Чтение онлайн

Новый мир, в котором оказался Фантомас, почти такой же, как и предыдущий — отличий мало, но они есть. И как в родном мире, на Фантомаса постоянно валятся приключения. Естественно, сам он никогда и никому не говорил, что прибыл сюда из другого мира, но иногда впаривал аборигенам под стакан водки информацию о многослойности Вселенной. О своей бурной биографии Фантомас также местным особо не распространялся, но по пьяной лавочке иногда признавался собутыльникам, что много лет изучал в Гималаях тайное смертельное боевое искусство у сильнейшего мастера, самого Норбу Чоэпэла. Там в Гималаях Фантомаса звали не Фантомас, а Дорджи, что означает молния. А ещё, когда Фантомас жил на Алтае он познакомился там с самим Волчьим Пастырем. В основном собутыльники не критиковали слова человека, которого когда-то звали Молния и который водил знакомство с самим Волчьим Пастырем, но некоторые маргиналы сомневались. Фантомасу не нравилось опускаться на уровень всяких алконавтов, так как этот уровень залегал слишком глубоко. Тогда приходилось для лучшего понимания просто кулаками вколачивать сомневающимся маргиналам, плюющимся ядовитой слюной, свои правильные мысли на устройство этого мира.

Входил в дом главы посёлка Фантомас смело, хоть и говорили ему, что Хозяин суровый мужчина. Тем неожиданней для Фантомаса оказалась весьма странная реакция Чекмарёва на приход гостя.

— Ёбушки-воробушки!!! — завопил хозяин дома, как только увидел вошедшего в комнату живого гостя с большой сумкой. — Кого я вижу, — подскочил Чекмарёв к посетителю. — Сам Фантомас пожаловал, собственной персоной, — улыбка на лице Чекмарёва говорила о том, что тот пребывает в очень хорошем настроении от того, что увидел желанного гостя.

Чего это с ним? — насторожился Фантомас — и откуда он меня знает? А, понятненько — значит, Хозяину уже доложили, кто появился в его посёлке. Чётко у него тут всё поставлено. Такого человека точно зауважаешь, раз у него тут всё схвачено.

— Добро пожаловать в наши комариные края, — продолжал улыбаться Чекмарёв, фамильярно тиская Фантомаса. — И Дядя Гена с тобой?

Он и о Сапоге знает — думал Фантомас, особо не понимая, как реагировать на фамильярность Хозяина. Чего это с ним? Широкая улыбка серьёзного человека сильно смущала Фантомаса. Как-то он не привык, чтобы его встречали с улыбкой. Скорее всего, этот Чекмарёв уже узнал от дедушек или от своих подручных, что мы с Сапогом готовы пожертвовать, то есть инвестировать много денег в «зубы», вот человек и радуется.

— Геннадий Викторович дома остался, — кивнул Фантомас. — У старика Онуфрия мы остановились.

— Знаю, знаю, — кивал Чекмарёв. — Дядя Гена скромный человек, лишнего слова не скажет. А как его пулемёт поживает?

Гость немного смутился: вот что говорить о каком-то пулемёте Сапога. Фантомас даже сам не знал, есть ли у Сапога пулемёт, а этот человек всё знает. Ещё и улыбается. Может, это у него такие полицайские подколки: начать с улыбочек, а закончить предъявой за пулемёт. Поэтому Фантомас решил молчать по этому поводу, но начал понимать, что влип в очередную историю. Если у Сапога вдруг найдут целый арсенал, то могут и Фантомаса потянуть прицепом. Типа они ОПГ. И бабки, честно добытые отожмут.

Совсем доконал Фантомаса вопрос Чекмарёва о зомби.

— Так вы с Дядей Геной всех зомбаков поубивали в Барнауле? Или ещё несколько штук оставили на развод…, - при этом Хозяин зашёлся в жутком хохоте. — Как вспомню, так вздрогну.

— Почему в Барнауле? — хотел сказать Фантомас, но только таращил глаза на Хозяина с его странными закидонами. Мысли в голове Фантомаса шарахались по углам как испуганные кошки. — И каких таких зомбаков ему подавай? Что он имеет в виду под зомбаками, о которых с чего-то стал вспоминать и вздрагивать?

