались дойти своим умом до расшифровки странного термина, но так и не сумев, вновь посмотрели на Иду. Та, видимо, закончила моральную подготовку, потому что дополнила свой ответ:
— Мужчина с мужчиной!
— Девятеро меня сохрани, — Рейджин вздрогнул и отодвинулся от по-прежнему валявшегося в отключке Вадима. — Нет, ни за что! В Демониуме есть и такое, но чтобы я?.. Нет!
— Именно так он и подумает, когда очнётся, — настаивала Ида, округлив глаза. — Вадим не станет слушать ваши рассказы о метке и начнёт кричать о яое — если метку найдёт Рейджин и о хентае — если метку найдёте вы, Фэй.
— Можно на «ты», — рассеянно произнесла я. — Хм-м, ты говоришь, если очнётся? Тогда всё просто: нужно лишь сделать так, чтобы он не пришёл в себя до окончания процедуры.
— Звучит предельно утомительно, — Рейджин прикрыл глаза ладонью, предусмотрительно оставив щель между пальцами. — Давай, бей. А я прослежу, чтобы ты его всё-таки не убила.
— Насилие! — ужаснулась Ида, шлёпая себя по щекам. — Нельзя же так!
— Можно, — спокойно парировала я, готовясь к удару.
Основательно избитый, но не убитый Вадим по нашим расчётам должен был прийти в себя не ранее чем через два-три часа, поэтому можно было спокойно стянуть с него одежду и отыскать клеймо. Через пятнадцать минут тщательного исследования пропахшей палёной монстрятиной рубашки, заляпанных грязью джинсов и одного пренеприятного оттягивания резинки трусов, мы сумели обнаружить искомое на правой ягодице.
Издевательски улыбающаяся рожица спелльелоса высовывала язык, поигрывала бровями и беззвучно хохотала, когда мы оттирали её чем придётся: от заныканного в кладовой дедушкиного самогона до технического спирта, прихваченного мной по акции. Ничто не помогало, а рожица тем временем ухмылялась всё наглее и наглее. Мол, ничего-то у вас, дураков, не получится.
Ещё как получится, мерзкое отродье.
Увы, слова далеко не всегда сходятся с делом и резкое, едва различимое движение ожившего клейма хорошее тому подтверждение. Отрастив длинный хвост с заострённой пикой на конце, оно глумливо захихикало и воткнуло его мне в палец.
— Не-е-ет! — излишне трагически прокричала Ида, подхватывая сегодняшнюю газету и, резво сворачивая её в трубочку, принимаясь лупасить ею по ошеломлённой метке. — Вот тебе, вот тебе, вот! Она же теперь сто лет спать будет!
— Чиста, наивная и глупа, — продекламировала я, засовывая в рот пострадавший палец. — М-м-м, больно всё-таки. Чего стоишь, Рейджин? Давай, помогай слабым девам.
— Слабым? — демонический принц покосился на бьющую верещащее не своим голосом клеймо Иду. — Не сказал бы.
Шёпоток ветра, пронёсшийся рядом, осел непочатой упаковкой пластырей в здоровой руке, и я быстро заклеила ранку. Удостоверившись, что всё в порядке ветер также бодро унёсся прочь, напоследок погладив меня по щеке.
— Спасибо, Мэри, — тепло поблагодарила полтергейст я. — Схватываешь на лету. Ох, прости за каламбур.
Доселе мирно лежавшие на полу обрывки листочков поднялись вверх, складываясь в причудливое бумажное сердечко. Видимо, до меня Мэри никто не хвалила.
— Хватит, Ида, — произнесла я, оттаскивая разбушевавшуюся девочку от раскрасневшихся Вадимовых ягодиц. — Мы не в сказке, а даже если бы и были, то с нами Рейджин. Единственный наследник Западного Домена Айндемониума измерения Демониум. Принц из принцев.
— А, да, — опомнившись, Ида выронила измочаленную газету. — Тогда… что нам делать? Оно никак не уходит!
Сулящее погибель клеймо всхрюкнуло, отращивая два маленьких рога. По всему выходило, что при случайном обнаружении вся вина должна была лечь на ни в чем не повинных жителей Демониума. Тут тебе и рога, и хвост, и начинающие пробиваться крылышки.
— Есть одна идейка, — медленно произнесла я. — Без понятия насколько рабочая, но вариантов не так уж и много. Рейджин, возьми-ка ты Вадима за ноги, Ида — за руки, а я пока схожу за ключом.