Чтение онлайн

16 мая 1917 г. № 8719

Секретно

В собственные руки

А. Ф. Керенскому,

господину Военному и Морскому

министру

Милостивый Государь Александр Федорович!

25-го апреля с. г. к нам в тыл на фронте VI армии был переброшен немцами прапорщик 16-го Сибирского стрелкового полка Ермоленко, который на опросе в штабе VI армии и вверенном мне штабе показал, что он с 1914 года находился в плену в Германии; там на его имя поступала, по ошибке, большая украинская литература и корреспонденция, адресованная не ему — Дмитрию Степановичу Ермоленко, а Степану Спиридоновичу Ермоленко, по-видимому, популярному политическому украинскому деятелю, так как почта была из Львова, Вены и других мест.

Вероятно, на основании этой переписки, немцы заключили, что в лице прапорщика Ермоленко они имеют крупного и влиятельного представителя целой политической партии и решили воспользоваться им в своих целях. Ермоленко было предложено отправиться под видом бежавшего из плена в Россию, где, освободившись от военной службы, вести в самом широком масштабе, не жалея денег, агитацию путем каких угодно способов и средств с целью добиться: 1) смены Временного правительства и, в особенности, ухода министров Милюкова и Гучкова; 2) отделения от России Украины в виде самостоятельного государства и 3) наискорейшего заключения мира России и Германии.

После долгих упорных уговоров со стороны немцев и по совету своих товарищей — пленных офицеров, прапорщик Ермоленко согласился на предложение, получил на первые расходы 1 500 руб. и назначение его содержания — 8 000 руб. ежемесячно, после чего он был тайно перевезен к нам в тыл

По указанию германских офицеров Генерального Штаба, которые инструктировали прапорщика Ермоленко, он должен доносить и получать деньги от командированного ими одновременно с ним в Россию украинца Скоропись-Иолтуховского, имеющего ту же задачу от немцев и получающего из Германии деньги через Стокгольм от некоего Свендсона, находящегося в Германском посольстве

По объяснению тех же германских офицеров, после Берлинского съезда социалистов, происходившего с участием Ленина и Скоропись-Иолтуховского, Ленин был ими командирован с теми же целями и задачами. Деньги Ленину привозят командируемые им в Стокгольм лица, через которых он держит с Берлином связь. Ленин и Скоропись-Иолтуховский должны быть по своей работе в контакте между собою, также как и прапорщик Ермоленко с Иолтуховским. В случае измены делу, прапорщик Ермоленко приговорен к смерти.

Сообщая изложенное, прошу Вас не отказать уведомить меня о принятом Вами решении.

Прилагаю при сем документы, полученные от прапорщика Ермоленко, который временно задержан в Могилеве.

Уважающий Вас (подлинное подписал) А. Деникин.

Добавляю следующее:

1) Я командирован в Россию Германским правительством с теми же задачами, какие возложены на Иолтуховского, выехавшего из Берлина 26–28 апреля нового стиля 1917 года, находящегося, кажется, в Киеве, а также Ленина, а именно:

2) Ленину поручено пропагандировать мир и стараться всеми силами к подорванию Временному Правительству доверия народа и стремиться к смещению во что бы то ни стало министров военного Гучкова и иностранных дел Милюкова как людей, стоящих поперек проведения германских стремлений и заключении мира, а также и всех их заместителей, которые будут идти той же дорогой.

3) На Иолтуховского возложено следующее: возбудить в украинцах идею отделения Украины от России и о пропаганде о скорейшем мире, а также о смещении министров, не идущих навстречу заключению мира.

4) Расходы по проведению всего этого неограничены. Деньги от Германского правительства получаются следующим порядком: в Стокгольме при Германском посольстве находится некто Свендсон, через которого Ленин и Иолтуховский получают чеки на русские банки.

5) Все донесения, какие могли бы быть, только будут передаваться Свендсону для дальнейшего хода.

6) В Берлине были два собрания социалистов, на которых принимали участие Ленин и Иолтуховский. Ленин останавливался всегда у Иолтуховского, о чем я узнал от капитанов Генерального Штаба Шидицкого, Люберса, находящихся при Генеральном Штабе в Берлине, а также у инспектора украинского полка капитана Кадака, обер-лейтенанта Шонингом^1, состоящего адъютантом при коменданте лагеря военнопленных офицеров Ганновер-Мюнден.

7) Капитан Шидицкий сказал, что в случае ареста Иолтуховского будет назначен председателем «Союза по освобождению Украины», кажется, Потоцкий, и объявит в одной из киевских газет украинских, к которому я и должен был бы обратиться за указаниями и деньгами.

8) При выезде из Германии было выдано мне 1 500 руб. на расходы.

9) В протоколе, к которому пишу настоящее дополнение, сказано все это более подробно, а также много вещей веских.

10) Все, что мною показано в протоколе и настоящем дополнении могу подтвердить под присягой.

