Чтение онлайн

Исторический анализ показывает, что этнические идеалы красоты меняются в зависимости от размеров популяции, стандартов красоты окружающих народов и социально-экономической состоятельности и политического статуса данною народа. Показательной, в этой связи, является эволюция женского идеала калмычки. Являясь представителями монголоидной расы, калмыки в течение долгих лет проживали в окружении народов с выраженной европеоидной внешностью, и со временем в их облике стали просматриваться признаки метисации. Как пишет Э. Гучинова, среди калмыков давно утвердились представления о красоте, ориентированные на фенотип с европеидной примесью. Чем меньше у человека в настоящее время выражены типичные монголоидные черты, тем привлекательнее он воспринимается. Эти теденции усиливаются в наши дни. Для монголоидной расы характерны прямые волосы черного, порой иссиня-черного цвета. Сегодня достоинством считается то, что нехарактерно для типично калмыцкой внешности: вьющиеся или кудрявые волосы не черного цвета, глаза не типичные — карие, а — серые, зеленые или голубые, которые порой все же встречаются в народе.

Издавна однозначно красивыми считались дети от смешанных браков калмыков с некалмыками, а точнее, с немонголондами — этот ребенок казался привлекательнее монголоида в чистом виде. Таких детей называли «балдыр» (смешанные). Когда о ком-то говорили: балдыр(ка), то под этим подразумезалась исключительная внешняя привлекательность.

Смена стандартов красоты отчетливо прослеживается на японском материале. К началу XX века японские стандарты красоты стали постепенно смешаться в сторону европейской внешности. По мере осложнения политического климата в период с 1930-х по начало 1940-х гг. открытое восхищение европейской внешностью стало политически некорректным. А с 1954 г. японские стандарты красоты открыто сместились в сторону европеизации. Европейские стандарты стали интенсивно популяризироваться в средствах массовой информации. Современная японская молодежь старается подкрашивать волосы в светлые цвета, делать завивку, идет на дорогостоящие пластические операции, чтобы избавиться от эпикантуса и выглядеть менее монголоидной. В наши дни японцы стали считать привлекательными и светлые глаза.

Варьирующие от культуры к культуре идеалы красоты, описанные выше, безусловно, играли важную роль для сохранения антропологических различий между популяциями. Однако в силу своего разнообразия и изменчивости во времени такие обусловленные культурой признаки не могли служить индикаторами потенциальной репродуктивной ценности женщины. Эти признаки оказывались значимыми лишь тогда, когда решающий выбор оптимальной партнерши по критерию ее репродуктивной ценности был уже сделан. В условиях малочисленности группы этнические стандарты красоты могут быстро и значимо меняться, — срабатывают защитные механизмы, препятствующие инбридингу и близкородственному скрещиванию (возможно, именно этими обстоятельствами объясняется калмыцкий и японский феномены).

Интенсификация контактов между далекими друг от друга культурами, развитие средств связи, массовая культура и колоссальное влияние западной культуры в странах Азии, Африки и Латинской Америки повлекли за собой, к несчастью, и тенденцию к глобализации (универсализации) канонов женской красоты. Белая кожа, большие миндалевидные глаза. Длинные ноги становятся предметом вожделения местных красавиц в Китае, Японии и Индии.

В настоящее время сформировался целый рынок косметических средств, позволяющих осветлять кожу: сюда входят мыло, кремы, помады на основе достаточно токсичного вещества — гидрохинона (данное вещество разрушает структуру ДНК) или на основе кортикоидов (гормонов коры надпочечников). Эффект препаратов основан на том, что они разрушают меланин в клетках кожи, в результате чего происходит ее осветление. Косметические средства на основе гидрохинона или кортикоидов в Европе запрещены для широкого применения и могут использоваться только с врачебными целями, но в Африке и Азии их продолжают широко применять, несмотря на то, что они опасны для здоровья и могут провоцировать онкологические заболевания.

Желание быть более привлекательной толкает женщин на различные косметологические ухищрения.

