Чтение онлайн

Дрожь прошила меня грубой нитью от головы до пят. Речь этого создания не имела какого-либо смысла, зато в каждом звуке было слышно столько отчаяния, что становилось дурно.

— Василиса! — пресвятой огурец, это же МОЙ голос! — Горе-лунатик, куда ж ты могла деться? — перед мысленным взором тут же встала та ночь, когда мне пришлось разыскивать Васю и когда я впервые столкнулась с Шелтоном.

Женя тоже узнала мой голос, я услышала, как сбилось её дыхание. Неопознанный объект замолчал, мигнув лиловым глазом. Над озером повисла давящая тишина. Зверь вдруг исчез в темноте так же неожиданно, как и появился.

Какое-то время мы ещё стояли, боясь пошевелиться, но потом Женя вдруг ожила.

— Он запомнил твой голос! — прошептала она.

— Что это вообще было?

— Это — крикер, он умеет пародировать голоса, обычно это последние слова или крики его жертв, — взволнованно объяснила Женька. — Рядом с ними ни в коем случае нельзя разговаривать, их это привлекает.

— Как он выглядит? Я видела только глаза.

— Никто не знает, как они выглядят, разве что жертвы, но на то они и жертвы! — ответила девушка, от страха кусая губы. — Крикеры прячутся в темноте, лишь глаза могут выдать их. Но этот взгляд завораживает, так что убежать тяжело. Удивительно, что он не напал!

— Он помнит меня, — задумчиво отметила я.

— Где вы встретились впервые?

— Это были мои слова, когда я искала ночью сестру и звала её. Он что, был возле моего дома? — ужаснулась я.

— Плохо дело, раз возле тебя шастают крикеры, — Женя цокнула языком.

— КрикерЫ? — мои глаза поползли на лоб.

— Никому не известно, сколько их. Ходят слухи, что у них есть стая. Не факт, что именно этот крикер тогда тебя слышал. Первый мог говорить среди своих твоим голосом, а остальные запомнили.

— Это очень плохо? — с нескрываемой грустью уточнила я.

— Не знаю, я никогда с ними не сталкивалась, — призналась она, — нам говорили, что крикеры фиолетовоглазые и кричат чужими голосами, поэтому я и поняла, кто это. Но большего у меня не спрашивай.

Громкий треск веток заставил нас подпрыгнуть и прижаться друг к другу, озираясь по сторонам, но фиолетовых глаз видно не было.

— Как забавно вы выглядите, — я была очень рада слышать этот ненавистный мне голос!

На свет вышел Лёша, следом за ним — Фей.

— Забавно? — Женя едва ли не задыхалась от переполнявших её эмоций. — Забавно?! Тут был крикер, и это вовсе не забавно!

— Настоящий крикер? — на лице Шелтона отразились зависть и восторг, зато Фей мгновенно принял сторону сестры:

— Он напал на вас? Что случилось?

— Он был там, — я показала рукой туда, где до этого скрывалось непонятное существо, — говорил и кричал разными голосами.

— И крикер уже знает Олесин голос!!! — завопила Женя.

Тимофей стремительно закрыл ей рот руками, опасливо оглянувшись. Глаза-угольки метались с сестры на меня.

— Правда? — по задумчивому лицу Лёши я не могла понять, рад он такому повороту или нет.

— Кривда, — съязвила я в ответ и повернулась к Фею. — Это плохо?

Лесной страж неуверенно пожал плечами, зато слово вновь взял красноглазый:

— О-о-о, пенёк с глазами, я скажу тебе, плохо ли это! Это замечательно! По этому лесу ходит как минимум один самый таинственный и жестокий зверь, который жаждет познакомиться с тобой поближе! Представь, что ты на Центральном, а вокруг тебя толпа незнакомых для него людей. Услышав среди тысячи разных голосов твой, он, раскидывая всех на своём пути, ринется именно по твою душу! Разве не чудо?

Я почувствовала, как подкосились ноги. Если на этой планете будут искать истинного победителя по жизни, то не утруждайтесь, я здесь.

— Это заранее проигрышное дело. От тебя нужно избавиться, пока он и наши голоса не запомнил, — заявил оборотень хладнокровно, будто сказал, что нужно мусор вынести.

— Это от тебя с такими мыслями избавиться надо! — воскликнул Фей.

— Может быть, ты влюблён? Я тебе раскрою глаза — этой девчонке недолго осталось.

Далёковец вспыхнул:

— Если она тебе так не нравится, что же ты здесь забыл? Иди и спасай свою лисью шкурку!

— Без моей лисьей шкурки вы не справитесь, — огрызнулся Лёша в ответ, — а у меня нет желания бегать потом по всему лесу, собирая по кусочкам ваши останки. Если крикеры вообще что-то оставят!

— Ой-ой-ой, — Тимофей скривил лицо, — кажется, кто-то возомнил себя особенным! То, что у тебя глаза не как у всех, не возносит тебя над другими!

— Мальчики, сейчас ну совсем не до ваших разборок! — рыкнула Женя.

— Вы хотите вернуться домой? Тогда забудьте её, пусть сама себя спасает! — гнул своё Лёша.

— Как она себя спасёт?! — Тимофей начал терять терпение. — Олеся себя никак не защитит!

— Прошу прощения, — я была немного задета таким высказыванием, — но я вовсе не…

— Ты — человек, а человек в этом лесу имеет возможностей меньше, чем муравей! Люди думают, что они здесь хозяева, но это совсем не так, они тут — пустое место! — Фей старался изо всех сил, чтобы не перейти на крик, но голос его то и дело срывался.

— Люди вообще ни на что не способны, — подытожил Шелтон.

— Да что ты говоришь? — усомнилась я, вспомнив недавнюю пощёчину и шишку.

Лёша, кажется, тоже об этом подумал:

— А если бы не они, — он указал на Далёковцев, — думаешь, я бы не задушил тебя ещё там, в посёлке?

— Но не задушил, — сквозь зубы заметила я.

— Да, я тоже об этом жалею, — Лёша сделал шаг и навис надо мной коршуном, — но это можно легко исправить.

— Прекратите оба! — взвизгнула Женя.

— Знаешь, кто в этом лесу самый главный монстр? — я глядела прямо в багряные глаза, запрокинув голову. — Это ты.

— Я польщён, — прошипел Шелтон.

— А зря.

— Будете дальше орать, сюда все крикеры сбегутся! — Женя всё не теряла надежды угомонить нас, но на этот раз оборотень отступать не собирался:

— Мы пытаемся тебе помочь, могла бы быть благодарна!

— Неужели? Я благодарна! Очень благодарна Тимофею и Жене! — с вызовом ответила я. — А вот тебе мне просто не за что быть благодарной!