Подписал: Прапорщик 16-го Сибирского стрелкового полка

Дмитрий Спиридонович^2 Ермоленко

1917 г., 10 мая

С подлинным верно за Начальника

Контр-разведывательной части Штаба

Верховного Главнокомандующего

Прапорщик (подпись)

1917 г., 17 мая

1. Описка: правильно — Шонинга

2. Ошибка: правильно — Степанович

Эдгар Грант Сиссон (1875–1948), — видный американский журналист, издатель газет «Коллиерс викли» (1911–1914) и «Космополитэн» (1914–1917), сопредседатель комитета общественной информации США (1917–1919) и генеральный директор иностранной секции этого же комитета в России (1917–1918) по существу выполнял роль разведчика, добывавшего данные документы из текущих архивов Смольного. Это было специальное поручение президента США Вильсона. Государственному Департаменту необходимо было выяснить, правда ли, что большевики тесно связаны с Германией, следовательно, выступают против стран Антанты и США. Правительству США было тогда необходимо в сжатые сроки принимать решение об отношении к большевикам: поддерживать их или нет. Миссия Сиссона прошла блистательно. Он добыл 68 документов, часть которых подтверждала наличие связи Ленина с немцами и даже прямую зависимость СНК от Правительства Кайзеровской Германии до весны 1918 года.

Дело начиналось так. 4 февраля 1918 года к послу США в России Д. Фрэнсису пришел русский журналист закрывшейся к тому времени газеты «Вечернее время» Евгений Петрович Семенов-Коган. Он принес фотокопию подлинного письма Иоффе, которое, как он уверял, свидетельствовало о связях большевиков с немцами. Еще раньше, 2 февраля, напарник Сиссона по Информбюро полковник Раймонд Роббинс принес ему тексты английских переводов аналогичных документов из так называемой «Новочеркасской подборки», захваченных или купленных агентами. В целях проверки их достоверности американцы совместно с англичанами организовали две шпионские группы: одну «телеграфную» во главе с бывшим полковником Самсоновым и другую — «группу захвата» во главе с Семеновым. В последнюю входили военные, работавшие в сухопутных и военно-морских штабах, имевшие пропуска в Смольный и другие учреждения. Сбор информации был резко увеличен. 22 февраля Семенов принес еще три копии писем из Смольного. Вскоре выяснилось, что сговор Советской России с Германией датируется, по крайней мере, 14 января. Сиссон усилил разведывательные действия своих людей, чтобы внимательно следить за прохождением всех нужных ему документов в Смольном. Наконец, однажды в конце февраля он вместе с Семеновым разработал план набега на Смольный, где хранились папки с документами. Дело облегчалось тем, что большевистские служащие были заняты подготовкой к переезду правительства из Петрограда в Москву. Приготовления к набегу проходили с 27 февраля до вечера 2 марта. Разведчики ожидали того момента, когда папки будут сложены и упакованы в ящики на дворе Смольного. К тому времени американское и британское посольства были уже эвакуированы в Вологду. Надо было спешить. Разведчики распространили среди охраны — матросов в Смольном — провокационный слух о том, что якобы в ящики прячут золото. Матросы разбили прикладами часть уже готовых к отправке ящиков, и в них, разумеется, золота не нашли, а обнаружили только бумаги, которые им не были нужны. Утром 3 марта, в воскресенье, Сиссон, имевший право свободного прохода в Смольный, пошел на рекогносцировку и увидел во дворе на снегу множество разбитых ящиков из соснового дерева с разломанными боками. Ящики ремонтировали рабочие, но явно не успевали сделать работу свою качественно и полностью. Поздним вечером того дня разведчики совершили свой набег на Смольный, они извлекли из некоторых ящиков нужные им документы (у них заранее были сведения о том, что и где хранится). В ночь с 3 на 4 марта Сиссон с Баллардом получили фотокопии, машинописные и мимеографические копии документов и без труда с помощью норвежского посольства и сами вывезли их из России. Сиссон щедро оплатил работу разведгрупп долларами. Никто из участников акции не пострадал. Семенову удалось через год выбраться за рубеж через Архангельск. Перед выездом 21 февраля 1919 года он сделал заявлениеамериканскому консулу Л. А. Дэвису о подлинности документов. Многие из них попали в зарубежные архивы: в Государственный архив США в Вашингтоне, в эмигрантские частные коллекции в Париже и Берлине. Многие из них еще не разысканы и не изданы. 68 документов, из которых 54 были взяты во время набега на Смольный, были опубликованы Сиссоном в октябре 1918 года на английском языке в следующей книжечке: The German-Bolshevik Conspiracy. Issued by The Commitee on Public Information. George Creel, Chairman. War Information Series. № 20 October 1918. Washington. Помощник Сиссона лейтенант Малькольм Дэвис перевел текст этой брошюры со всеми документами на русский язык и издал ее во Владивостоке под названием: «Германские попытки расправы с Россией Участие Германского правительства в большевизме и развале России. Владивосток, 1919».