Чтение онлайн

О, духи-хранители умеют краснеть? Надо же! И так гневно глазами сверкать? Она тут причём? Не она, запинаясь и явно подыскивая слова, толковала о согласии, приватной беседе в кабинете и удовлетворении запросов. У Василисы опять прорвались смешки, щеки стали пунцовыми, как спелый помидор, а когда директор с тяжким вздохом сказал в телефон: «Хорошо, я разберусь и с вашими коридорами тоже», у Василисы вырвалось:

– Не бережёте вы репутацию областного инспектора, Елисей Назарович! Ой, не бережё-ёёте... – И она с хохотом вылетела из кабинета, подгоняемая свирепо завывающими порывами ветра.

Занятия в институте шли с переменным успехом.

Доклад о полтергейстах сэру Анку она сдала вовремя, а на семинаре о бестелесных сущностях перепутала фантом с химерой к вящему недовольству преподавателя. Преподаватель не был жив уже полсотни лет, но это прискорбное обстоятельство не мешало ему муштровать молодое поколение. Важное и солидное институтское привидение, обучавшее некромантов ещё в бытность свою телесным существом, гневно высказалось, что путать фантом с химерой столь же опасно, как чистую воду с раствором цианида. Ибо фантом есть порождение человеческой фантазии, проецирование яркого художественного образа в нематериальную составляющую мира, тогда как химера – порождение хаоса. В качестве наглядного примера преподаватель вызвал в класс фантом Д'Артаньяна: яркий полупрозрачный образ в мундире мушкетёра, при шпаге и шляпе. Василиса мельком видела его в институтской библиотеке в секции классической литературы. Фантом дракона, вплывший в класс за героем Дюма, тоже видела – в секции, посвящённой магическим животным. Схожий фантом в вотчине Всемилы Ламиевны в школе вечно клянчил у неё сахар, припасённый для Галюси, но самым примечательным фантомом Лысой Горы был Готфрид – служака-охранник, один из образов бравого солдата Швейка.

Увы, чисто внешне химеры выглядели так же, как фантомы, причём (в отличие от фантомов, форма которых была неизменной) могли сотворить совершенно любой облик. Сквозь магические сети аура существа прощупывалась плохо, но сидящая в них химера прикидывалась Красной Шапочкой – логично было принять её за фантом! Та же логика подсказывала, что химеру такой силы, способную сотворить и длительно удерживать яркий, практически плотный облик, можно вырастить, лишь пустив ей на корм нескольких студентов. Отсюда следовал однозначный вывод, что таковая химера в институте обитать не может.

Однако по мнению преподавателя никакая логика в рассуждениях Василисы и близко не пробегала, поскольку некромант, желающий остаться в живых при столкновении с химерой, должен первым делом обратить внимание на следующее... Далее шло перечисление двух десятков пунктов, на которые обязательно и моментально должен обратить внимание умный некромант. Зубрить приходилось и в этом институте. Однако больше всего Василису заинтересовало, откуда же взялась на кафедре нежитеологии столь большая химера, если те крепли и росли, питаясь жизненной силой людей? Такое питание, как и направленное воздействие магией смерти на живого человека, неизменно портило здоровье последнего!

Тренинги по управлению некромантскими силами проходили у Василисы на ура, общая магия искренне увлекала, и на ней очень пригождались поучения Рода Вааловича. В настоящий момент она была единственной студенткой группы вполне уверенно проходящей через стены и крайне редко застревающей в полу. Географ по-прежнему весьма ответственно подходил к её обучению основам основ, ведомых всякой нечисти, что заметно облегчало усвоение материала лекций по общей магии. А вот мастерство начертания рун давалось ей из рук вон плохо! Сегодня же первой парой была лекция по новому предмету – теории магии.

Теория магии начиналась с постулата, что направляющая ось заклинания может быть проведена из любой точки пространства в любую другую точку пространства. Далее шли утверждения, что всякое заклинание имеет минимум одно звено и может быть продлено на любое количество взаимосвязанных звеньев. При этом чем больше звеньев в заклинании, тем оно нестабильнее и, разумеется, энергозатратнее. Далее шли постулаты о комбинациях заклинаний и о том, что два заклинания, произведённые на один объект одновременно, равносильны некоторому одному заклинанию (причём действие этого заклинания отнюдь не определяется простым сложением действий двух исходных заклинаний).

Записывая очевидную аксиому, что всякое воздействие на магическое поле приводит к его однозначному отображению на себя, Василиса находила всё больше сходств у законов магии с хорошо известными ей законами алгебры и геометрии. И произнесённое преподавателем словосочетание «уравнения математической магии» не вызвало её удивления. Когда Галилео Галилей писал, что математика – ключ и дверь ко всем наукам, он явно держал в уме, что и к магическим наукам тоже. Кажется, у неё появился первый любимый предмет в институте!

Высокий худой араб в традиционной белой хламиде жителей востока – профессор магии, преподающий этот новоявленный любимый предмет – проницательно заметил:

– Мне нравится ваша улыбка, Василиса. Некроманту самой природой положено любить математику, ведь смерть, как известно, великий уравнитель, а ещё – великий математик, ибо окончательно решает все задачи, намеченные для себя человеком.

Василисе очень хотелось спросить, тот ли он самый Мухаммед бен Муса, который аль-Хорезми, но она постеснялась, ведь по сути её вопрос можно было воспринять так: верно ли, что вам уже двенадцать веков стукнуть успело? И как вы умудрились так хорошо сохраниться?!

Тренинг по математическим основам элементарных чар вёл тот же араб. Наблюдая за мучениями части студентов, не одарённых способностью к быстрым преобразованиям и вычислениям, бен Муса усмехался в длинную кучерявую бороду и утешал:

– Возможно, в вас дремлет талант к вербальным заклинаниям. Пока ваши товарищи будут молча плести канву на основании точных расчётов, вы будете читать свои вирши, экзальтированно размахивая руками. Как объяснял выбор одного своего ученика знаменитый Гильберт: «Он стал поэтом, поскольку для математики у него не хватало фантазии». Браво, Василиса, хорошо сработано! Вы умудрились найти самое изящное и короткое решение этого примера, продемонстрируйте его действие.

Прямо в лицо Василисы понёсся мерцающий сгусток энергии. Она инстинктивно заслонилась ладонью и атаковала налетающий объект магией, автоматически закрутившейся по только что рассчитанному маршруту. Сгусток сковало сетью, и он неподвижно завис в воздухе.

– Отлично, теперь дайте поработать вашим товарищам. Господа студенты, развейте эту учебную неразумную нежить.

Большинство запутались в разученном вчера заклинании, но несколько нитей с правильной формой завитков протянулись к сгустку, и тот осыпался на пол серебристыми искорками. А вот сеть Василисы осталась мерцать в воздухе... Небрежным пассом рук преподаватель размножил сеть, и теперь её копия висела под носом каждого студента.

– Новая задача: рассчитать нейтрализующее заклинание. Правила нейтрализации мы с вами записали на лекции, так что открываем теорию и находим обратное преобразование к заданному Василисой. При должной практике и сноровке формирование контрзаклинаний в будущем будет у вас происходить на автопилоте, в фоновом режиме, так сказать.

На практику они разошлись группами в прежние свои аудитории, и перед глазами уставших до чёртиков студентов возник бодрый хищный красавец Влад Дракулич, посверкивающий белыми клыками.