Фантомас вдруг унюхал своим чутким носом, что от Хозяина несёт, как от пивной бочки. Да и глазёнки у него блестят слишком весело, и морда, как с перепоя. Вот оно что, внезапно понял Фантомас, что с гражданином Чекмарёвым всё не очень хорошо. Дебилинка в глазах и странное поведение ясно показывают, что товарищ, возможно, инвалид детства. Этот знаменитый Чекмарёв пребывает в состоянии, как говорится, с бодуна. Вот и путает светлое с жирным, а холодное с кислым. Надо больше молчать и не раздражать местного главу поселения, а то вдруг нагоню своими словами на него депрессуху. Теперь Фантомасу стало понятно всё: если в посёлке проживают алкаш на алкаше, то и глава должен не отставать от электората в погоне за ощущениями. Лишь бы его белочка прямо сейчас не накрыла.

Фантомас мог бы, конечно, кое-чего рассказать о зомби, потому как он жил одно время рядом с самим Лёней Праведником в славном городе у моря, где и произошло нашествие зомбаков. Но те зомбаки, скорее всего, появились в том городе не просто так, а по прихоти Лёни Праведника. Но не будешь же говорить об этом Хозяину посёлка Жупеево: ещё разнервируется в конец, кусаться начнёт: вон как у него глазки-то нездорово блестят. Фантомас уже много раз видел допившихся до ручки личностей, которым не только зомби мерещились, но даже черти их посещали и демоны прилетали вкупе с инопланетянами. Водку, самогонку, вещества и грибы пока ещё никто не отменял. Вот народ и колбасит от чрезмерного употребления означенных предметов. Не надо пытаться понять логику одержимых личностей.

— Вы с Дядей Геной тоже ночью прибыли? — вдруг посерьёзнел Чекмарёв. — Я вот тоже…, - он понизил голос, оглянулся, проверяя, чтобы его не услышала супруга и проговорил, — Я, дружище, до сих пор от Барнаула в ахуе… если бы не вы с Дядей Геной, то не знаю, что бы там произошло… наверное, меня бы точно съели вместе с ботинками.

Фантомас слушал шёпот Дениса Тихоновича и только со значением поднимал брови, а тот продолжал нести отчаянную ахинею:

— Я вот только под утро здесь появился, ага. Прикинь, дружище, в руках у меня оказался пистолет и та самая книга. Представляешь?

Фантомас решительно не представлял, но делал лицо, как будто он всё это хорошо представляет. Это так естественно проснуться с оружием и книгой в руках.

— Как считаешь, зомби сюда не полезут… из того Барнаула? — тихо спросил Чекмарёв.

— Думаю, не полезут, — осторожно ответил Фантомас. Хотел добавить, что и черти особо не лезут, если самогоном здорово не увлекаться. Да и коньячком надо поменьше закидываться. А так-то да, может что угодно «полезть». Случалось, знаете ли: белая горячка — проклятое порождение хаоса — она, по сути, химия, которая вбрасывается в кровь некоторым бедолагам, переборщившим с самогонкой. Под действием химии народ творит такую дичь, что потом просто не помнит, что творил.

— Ага, всё, — решительно махнул рукой Чекмарёв, словно прочитал мысли гостя. — С этого дня у меня сухой закон. В полной завязке. Знаешь, сколько ящиков коньяка я сегодня утром в подполье затащил, типа от греха подальше. Восемнадцать ящиков. Прикинь! По всем комнатам бутылки собирал, даже в дочкиной комнате залежи коньяков обнаружил. И тебе советую пить бросить, а то, понимаешь, зомби могут явиться, а у меня семья и целый посёлок на плечах. Чтоб он сгорел. Хорошо, что вы с Дядей Геной сюда прибыли: втроём мы, если что, отобьёмся. Пулемёт — это аргумент.

Фантомас, чрезвычайно осторожно, не делая резких движений, заверил Хозяина, что втроём они точно отобьются ото всех. И бухать он тоже завяжет, разве что по праздникам. Это он сказал опрометчиво.

Чекмарёву такое заявление не очень понравилось, и он проникновенно высказал собеседнику свою точку зрения:

— По праздникам тоже не употребляй. Не превращай праздники в будни, и помни о зомбаках. Тут у нас в посёлке и без зомбаков такое творится, что ни приведи Господи. Людей пачками убивают почём зря. Конечно, плохих людей, но пачками. Такие дела. Фирштейн?