Чтение онлайн

Так Троцкий и его команда революционеров-интернационалистов обрела хозяев. Троцкисты стали надеждой и опорой политического сионизма в России, троянским конем в Русской крепости, которую, в конце концов, взяли ахейцы.

Троцкий прибыл исполнить волю старших в Петроград из Америки 3(17) мая 1917 года с крупными денежными средствами, полученными от «Федераль Резерв Банка» на революцию (см. главу 15). Вместе с Лениным он активно участвовал в операции «Ленин и немецкие деньги» в качестве агента, заменив X. Г. Раковского. Он же вместе с Лениныморганизовал неудачный Июльский путч и как председатель Петросовета — удачный Октябрьский переворот. Лев Давидович становится крупным советским и партийным деятелем: членом Первого Советского Правительства (1918–1924) — наркомом иностранных, военных и военно-морских дел, путей сообщения. Он был одним из создателей Красной Армии Председателем Реввоенсовета республики, Членом Политбюро ЦК ВКП(б) (1917–1926), членом Исполкома Третьего Интернационала, наконец, в период ожесточенной борьбы со Сталиным за власть (1924–1927) — лидером троцкистско-зиновьевского блока. Проиграв борьбу, он был в 1927 году исключен из партии, в январе 1928 года выслан в Алма-Ату, в январе 1929 года выслан в Турцию.

Во время жизни в своей третьей эмиграции (1929–1940) он жил в Турции, Франции, Норвегии, Мексике, поддерживая связи со всеми единомышленниками-троцкистами и создавая антисталинский фронт (IV-й Интернационал, 1938). В это время он очень много пишет и издает. После него остались десятки томов сочинений, из которых главные посвящены борьбе со сталинизмом как термидорианским перерождением, обоснованию мировой перманентной революции и милитаристского социализма, который строят «пролетарские революционеры» за счет крестьянства и интеллигенции, сгоняемых в военно-трудовые лагеря.

Сталин, наконец, «достал» своего извечного врага: 20/21 августа 1940 года в Койоакане (Мексика) Л. Д. Бронштейн-Троцкий был убит сталинским наймитом Рамоном Меркадером4.

Бронштейн-Троцкий известен всему миру как теоретик и практик беспощадного уничтожения старой России и ее кадров с использованием идеологий масонства, сионизма и большевизма в его ленинско-троцкистском истолковании.

Троцкому принадлежит выдающаяся заслуга в создании кадров исполнителей идей сионо-большевизма, иначе— троцкизма. Известно, что после Февральской революции 1917 года из США в Россию через Тихий океан во Владивосток были отправлены два парохода с реэмигрантами-социалистами еврейского происхождения. 265 из них были протеже Якова Шиффа, который давал деньги «на революцию». Они были приняты Троцким с распростертыми объятиями и включены в правительственный аппарат. Так в 1918 году в правительственном аппарате Петрограда было всего 16 русских и 371 еврей, включая упомянутых 265. Из Швейцарии в Петроград прибыло поездом 224 реэмигранта-социалиста из Германии, из которых 170 были евреями. Все они получили «тепленькие местечки». А. 3. Романенко пишет по этому поводу следующее: «Троцкий вместе с прибывшими с ним в Петроград многими реэмигрантами вошли в состав большевистской партии, и это не вина большевиков, а их трагедия, что они были идейно подчинены еще тогда ложному постулату — всякое противодействие сионизму — это «антисемитизм», а страшнее «антисемитизма» ничего нет. Настоящие большевики, — продолжает Романенко, — оказались бессильными противодействовать «ползучей оккупации» троцкистов5. Троцкий «пригрел» не только выкормышей Шиффа, но и представителей шести еврейских партий, которые в 1917–1920 гг. пожелали вступить в РКП (б). Это было «вторжение без оружия» на Русскую землю врагов, которые пришли «грабить награбленное» и уничтожать гоев по рецепту «Протоколов Сионских Мудрецов».

Говорят, что на письменном столе Льва Давидовича лежал томик испанского литератора Хозе Мария Сберби, который он привез из Испании. Книга была якобы раскрыта на той странице, где читалось некое «Письмо константинопольских евреев к испанским»6.

Законный вопрос: не был ли этот средневековый текст одним из источников руководства к действию для Льва Давидовича и сионо-большевиков? Тем более, что с октября 1917 года в стране установилась диктатура пролетариата, осуществлявшаяся большевистской партией, во главе которой стояли Ленин и Троцкий. Эта диктатура опиралась на насилие и не была связана с какими-либо законами. Отсюда кровавая диктатура палача Троцкого и его подручных из чрезвычаек, стоившая русскому народу миллионы жизней.

Имена этих подручных хорошо известны7. Историки называют цифру погибших за период с 1917 по 1924 год: 30 миллионов человек8.

Подводя итоги так называемой одиссеи Троцкого и его друзей, В. Д. Успенский в своем романе «Тайный советник вождя» писал: «Итак, революция взломала черту оседлости, еврейские массы неуловимо и неудержимо, как ртуть, разлились по стране, концентрируясь там, где больше богатств или возможностей для карьеры. Старая власть в стране была уничтожена сверху донизу, новый аппарат управления, судебные, карательные и другие органы управления создавались с трудом, везде не хватало грамотных людей, желающих служить Советам. Иудею не требовалось даже проявлять особой старательности, чтобы занять перспективную должность. Он кто? пролетарий, сын несчастного портного, которого беспощадно эксплуатировал царский режим. К тому же он представитель народности, угнетавшейся самодержавием и увидевшей солнечный свет лишь после революции. Ну, а еще он лишен предрассудков, имеет друзей на высоких местах: ведь во главе государства стоит еврей Янкель Мовшевич Мовшин — Свердлов. За два-три года еврейские местечки обезлюдели. Оттуда вышло более половины новых руководящих кадров на всю страну и по любым отраслям, начиная от чекистов и кончая экономикой. От учителей до дипломатов. От директоров и начальников до идеологов»9.

