Чтение онлайн

— Полицейский не руководствуется убеждениями, Арчибонд. Только фактами. И дело в том, что этот вопрос теперь входит в компетенцию Морнадея.

Арчибонд приоткрыл рот. — Морнадея! В самом деле, сэр, в таком значительном деле кажется крайне необычным поставить на ответственное место такого ненадежного, неортодоксального детектива.

— Кто-то упомянул мое имя, сэр? — профланировал Морнадей, засунув руки в карманы и едва сдерживая ликование.

Арчибонд повернулся к нему с диким рычанием. — Уберите руки из карманов! Я приказал вам оставить это расследование в покое, — начал он.

— Да, сэр. И я игнорировал ваши приказы, за что я готов принять выговор. Но поскольку Его Королевское Высочество посчитал весь этот инцидент забавным и лично просил меня участвовать, я сомневаюсь, что выговор окажется в моем персональном деле, — сказал он, его веселые карие глаза мерцали.

Арчибонд, не найдя что oтвeтить, ушел, бормоча себе под нос.

Я едва заметила, когда он ушел. Стокер тихо положил мне на плечо руку, интуитивно понимая мои мысли.

Сэр Хьюго долго и многозначительно смотрел на нас. — Возвращайтесь в Бишоп-Фолли и переоденьтесь. Я уверен, вы не хотели бы, чтобы вас видели в таком состоянии.

Он наклонил чуть-чуть голову, и тогда я увиделаего. Он стоял рядом с каретой, в окружении людей. Карета была отмечена его значком — три белых пера, страусиные перья были уникальной эмблемой принца Уэльского. Он не был высоким мужчиной, мой отец. Я сказала бы, примерно пяти футов восемь дюймов или около того. Его черты были ничем не примечательны, хотя я могла судить по его улыбке и яркости глаз, что он, должно быть, имел огромное обаяние. Не зная, что он принц, его можно было ошибочно принять за преуспевающего бизнесмена. Но он был принцем, и это имело значение. Безошибочный гламур королевской семьи привлекал внимание, как солнце влечет планеты к своей орбите. Он не смотрел в мою сторону. Я потянула одеяло, залитое канализационной водой, более плотно вокруг себя.

Сэр Хьюго тактично отвернулся и начал отдавать приказы.

— Я думаю, что мы нажили себе врага в лице инспектора Арчибонда, — заметила я, сознательно поворачиваясь к Морнадею.

— Не больше, чем я, — весело сказал Морнадей.

Стокер, такой же мокрый и грязный, как и я, отошел в сторону, чтобы принять одеяло, предложенное одним из полицейских. Я воспользовалась возможностью, чтобы спокойно поговорить с Морнадеeм.

— Знает ли сэр Хьюго, что это вы были источником эксклюзивной информации Дж. Дж. Баттерворту?

Он покраснел глубоко, до корней своих волос. — Я думаю, что он подозревает. Откуда вы знаете?

Я пожала плечами. — Кэролайн Темплтон-Вейн ушла из oбщества после развода. Мало кто знал, что она вышла замуж за Джона де Моргана, и дажe те, кто это знал, не установили бы связь между ним и Стокером. Была только горстка людей, которые могли бы поделиться этой информацией с мисс Баттерyорт, и как только я встретилa ее, я поняла, что вы были наиболее вероятным. Вы всегда были в восторге от привлекательных молодых женщин, — многозначительно добавила я.

Он снова покраснел. — Это не так, — настаивал он. — Арчибонд пытается продвинуться наверх с тех пор, как прибыл. Он крестник министра внутренних дел. С больным сэром Хьюго это была его лучшая возможность отодвинуть меня с пути и подорвать авторитет сэра Хьюго. Арчибонд думал, что если бы он мог раскрыть дело, это помогло бы ему стать главой Oтдела. Я не мог этого допустить. Я использовал мисс Баттеруорт, чтобы продолжать помешивать в горшке, надеясь, что ее истории высвободят некоторую жизненно важную подсказку. Я надеялся, что кто-то достаточно нервничает, чтобы споткнуться, и я буду там, когда это случится. Но из-за того, что Арчибонд занимал меня дурацкой работой, я не мог быть под рукой. Мисс Баттерyорт предложила помощь в качестве разведчика, следя за всеми поворотами дела.

— И взамен вы передали ей информацию о Стокере, сделав из него козла отпущения, — обвинила я.

Он поднял руки. — Я знаю, что должен сожалеть об этом, но вы не можете винить меня. Парень монополизирует единственную женщину, которая мне действительно нравится. — Он пристально посмотрел на меня, и я улыбнулась, несмотря ни на что.

— Морнадей, вы лжец и оппортунист, но вы сделали все возможное для сэра Хьюго, и я склонна полагать, что лучше танцевать с дьяволом, которого знаешь…

— В таком случае я скажу вам кое-что бесплатно, — сказал он, тряхнув подбородком в направлении зала. — Сэр Лестер Тивертон перенес апоплексию.

Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть сэра Лестера, которого выносили из зала на носилках, бесчувственного, с багровым цветом. Леди Тивертон была рядом с ним, сжимая его руку, и Патрик Фэйрбротер спешил за ними с мрачным выражением лица.

— Стокер, — сказала я, обращая его внимание на маленькую драму, разыгрывающуюся перед нами.

— Я не удивлен. Все это, должно быть, было ужасным шоком, — отметил он. В этот момент из зала вышел Хорус Стил, за которым следовал Генри. Оба выглядели подавленными. Они не следовали за Тивертонами, а со всей скоростью направились прямо к своей собственной карете.

Последней из всех пришла Фигги, медленно следуя, почти забытая всеми в суматохе, уставившись на своего пораженного ударом отца с непостижимым выражением лица. В последний момент леди Тивертон обернулась, подзывая ее в толпе и направляя девушку в их карету

Стокер коснулся моего плеча. — Я думаю, что мы должны идти. Сэр Хьюго организовал для нас экипаж. — Он взмахнул рукой, показывая мне, что мы должны следовать за каретой принца и держаться нас в тени.

— Я так не думаю, — сказала я ему. Я обернула одеяло вокруг себя, как будто это был придворное платье, и подняла голову. — Простите меня, — сказала я ближайшему придворному. — Пропустите меня, пожалуйста. Я ухожу.

Увидев мой потрепанный вид, небольшая толпа разошлась, болтая и подшучивая. Я не смотрела ни направо, ни налево, но когда я пересекла мостовую, я почувствовала, что взгляд моего отца остановился на мне. Мы не говорили; мы даже не посмотрели друг другу в глаза. Но я заставила его заметить меня. Этого было достаточно на данный момент.

•••

По настоянию сэра Хьюго нас отвезли домой, но его щедрость не распространялась на использование его кареты в нашем нынешнем состоянии. Наc отвезли на Черной Марии (полицейский фургон), как обычных преступников, но зато быстро доставили в Бишоп-Фолли. При всей неразберихе никто не заметил, что диадема пропала — по крайней мере, ни один из Тивертонов. Стокер, однако, был более внимателен к деталям. Он бросил взгляд на мою непокрытую голову и пробормотал проклятие себе под нос.

— Я знаю. Но если тебя это утешит, я полностью виню тебя. Это была твоя идея.