Так, косметологические клиники Европы и Америки переполнены пациентками, стремящимися увеличить свою грудь с помощью силиконовых имплантантов, избавиться от целлюлита, убрать лишний жир с живота и бедер.

Рис. 11. 1. Современные молодые японки стараются максимально европеизировать свою внешность. Они красят волосы в светлые циста и делают все возможное, чтобы их ноги выглядели длиннее. (Дано по Geo. 2004. 5).

Японки и китаянки озабочены еще более существенными изменениями собственной внешности. Красота по-американски, разумеется, никак не реализуема на базе их местных антропологических типов; генетически врожденными являются иные пропорции лица и тела. Японки и китаянки хотят иметь такие же длинные ноги, как у европейских женщин и готовы платить за это непомерные деньги страдать и реально рисковать здоровьем. Современная хирургия позволяет удлинить ноги почти на 10 см, но для этого пациентки должны провести в гипсе 4-5 месяцев. Процедура рискованная и болезненная — большая и малая берцовая кости рассекаются над лодыжкой и внутрь вводят специальные зонды. Аналогичную процедуру осуществляют и на бедренной кости. Затем пациентки сами регулируют удлинение костей, подкручивая внешнюю систему винтов на 1 мм в день. Современные японки стараются избавиться от эпикантуса и тяжелой складки верхнего века, нос сделать более выступающим, а скулы менее заметными. Словом, пытаются сделать все, чтобы максимально стереть со своего лица какую-либо этническую специфику. Японкам и китаянкам перестали нравиться и собственные волосы: они старательно красят их в светлые цвета и делают химическую завивку (рис. 11.1). В последние годы популярным стало также использовать голубые и зеленые глазные линзы.

К сожалению, «идеалы к которым следует стремиться», вымышленные современным западным обществом, насаждаются с самого раннего детства. Кукла Барби с ее неестественными параметрами лица и тела фиксируется в качестве эталона красоты уже в детском подсознании. Девочки с малолетства пытаются соответствовать своему кумиру, — в результате, в современном западном обществе остро встала проблема борьбы с анорексией. Школьницам постоянно кажется, что они страдают повышенным весом, и они стараются ограничивать себя в еде, а то и вовсе отказываются от пищи и попадают в клиники с серьезными эндокринологическими и психическими нарушениями. Стараясь соответствовать вымышленному идеалу Барби, некоторые женщины решаются на самые отчаянные поступки. Например, американка Синди Джексон перенесла 27 пластических операций лица и тела, чтобы походить на Барби (рис. 11.2). Неизвестно, принесли ли эти изменения внешности личное счастье Синди, хочется думать, что да. g противном случае, все ее страдания и немалые затраты на пластических хирургов оказались напрасными.

Если белые американки испытывают комплекс неполноценности сопоставляя себя с Барби, что же ощущают представительницы дру. гих этнических групп? Специалисты отмечают, что еще одна острая проблема, связанная с триумфальным шествием продукта американской игрушечной индустрии, в ее подчеркнуто англосаксонской внешпости. Даже в самих Соединенных Штатах психологи уже столкнулись с проблемами самоидентификации девочек афроамериканского, азиатского, латиноамериканского происхождения. Как и их европеоидные сверстницы, эти девчушки с детства играли в Барби (игрушечные пупсы и Мальвины с детскими пропорциями тела практически полностью исчезли с прилавков магазинов), и при опросах психологов оказалось, что они стараются сопоставлять себя с Барби и заходят в тупик, не находя практически никаких общих черт. Их самосознание формирует образ «себя» на базе кукольных характеристик, вне всякой связи с реальностью, что создает реальные проблемы в жизни. Афроамериканки стараются хоть немного сузить дистанцию между собой и Барби, заплетая ей африканские косички или наряжая в яркие цветастые одеяния. Психологи полагают, что кукла Барби способствует формированию у подрастающего поколения девчушек комплекса неполноценности в целом (лицо и тело реальной живой женщины не могут соответствовать стандартам, заложенным в Барби)- Это влияние оказывается еше более разрушительным в отношении девочек — представительниц других этнических групп, ибо в этом случае дело усугубляется еше более резким контрастом между внешностью куклы и ее хозяйки. Частичном решением проблемы был выпуск подружек Барби с темной и смуглой кожей и темными волосами (рис. 11.3).