Между тем, летом 1919 года по Украине прокатилась волна еврейских погромов, вызванная «экономической политикой» Раппопорта (см. главу 19 настоящей книги). Волна эта имела резонанс по всей стране. Не случайно, что в июле 1919 года Политбюро ЦК принимает ряд мер, усиливающих. борьбу с антисемитизмом; нарком военмор создает в своем комиссариате даже специальную секцию «антипогромной пропаганды». По сведениям В. Д. Успенского, тогда же «вместе со своими сторонниками подготовил Троцкий потрясающий цинизмом проект «О самой угнетенной нации», утверждая, что евреи везде и всюду, особенно в России, подвергались самому тяжкому гнету, преследованиям и унижениям; авторы проекта требовали теперь для еврейского населения особых льгот и прав: при получении жилой площади, при поступлении в учебные заведения, при выдвижении на руководящие посты и т. п. И многое было достигнуто ими за счет такой вот ошеломляющей наглости, вопреки установленному в стране полному равноправию народов»10.

Еще ранее, летом 1918 г., Троцкий участвовал в подготовке закона Российской Федерации «О погромщиках», направленного против антисемитизма. 27 июля этот закон был подписан председателем СНК В. И.Лениным: за антисемитизм — расстрел. Впоследствии Сталин также подтверждал свою верность этому закону (1929). Под его предлогом было уничтожено много русских патриотов. В дальнейшем, нынешние необольшевики продемонстрировали свою верность сионо-большевизму, введя вместо этого одиозного закона преследование по статье № 74 УК РФ якобы «за разжигание межнациональной и расовой розни»; толкование подобных законов в толпо-элитарном государстве всегда проходило в одну сторону: юдофобия; русофобия же не наказывалась никогда. Сионо-большевизм как идеологическая концепция четко выражена в сочинениях Троцкого.

Ничем иным, как подстрекательством Троцкого, следует объяснить наглые требования молодчиков с могендоверами создать для евреев особую автономную республику со своим правительством на территории от Одессы до Гомеля со столицей в Виннице. Троцкий мечтал о создании «земли обетованной» для евреев в СССР, не спросив трудовой народ об этом. Это был махровый политический сионизм в действии, перешедший от благосклонно-выжидательной к агрессивно-наступательной тактике. Нервы у Иосифа Виссарионовича нe выдержали и он, всегда проводивший четкую грань между сионистами и трудовым еврейским народом, дал бой Троцкому и троцкистам, за четыре года разгромил их. Но многие из них затаились, ассимилировались частично, лишь бы уцелеть, чтобы потом в час «Икс» нанести свой удар и восторжествовать…

Почему псевдодемократическая пресса сделала сегодня из Троцкого национального героя? Ведь именно такая цель у пьесы М. Шатрова «Все дальше, дальше, дальше», в ТВ выступлениях историка Ю. Афанасьева, в монографии Н. Васецкого, в книгах и статьях Д. Волкогонова, в многочисленных фильмах, постановках, в газетных и журнальных статьях и т. п. Не потому ли, что наше время «Перестройки» и «Реформ» имеет какую-то аналогию с тем временем, когда жил и действовал Троцкий, а вожди напоминают Троцкого? У нас нет полной правдивой информации даже о том времени не говоря уже о нашем. И в Гарварде, и в Амстердаме, и в Москве архивы одинаково закрыты для честных исследователей-патриотов. Израиль умеет как обожествлять своих героев, так и хранить о них тайны.

Здесь мы публикуем два небольших документа, характеризующих суть троцкизма. Первый из них — отрывок из речи Л. Д. Троцкого летом 1917 года в Петрограде на собрании единомышленников по партии. Наш источник — воспоминания секретаря Г. Е. Распутина и масона Аарона Самуйловича Симановича, изданные за границей в 1922 году (в русском издании в этом месте сделана купюра).

Второй документ — это свидетельские показания Христиана Георгиевича Раковского, друга Троцкого, от 26 января 1938 года.

Несколько слов о нем. X. Г. Раковский (1873–1941) — болгарский еврей, родившийся в г. Котел (Болгария) в семье богатого землевладельца; он рано примкнул к социал-демократам (1889) и все свои деньги отдал «на революцию». С 1911 по 1917 годы — Раковский — агент-резидент австро- германской секретной службы на Балканах, завербовал Троцкого, участвовал в операции «Ленин и немецкие деньги»11; в 1917 году — сотрудник редакции газеты «Новая жизнь» в Петрограде; 1918–1923—Председатель Совета Народных комиссаров Украины; 1923–1927—полпред в Великобритании и Франции, заместитель наркома иностранных дел СССР; в 1927 году как троцкист исключен из партии и сослан в Астрахань; 1928–1935—служил в областном Госплане Астрахани и в других городах; в 1937—арестован, в октябре 1941 г. — якобы был расстрелян в Туле.