Чтение онлайн

— Чего? — охотно спросил Кайто.

— Да чего угодно! — я пожал плечами. — Или того, что Кетрин сама вылезет из своего укрытия, в котором она, понятное дело, не может находиться вечно. Или того, что на выручку к ней кто-то прилетит и его можно будет уничтожить… А потом вернуться к первому плану и ждать, когда она вылезет наружу. Они даже свой транспорт, свою боевую машину отправили подальше на случай, если у Кетрин есть возможность как-то наблюдать за тем, что происходит на поверхности. Умные, твари, ничего не скажешь…

— Вот именно, умные, но при этом такой дикий бред несут про заговор внутри семьи Кетрин, — недовольно пробормотала Кори. — Как-то не клеится это всё.

— А оно и не должно клеиться! — я перевёл взгляд на Кори. — Чем невероятнее ложь, тем охотнее в неё поверят. С формулировкой в виде «Ну не будут же они врать на такие серьёзные темы!» А если эту ложь ещё и повторить множество раз, то уверенность в её правдивости станет вообще абсолютной, с формулировкой «Ну они бы точно не стали повторять ложь так много раз, кто-нибудь обязательно раскрыл бы её!» И невдомёк при этом людям, что те, кто её раскрыл — они есть, просто об их существовании никто не знает… А в ряде случаев — и никогда не узнает благодаря тем, кто так упорно пытается скрыть лживость своих поступков.

— Короче, если говорить проще, когда у людей есть только одна версия происходящего, они довольно охотно поверят в неё, — пояснил капитан. — Потому что это удобно. Не надо ничего анализировать, не надо думать, не надо делать выводы. Просто берёшь уже готовые тезисы, которые тебе подали на блюде, и начинаешь в них верить. Конечно, будут те, кто не смирится с таким положением вещей, но их будет меньшинство. Кто-то из них — просто приверженец противоположной точки зрения. Другие в принципе готовы поставить под сомнение любой общепризнанный факт, ну просто люди такие сами по себе, им плевать, с чем спорить, по большому счету. Но так или иначе все, кто против, будут объявлены сторонниками теорий заговора и в лучшем случае — просто высмеяны. Потому что «норма» в обществе, особенно в таком изолированном как население Даллаксии, это всего лишь то, с чем молчаливо согласилось большинство. А значит всё, что нужно сделать Макоди — это просто привести свою ложь к рангу «нормы». А для этого достаточно просто изо дня в день, из раза в раз, повторять эту самую ложь. И рано или поздно люди просто банально привыкнут к ней. Причём скорее рано, чем поздно.

— Но это же… Позор какой-то! — вздохнула Кори.

— Неужели? — усмехнулся я. — Кори, скажи, у нас нормальный экипаж?

— Я на это не куплюсь, даже не мечтай! — Кори зыркнула на меня из-за чёлки и надула губы. — Я не такая уж и дура, просто…

— Просто твоё общество ограничено стенами этого корабля, в основном, — я развёл руками. — И это отлично, на самом деле. Ведь если бы не это, ты бы не была той, кто ты есть. Никто из нас не был бы. Ну разве что…

Я чуть было не сказал «Жи», но вовремя прикусил язык. Кетрин, конечно, вряд ли стала бы задавать вопросы, но какой-то интерес в ней однозначно проснулся бы. А нам этого не надо.

Нам от неё сейчас нужно другое.

— Скажи, Кетрин, — я обратился к принцессе. — У тебя есть какой-то дальнейший план?

— План? — Кетрин зло и нехорошо усмехнулась, её фиолетовые глаза зло сощурились. — О да, у меня есть план. Хотя планом это назвать, наверное, можно лишь с натяжкой… Но как минимум — у меня есть цель.

