Чтение онлайн

— Я попытаюсь связаться с «Бригадой С» и попрошу их помощи.

— Конечно, тебя уже полиция по всей стране ищет как террориста. Смотри, будь осторожен. Сейчас на улицах жандармерия везде посты ставит — до утра никуда не выходи. Мне позвони часа в три на квартиру Амриты. Там у меня Мюллер сидит — он тоже в немилость попал. Надо ему помочь выбраться из страны.

— Мюллер? Чем же он провинился перед Корпорацией? — удивленно спросил Агарвал.

— Послушай пленку — все сразу станет ясно. Да, утром поеду к Смиту — нам понадобится его помощь. Ну ладно, я пошел. Жду твоего звонка.

Виджей спустился вниз, где его поджидал хозяин гостиницы.

— О моем визите — никому. Понятно? — строго сказал инспектор.

Хозяин быстро закивал головой и открыл перед инспектором дверь.

На улице уже почти рассвело. Издалека, из района новой части столицы, послышался звук заходившего на посадку самолета. Виджей сел в машину и, свернув на перекрестке, направился в свой дом, где он не был уже почти трое суток. В квартире было холодно и неуютно. Виджей закрыл ставни, включил плиту и сварил чай.

Немного отдохнув, а затем собрав все наиболее необходимые ему вещи в походную сумку, Виджей сел в машину и вновь вернулся к дому в квартале Нью-Эдем. Было уже около десяти, но тучи, окутавшие небо почти сплошной пеленой, заслонили солнце, и начал накрапывать дождь. Сейчас, в конце декабря, дождь был очень нужен для созревания зимнего урожая, и то, что он начинался, радовало, несмотря на холодную, промозглую погоду, сердца местных жителей, большинство из которых своими корнями было связано с деревней.

— Господин Мюллер, это я — инспектор Виджей, — на всякий случай громко сказал Виджей, открыв ключом входную дверь, памятуя, что тот вооружен и от испуга может наделать всяких глупостей.

Никто не отозвался. Виджей быстро прошел в гостиную, заглянул в спальню, ванную — там никого не было. Инспектор вновь вернулся в гостиную и там на журнальном столике увидел клочок газеты и на нем несколько слов. Виджей взял его в руки и прочитал:

«Интересно, что он там забыл? — подумал Виджей. — Надо действовать, пока этого немца еще не схватили агенты Корпорации».

Через пять минут он закрыл дверь, спустился к машине и, обдав прохожего брызгами из лужи, образовавшейся у засорившегося колодца водостока, направился в сторону квартала Гольф Линкс.

— Будь ты проклят! — не открывая глаз, зло выругался Ганс Мюллер, услышав сквозь сон нарастающий свистящий звук взлетающего авиалайнера. Такое повторялось каждое воскресенье — рев и свист огромного «Боинга-747», совершавшего еженедельный рейс в Лондон, заставляли управляющего директора «Биохим (Азия)» просыпаться, обрушивая проклятия на тех, кто догадался так нелепо составить авиационное расписание.

Когда гул моторов наконец стихал, Мюллер вставал, выпивал маленькими глотками стакан бурлившей сотнями мельчайших воздушных пузырьков содовой, вновь ложился в постель и спал до 7 часов. Но сейчас, открыв глаза и осознав, что лежит на диване в незнакомой ему комнате, он встал, подошел к окну, из которого открывался вид на незнакомую улицу, и начал постепенно вспоминать события последних дней.

Как это ни покажется странным, но у него создавалось и постоянно крепло какое-то прямо-таки мистическое ощущение того, что когда-то однажды, много-много лет назад, он уже был в подобной ситуации и переживал те же чувства, что и сейчас. Мюллер отошел от окна, снова лег на жесткий диван, укрылся пледом. Он, кажется, начинал понимать, в чем было дело. Вновь как бы очутился в небольшом городке в самом центре Германии, в часе езды от Кёльна. Опять он ощутил тот самый запах, который нельзя было спутать ни с каким другим запахом на свете.

Этот запах, чуть сладковатый, проникал повсюду после того, как в лаборатории «Биохима», а вернее, «Унифарбен», поглотившей перед самой войной их семейный концерн, был успешно проведен первый опыт и получено то, к чему стремились многие ученые, — концентрат мифического напитка индуистских богов — «сомы».

Шел сорок четвертый год, в войну против Германии и ее союзников только что, после многолетних колебаний, вступили Соединенные Штаты. Тем временем русские начали все более вытеснять нацистские части со своей территории. Многие все отчетливее понимали, что без нового «чудо-оружия» фюреру войны не выиграть. Широко разрекламированные ракеты Отто фон Брауна, таранившие противовоздушную оборону англичан, сами по себе имели скорее психологическое, нежели боевое, значение. Несмотря на огромные усилия ученых, бившихся над тайнами управляемой термоядерной реакции, они все еще были далеки от своей конечной цели — создания атомной бомбы. Они чувствовали, как уступают в этой гонке тем, кто еще недавно был объявлен людьми низшей расы и бежал за океан.

Именно в это время и возник сверхсекретный проект «Сома», целью которого было создать нечто похожее на легендарный напиток восточных богов «сому» — смесь настоев дикорастущих трав с предгорий Гималаев, а также редких горных смол. Древний секрет изготовления «сомы» привез откуда-то доктор Кнепке, вице-президент концерна «Унифарбен» и видный функционер нацистской партии. Он и возглавил проект «Сома», разработку которого было решено вести в местной лаборатории. После захвата в конце 30-х годов концерном контроля над «Биохимом» Мюллера-старшего сделали директором биохимического отделения «Унифарбен», то есть фактически он продолжал руководить ранее принадлежавшим ему предприятием, но уже не был здесь полновластным хозяином, а получал зарплату от концерна.

Семейство Мюллеров — отец, мать и три брата, из которых Ганс был самым младшим, — продолжало жить в своем особняке, одним крылом примыкавшем к зданию лаборатории. Молодой Ганс с детства интересовался всякими химическими опытами. Так же как и прежде, он мог свободно в любое время туда ходить — ведь охрана лаборатории осталась та же и знала его с малых лет.

Доктор Кнепке тоже довольно благосклонно относился к самому младшему из Мюллеров, любил, похлопывая его по плечу, называть «надеждой германской химии». Он не раз рассказывал Гансу о том, что в лаборатории закладывается основа новой, невиданной ранее жизни, что «сома» откроет новые возможности перед национал-социализмом, позволит быстро выиграть войну, завоевать целые страны и континенты без единого выстрела.

— Нам не нужно будет больше никакого оружия, так как у нас не будет больше врагов. Все воспримут наши идеалы, как свои собственные, без которых они просто не смогут более существовать, всех будет устраивать всемирное корпоративное государство — вольное объединение свободных корпораций, во главе которых будем стоять мы, высшая раса, — внушал доктор Кнепке молодому Мюллеру.

Лаборатория «Биохима» традиционно сотрудничала с лабораторией местного университета, и эта традиция была продолжена, когда контроль над компанией перешел в руки концерна «Унифарбен». Здесь, в хорошо оборудованной новейшими приборами лаборатории, ученые-химики имели больше возможностей проверить на практике результаты своих исследований. Именно здесь впервые четыре года назад Ганс встретил молодого русского химика-стажера, которого все звали просто Николай.