Тайные архивы русских масонов
Шрифт:
Во время следствия над Н.И. Новиковым и единомышленниками его «многие поколебались в верности Ордену», и большинство лож было закрыто. Одна ложа не прерывала, однако, своих работ и даже связи со Швециею; это была ложа «Пеликана» или, как она еще называлась, «Благодеяния к Пеликану»; в архиве этой ложи сохранились ритуалы шведского союза, и она под наименованием ложи «Александра благотворительности к коронованному Пеликану» возобновила работы шведской системы, едва забрезжил рассвет царения Императора Александра I.
Капитул Феникса был во времена испытаний стойкости Ордена, как «искра, сокрытая в пепле»; обрядовых посвящений не было, но право суда над братьями он сохранял и насаждение идей шведской системы продолжал. Все акты и обрядники «на возможный случай» розысков правительства не были сосредоточены в одних руках: часть хранилась в семье князя Г.П. Гагарина, часть в руках преданных Ордену И.В. Вебера, И.И. Вейса и купца Людера. В беспокойное время объединялись масоны разных толков в желании сохранить огонь масонства для «будущего», забывая о «различностях» путей и систем, коими шли к общенамеченной цели всемирного союза. Таким же образом и убежденные розенкрейцеры, И.А. Поздеев [289] и Р.С. Степанов, помогали сохранять сочинения мистиков, чтимых братьями шведских лож, и обрядники рыцарских посвящений Капитула [290] .
289
Воспроизведенное под портретом четверостишие резко противоречит мнению биографов: И.А. Поздеев ими изображен злостным крепостником, обскурантом и себялюбцем. В воспоминаниях современников сохранился двойственный образ Поздеева, документальные данные также оставляют двойственное впечатление, и трудно решить, где истина; одно вне сомнения, это была сложная, богато одаренная натура с сильной волей и умением подчинять влиянию своему даже недюжинные умы. Надгробная речь А.Ф. Лобзина дает светлые штрихи и подчеркивает непоколебавшуюся верность И.А. Поздеева Ордену во времена тяжкие, равно как и в благоприятные; он называет его одним из столпов Ордена.
И.А.Поздеев — помещик Вологодской и Псковской губ., в военной службе был до 1774 г., когда вышел в отставку с чином полковника. С 1782–1784 гг. состоял правителем канцелярии при московском градоначальнике, известном масоне гр. З.Г.Чернышеве, а затем жил, как говорили, на воле и почти весь досуг посвящал изучению теозофии и черных книг; собрание рукописей и книг Орденских по братству Златорозового Креста и других систем у Поздеева было замечательное, и масоны ездили к нему гостить и поучаться. Так, гр. М.Ю. Виельгор-ский подолгу гостил у него на Стеклянном заводе, в имении Нелюбов-ском, Вологодской губернии. Заставляет призадуматься, как мог гр. Виельгорский, известный своей просвещенной гуманностью, спокойно заниматься «работою над диким камнем», «самоуглублением и борением с ветхим человеком», т. е. со страстями своими, в имении человека, от жестокого обращения коего разбегались и бунтовали крепостные? Невольно приходит на ум пословица, что «добрая слава на печи лежит, а дурная по свету бежит»; может быть, и И.А. Поздеев мог говорить: «О, лучше я, чем обо мне молва сказует!»
Поздеев погребен в Москве, на кладбище Спасо-Андрониева монастыря; на памятнике надпись: «Смирялся вознесется» (Мф. 23:12).
Два сына Поздеева, Алексей и Николай, были отцом увлечены в масонство; из них Алексей в Ордене занял видное место. И.А. был членом новиковского кружка и занимал ответственные должности по братству Златорозового креста.