— Отлично, это уже немало! — Кори хлопнула в ладоши. — Что будем делать? Лично у меня даже идей никаких нет, что тут можно сделать в этой ситуации. Я помню, что ты говорила про политические игры, про маски, про хорошую мину при плохой игре, вот это вот всё…

— Политические игры? — Кетрин усмехнулась ещё раз, да так ядовито, что сразу возникло желание снова навестить Пиявку и попросить у неё порцию универсального антидота. — Кори, они уничтожили всё, что мне дорого. Они убили моих родителей и сестру. Они пытались похитить меня, и моего сына, они чуть не заморили меня голодом и жаждой, пока я сидела в этом грёбаном подвале! Они засунули в чёрную дыру всю мою жизнь, всё, что мне было дорого, всё, что делало меня — мной! Политические игры? Лицемерие? Улыбочки до ушей, и ножи за спиной? Нет уж, к дьяволу всё это! Я увидела, к чему всё это приводит, и, поверьте мне, я усвоила этот урок! Усвоила на отлично, усвоила так, что никогда в жизни не смогу его больше забыть!

Кетрин потратила на эту тираду весь запас воздуха в лёгких, поэтому сейчас она в полной тишине сделала глубокий вдох, обвела всех, кто собрался на мостике долгим взглядом, и тяжело произнесла:

— Так что хватит с меня этой беззубой политики. Помогите мне их уничтожить. Пожалуйста…

Помотала тебя жизнь, девочка… Ой помотала, раз ты из утончённой принцессы, играющей в политические игры, превратилась… В то, во что превратилась.

Все остальные на мостике, судя по всему, думали примерно в этом же ключе, потому что несколько секунд ошарашенно молчали, и только потом Кайто осторожно спросил:

— Кого… Их?

— Их! — зло выплюнула Кетрин. — Макоди!

— Всех?! — ужаснулся Кайто. — Это же половина планеты, если я правильно понимаю!

— Неправильно понимаешь! — нехорошо улыбнулась Кетрин. — Макоди это всего лишь правящая семья, вторая правящая семья… Да, это очень большая семья, тридцать три человека в настоящей момент живёт и здравствует… Но до половины планеты тут ой как далеко. Опроси хоть всю планету — девять из десяти скажут, что им всё равно, под властью какой семьи жить, лишь бы их оставили в покое и не повышали цены с налогами. И только среди оставшихся найдётся два лагеря, представители которых будут уверены в верности именно их точки зрения и их политического курса. В общем, откровенно политиканутых жителей на Даллаксии мало… Впрочем, как и везде.

— Ну всё равно тридцать три человека — это очень много! — не сдавался Кайто. — Это пять с половиной раз наш экипаж!

— Почему пять с половиной? — Кетрин задумчиво нахмурилась. — Шесть с половиной, даже больше, чем с половиной.

Кайто открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я привлёк его внимание взмахом руки и постучал себя по голове, постаравшись придать лицу как можно более односмысленное выражение.

— А, ну да! Обсчитался, — тут же дал заднюю Кайто вместо того, чтобы начать считать экипаж «Затерянных звёзд» вслух, загибая пальцы.

Вместе с Жи, конечно же. О котором принцессе знать не то что незачем — а категорически противопоказано.

— Но всё равно… Тридцать три человека! — Кайто снова затянул свою песню. — Это же… До хрена! Старики! Женщины! Дети!

— Старики, женщины, дети, да! — кивнула Кетрин. — Как и в любой другой семье. И было бы честно вырезать их всех точно так же, как они вырезали мой род. Подчистую. Отплатить им той же монетой, но не делая их ошибок. Не позволяя никому сбежать. Это было бы честно. Но я не чудовище, что бы вы там обо мне ни думали…

Кетрин обвела экипаж тяжёлым взглядом, а Кайто едва слышно пробормотал:

— А я что, я ничего, я даже не имел в виду…

— Я знаю, кто организовал атаку на наш дворец, — продолжила Кетрин, не обратив внимания на сказанное. — Я знаю их всех поимённо, и в лицо. Их знают все на Даллаксии, потому что они — это та самая часть семьи Макоди, что держит власть. Андрес Макоди. Вик Макоди. Честер Макоди. Альтер Макоди. И их отец, нынешний патриарх рода Джон-Девис Макоди. У Макоди строго патриархальный уклад, и женщины там находятся где-то посередине между станком по производству детей и досадной обузой, на которую приходится тратить деньги, зато мужчины возведены в почти что божественный ранг. Сами Макоди считают, что именно это делает их настоящими правителями Даллаксии, ведь только они, по их мнению, способны воспитать настоящего короля. И, кстати, идея с мальчиком-королём в своё время тоже была предложена ими.