Рис. 11.2. Американка Синди Джексон перенесла 27 косметических операций, чтобы быть похожей на Барби. (Дано по Geo, 2004, 5).

Рис. 11.3. Куклы Шейни выпускаются в трех модификациях: у них варьируют черты лица и цвет кожи. У Найтчел самая темная кожа, у Шейни промежуточная по цвету, а у Аши — совсем светлая. (Дано по Chin. 1999).

Хотя в представлениях общественности новая серия этнически корректных Шейни отражает специфические характеристики лица и тела, детальный анализ их облика, проведенный американским антропологом Е. Чин, показал, что это не совсем верно. Действительно, Шейни, Аша и Найтчелл имеют кожу с разным оттенком смуглости, а их лицам придали определенные этноспецифические характеристики: Аша, самая светлокожая из них, имеет более светлые волосы, более тонкие губы и маленький носик, а Найтчелл, самая темнокожая, напротив, толстые губы и более широкий нос. Однако, в целом, любой человек, взглянувший на кукол, признает их исключительное внешнее сходство. В прессе много писали о том, что этнически корректные Барби сконструированы с учетом особенностей тела представителей этнических меньшинств. Линия кукол Шейни была запушена в производство в 1991г. и ее дизайнеры утверждали, что облик куклы претерпел существенные изменения: у темнокожих кукол бедра более развиты, округлые высокие, а ноги имеют несколько иную форму. В реальности, фигуры Барби и Шейни абсолютно одинаковы (рис. 11.4).

Рис. 11.4. Фигуры Барби и Шейни — вид сзади. Несмотря на все заверения компании по выпуску этнически дифференцированных кукол, форма и строение тела абсолютно идентичны. (Дано по Chin, 1999).

Нужно заметить еще одно обстоятельство, обсуждая проблему игры в куклы, самоидентификации и самооценки у детей, представителей этнических меньшинств США. Это волосы: их цвет, длина, форма и шелковистость. Возможно, вся серьезность структуры волос покажется непонятной российскому читателю, поэтому остановимся на этой проблеме более летально. Для девочек и женщин афроамериканок вопрос о типе волос далеко не праздный. Волосы являются одним из первич ных расовых маркеров, и этот маркер приобрел выраженную политизированную окраску в наши дни. Особенно остро стоит допрос о том, должны ли афроамериканки распрямлять свои доносы и придавать им шелковистый вид, ассоциирующийся с белокожим обликом. В экстремальной форме курчавые, жесткие волосы считаются «плохими», а шелковистые свободно спадающие волной — «хорошими». Как пишет К. Мерсер, волосы стали в американском обществе своеобразным атрибутом, посредством которого можно подчеркнуть свою расовую идентичность или нивелировать таковую.

Акцент на типе волос, как на расовом признаке имеет в США исторические корни. Поданным Ш. и Г. Уайтов, именно белые в восемнадцатом и девятнадцатом веках создали миф, что тип волос является отчетливым расовым признаком. Есть данные, что женщины, владеющие рабами, заставляли своих рабынь, имеющих мягкие, шелковистые на ощупь волосы, сбривать их наголо, чтобы усилить ощущение их «черноты».

Важно отметить, что «раса», в первую очередь, выступает, как социальный конструкт, и больше покоится на идеологии, чем на внешних физических различиях. Девочки афроамериканки по-своему решают проблему расовых различий. Они заплетают волосы своим белым куклам на африканский манер (бриды и бусины в волосах, множество мелких косичек). Если бы в социальном и психологическом плане расовые различия являлись непреодолимыми, то такое преображение кукол имело бы мало смысла. Из интервью Е. Чин с девочками афроамериканками следует, что основное различие между собой и Барби они видят не в плане внешности, а скорее в образе жизни, манере разговора и деталях поведения. Барби хороша собой и явно никогда не сталкивалась с экономическими или этническими проблемами.