290
Портрет Степанова воспроизведен с рукописи, хранящейся в Императорской Публичной Библиотеке в Пгр. (Q. III, № 180); воспроизведенное четверостишие сочинено масоном А.М. Зиловым для надгробного памятника Степанову, погребенному в Москве, на кладбище Спасо-Андрониева монастыря. Р.С. Степанов глубоко чтился масонами Александровского времени и был одним из главных их «водителей»; посвященный в высшие степени братства Златорозового Креста, он собирал вокруг себя учеников, и его беседы в многочисленных списках ходили по рукам. Друг И.А. Поздеева, он жил в его доме и последние годы жизни был слеп. Окружающие имели в нем живой пример победы духа над плотью; терпение его в страданиях вызывало удивление, и Зилов, близко знавший его, «потщтился изобразить чувства масонов» в четверостишии надгробья.
Своего сына Аркадия Степанов также воспитал «в духе Орденском» и лично присутствовал при посвящении его в московской ложе «Ищущих Манны». «В профанском свете», по выражению масонов, Степанов «не достиг высоких ступеней», он был всего надворным советником.
Руф Семенович Степанов. 1745–1828. Рукоп. Отдел. Импер. Публичн. Библ.
ГЛАВА II
Pro Deo et Ordini!
Священный Союз таков, что, сплетясь гармонически руками и сердцами, все идут вперед. Все сильны и крепки один другим.
Изречения гр. М.Ю. Виельгорского
«Орден существенно непоколебим и неизменяем, а потому и есть та цель, к которой мы должны стремиться; исполнители же оного суть только средства, чрез которые мы к ней приводимся, а для сего и не надлежит нам засматриваться и взирать на них, как на самую цель, ибо они суть временны и подвержены перемене. Орден же есть вечен». Так говорили масоны, под Орденом разумея основы Вольнокаменщического учения.
Каковы же были основы шведской системы, открывавшиеся высокопосвященным членам Капитула Феникса, каковы были те обряды и символы, познать кои верховные, неизвестные Орденские начальники призывали избранных из среды избранных?
Капитул Феникса трояко разделен: в нем преддверие, храм и святилище или придел.
Небо означается светлым престолом в приделе; самый придел есть «покой в лоне Божества избранных, к совершенству достигших, просветленных, Божеская натура Христа, сверхчувственное, невидимое, духовное, дух в природе и человеке»; самый храм — «соединение Божеского с человеческим, видимою бывшая натура Христа, душа человеческая, народ верующих»; преддверие же — «видимый мир, материя, тело человеческое, все, познавшие тьму греха и возжелавшие света истинной премудрости».
Белой завесой сокрыт придел от взоров непросветленных; на белой ткани красным шелком шит тамплиерский крест и только две латинские буквы V. V. «Приди и узришь свет», — так толкуются русскими Рыцарями Храма два слова «veni, vidi» — «дошедший прозреет».
В золотых трехсвечниках и семисвечниках светят высокие восковые свечи: в средоточии Капитула, в месте верующих, находится 81 свеча. Кроваво-красными тканями сплошь затянуты стены; красное сукно на полу; на четверо, по диагонали, Андреевским крестом рассечено оно зелеными полосами.
На Востоке 7 крутых ступеней ведут к жертвеннику и трону Префекта. Но трон, одетый царственным пурпуром, почти скрыт низко спадающей белотканной сенью балдахина; только жертвенник выдвинут, и на бело-шелковом покрове его рдеет осьмиконечный крест Храмовников; львиные головы служат подножием жертвеннику.
На жертвеннике — высеченный из камня гроб с изображением последнего Гроссмейстера Храмовников, Жака Молэ в Орденском одеянии; на крышке гроба латинские буквы I. В. М. В. A D. I. С. 1314. Слева от жертвенника веет походное знамя: оно красное, с белым крестом и «во времена тревожные для Ордена» водружается в Капитуле.
Посреди зала — черная виселица с подвешенным большим золотым крестом Храмовников; у подножия разостлан черный гробовой покров, весь затканный золотом пламени. Слева, в полном вооружении когда-то властного Ордена Тамплиеров, недвижно, на страже стоит рыцарь с опущенным забралом.
