Чтение онлайн

Мы долго следовали за маленьким ореолом света, как за ужасной звездой, так долго, что я утратила способность чувствовать, потеряла концепцию времени в этой ужасной преисподней. Анубис стремился вперёд, без сомнения, из отчаяния, так как страх разоблачения может заставить человека сделать непостижимое. И все же мы следовали за ним, загоняя его, как гончие на лисей охоте. Туннели местами сужались, я едва могла пройти сквозь них; я не осмелилась оглянуться, чтобы увидеть, как это удавалось Стокеру. В других местах они открывались в большие вонючие камеры, огромные, как бальный зал, с высокими сводчатыми потолками, парящими над головой. И повсюду бесконечный запах грязи и яркие, знающие глаза крыс, следящих за нами из тени.

Тем не менее, Анубис продолжал идти, и мы продолжали следовать за ним, пока не свернули в один из проходов лабиринтa, и свет погас с внезапностью смерти. Одно мгновение мы чувствовали непроизвольное утешение от света, смутно мелькавшего вперёди, и в следующее мгновение он исчез.

Без какого-либо освещения мы были ослеплены, пока наши глаза не приспособились. Высоко наверху ночное небо отражалось от решетки, впуская звездный свет и приподнятую луну. Оно бросало жуткий свет на водный мир, кошмарный и мрачный. Я могла разглядеть силуэт Стокера, высокую черную тень, но не более того. — Ублюдок, — сказал он с чувством.

— Куда он мог пойти? — потребовала я.

— Вверх и наружу, — сказал Стокер. — Должно быть, он воспользовался возможностью, чтобы взобраться по одной из лестниц и выйти, унесяс собой освещение.

— Тогда мы должны сделать то же самое. — Я протянула руку, чтобы схватить самую нижнюю из скоб, встроенных в стену, но то ли повернулась слишком быстро, то ли грязь, прикрепленная к основанию моиx тyфель, стала слишком толстой, потому что вдруг мои ноги подскользнулись, и я закрутилась, полетела вниз и упала на спину, где была поймана потоком. Меня понесло, подняло наверх в этой зловонной, вонючей воде.

— Вероника! — голос Стокера прорезал невозможную бесконечную ночь этого заброшенного места.

— Я здесь! — закричала я. Но я не могла понять, где «здесь» было. Никакого света, никакой отметки, по которой я могла бы ориентироваться. Только эта река, уносящая меня прочь, такая же неизбежная, как Стикс. Звук ee течения наполнил мои уши, и через мгновение я почувствовала, что шум становится все громче-громче, и с ужасом осознала, что приближаюсь к своего рода слиянию. Мы уже видели такие проходы, места, где один набор туннелей переходил в другой. Иногда, когда туннели сужались, это вызывало значительное увеличение скорости воды. В других, где туннели были разной высоты, это вызвало своего рода отвратительный, неестественный водопад, достигавший в некоторых местах не менеe тридцати футов. Чем ближе меня подносило, тем громче стучала вода, и тогда я поняла, что меня ожидает. Меня перенесет через край туннеля и сбросит в глубины ада ниже. Само падение, как мимимум покалечит. Если повезет, оно убъет меня быстро. Я тянулась к грязным стенам, но мои ногти царапались о кирпич, ломаясь, не давая мне уцепиться. Мои ноги не могли удержать меня от напора этой воды. Я сделала глубокий вдох, как только осмелилась, и сказала одно слово, когда меня вынесло из туннеля на открытый воздух камеры за ним.

Я ожидала ощущениe падения, но оно не пришло. Вместо этого был момент феноменальной невесомости, легкость как у бабочки, парящейнад цветком. А потом ощущение руки, сильной, как железо, обхватившей мое запястье, прежде чем боль пронзила мою руку, и мое плечо почти вырвалось из гнезда. Мое тело врезалось в стену внизу, но я не упала. Я подняла голову и увидел лицо Стокера, окруженное нимбом света.

— Боже мой, я мертва? Не может быть, потому что ты точно не ангел, — бормотала я.

— Анубис оставил свой фонарь, глупая женщина, — проворчал Стокер. — Теперь, давай. Я собираюсь подтянуть тебя.

В этом гротескном месте он лежал на животе, покрытый грязью с головы до пят, и этобыло самым прекрасным зрелищем, которое я когда-либо видела. Он тащил меня в безопасное место, как груз, перемещая с большим вниманием к скорости, чем к комфорту. Но когда я поднялась над краем туннеля, я услышала его бормотание благодарностейбогу, в которого он не верил. Я также yвидела ногу, которую он замкнулв железной скобе на стене, чтобы yдержать его, когда он нырнул за мной, и я поняла, что он разодрал ее до костей. Я ничего не сказала, просто изобразила решительную улыбку и выдернула мертвую крысу из моих потрепанных волос.

Я указала на туннель, нависающий над головой. — Должно быть, он сбежал туда.

Как раз в этот момент лунный свет от решетки сверху сместился. Раздался царапающий шум, и свет фонаря вонзился в узкий ствол. — Что, черт возьми, вы там делаете? — потребовал властный голос. — Выходите немедленно.

Наши глаза ослепило внезапным светом, мы смотрели в лицо сэру Хьюго Монтгомери.

Глава 17

Сэр Хьюго протянул руку, чтобы помочь мне, но внезапно отшатнулся, увидев меня или почувствовав запах. Было невозможно сказать, что было более неприятным.

— Я полагаю, будет слишкомневежливо спросить, почему вы вдвоем галлопируетe по канализации, — сказал он вежливо.

— Мы преследовали злоумышленника, маскирующегося под Анубиса, — сказала я ему высокомерно. — Это больше, чем вы могли бы сказать о любом из ваших людей. — Он приложил носовой платок к носу, возможно, больше защищаясь от нашей вони, чем от его болезни.

— Вам не следует выходить в этот холод, когда вы все еще страдаете от простуды, — сказала я ему, завернувшись в одеяло безымянного полицейского.

— Я поправился, — сказал сэр Хьюго, резко отступая назад. — Могу ли я предложить вам смену одежды, мисс Спидвeлл? И не пытайтесь стирать одежду, которую вы носите. Сожгите ее.

Я скорчила гримасу, но услужливо отступила на несколько шагов. — Как вы нас нашли? — спросила я.

Он указал за собой, и, к моему изумлению, я увидела надвигающийся фасад Карнак-Холла. — Вы имеете в виду, что чертовый злодей водил наскругами? — закричала я. Вся эта грязная вода, зловоние, которое сидело в моих ноздрях, все это было напрасно.

Сэр Хьюго любезно улыбнулся. — Мои люди обнаружили, что крышка люка была приоткрыта лишь после того, как парень воспользовался этим средством спасения. Он оставил свою маску Анубиса, но там нет никаких улик. Кажется, он устроил вам веселую погоню, — добавил он.

— И благодаря вашему вмешательству, — сказал инспектор Арчибонд, приближаясь, — злодей избежал правосудия.

— Правда? — спросил Стокер. — Я бы сказал, что мы были единственными, кто преследовал преступника, и мы чуть не схватили его.

Арчибонд обернулся к нему. — У меня есть все основания обвинять вас во вмешательстве в полицейский бизнес!

— Не будет никаких обвинений, — тихо сказал сэр Хьюго.

Арчибонд сердито посмотрел на своего начальника. — Сэр, я действительно должен настаивать …

Аристократические брови сэра Хьюго поднялись, и Арчибонд, понимая l`esemajest'e(французский термин, означающий оскорбление достоинства правящего суверена), поспешил исправиться. — То есть я твердо убежден, что обвинения должны быть выдвинуты.