Звоном мечей открывается Капитул. Великий Префект ударяет мечом своим о жертвенник, великие блюстители храма звонкими ударами скрещивают мечи. Трижды ударяет Великий Префект молотом о жертвенник, и блюстители храма вторят ударами по мечам; вновь ударяет Префект единожды, и блюстители храма взаимно ударяют по мечу; когда же Великий Префект и блюстители храма четве-рократно ударят каждый молотом своим, Капитул объявляется открытым, и все рыцари скрещивают на груди руки обычным знаком верности Рыцарей Храма.
Все рыцари — в обрядовом одеянии: в белых шерстяных плащах с красным осьмиконечным нагрудным крестом, в золотисто-парчевых супервестах с белым крестом, в белых черноокаймленных долматиках, в красношелковых поясах, в ботфортах со шпорами, в белых шляпах с красными кокардами и веющими белыми перьями, в белых лайковых перчатках с красным крестом поверх орденского герба своего, у каждого различного. Нашейные и чрезплечные ленты, алые, зеленые, белые, золотом окаймленные, пурпурово-фиолетовые; звезды; кресты золотые, красно-эмалевые, осыпанные ценными каменьями; нашейные цепи — все эти предметы указывают на различные степени посвящения. У всех в руках мечи, длинные, обоюдоострые, с короной и крестом на рукояти: это — Рыцари Храма русского посвящения; посвященные в Швеции, — в рыцарских доспехах, в броне и в шлеме.
Вызванный юнейший герольд выкликает поименно всех приглашенных к собранию членов Капитула; белая шелковая мантия с золотым отличает герольда; на его шляпе красные и белые перья.
Великий Префект приказывает внести клейноды. Оба герольда и оба обрядоначальника в сопровождении великих официалов направляются в придел, где хранятся клейноды Ордена. Обратно шествие следует в таком порядке: два обрядоначальника, два герольда, блюститель хоругви, блюстители короны и лампады, меча и наугольника, великий казнохранитель с лентами и кольцами, секретарь со шпорами, приор со священной Библией, в конце два великие блюстители храма. На отдельные столы полагаются клейноды. Библию приор в сопутствии блюстителей храма возлагает на жертвенник, и Префект занимает свое место, раскрывая Библию на XXI главе Откровения Св. Иоанна; обнаженный меч свой кладет он на открытые страницы святой книги.
«Просвященные братья, блюстители храма, который час?» — вопрошает Великий Префект.
«Солнце правды сияет на высоте Востока», — раздается ответ.
«Свет солнца да воссияет в душах наших!» — восклицает Префект, и первые звуки тихой музыки оглашают Капитул. Невидимый хор поет: «Коль славен наш Господь в Сионе…» — и, скрестив на груди руки, рыцари преклоняют колени.
Еще замирают последние слова воспетого гимна, когда Префект начинает молиться — громко, отчетливо, не поднимаясь с колен: «Божественный Великий наш Мастер да благословит сегодняшнее собрание наше, да будет Он среди нас и, подав нам благодатию своею силу, исполнять все каменщические добродетели, приобщит некогда нас, недостойных, к числу избранных в священные рати, им же дарован венец победы и их же поставит в хранители дивных путей, ведущих в преславныя вечности храм» [291] .
291
Молитва эта иногда заменялась одной из следующих: а) «Дух, всю-дусущий, непостижимый! Ты, вся создавый, Вседержитель, просвети нас пламенником истины, красы непреходящей, направи волю нашу по стезям праведным, показующим смертным всемогущество Твое, соделай, да по истечении жизни нашей удостоены будем сопричислиться славы Твоея и во веки веков прославлять благодеяния Твои». Ь) «Все мы грешны, слабы, бренны, беспрестанно падаем, не внемлем гласу, вопиющему в пустыне, приуготовляющему к тому, чтобы подойти под сию священную хоругвь, под коею единственно мы освящение получить можем. Помоги же нам, Воплощенная, Неизреченная Любовь, сотвори, да сила Твоя в нашей немощи совершается, да свет Твой в нашей тьме воссияет и тьму нашу поглотит!»