Чтение онлайн

– Ну, давай, включай, - сказала Ника пригласительным тоном, усаживая его в мягкое передвижное кресло у стола с компьютером.

Миша нерешительно потянул руку к системному блоку:

– Даже как-то боязно, - заметил он.
– Я никогда еще не работал с таким мощным компьютером.

– Не бойся. Не укусит. Здесь, похожая система.

Миша аккуратно включил питание на мониторе и в системном блоке. По экрану быстро пробежали строки тестировочной программы и через пару-тройку секунд появилась пригласительная картинка операционной системы.

– Хочешь чаю сделаю?
– предложила Ника.
– У меня есть хороший шоколад.

– Это было бы неплохо.

– Еще бы, - хмыкнула она.
– Пойду на кухню, чайник поставлю.

Когда она вернулась, Миша уже успел рассмотреть её 'рабочий стол'. 'Рабочий стол' не радовал разнообразием. Миша запустил 'Коммандер' и посмотрел информацию о диске.

– Да, не густо у тебя, - сказал он входящей Нике.
– Меньше гига. И это при двух винтах по пятьсот гигабайт каждый!

– Так это совсем новый комп. Он куплен совсем недавно. Ничего, за месяц я столько всего натаскаю из инета. Мало не покажется.

– Понятно, - кивнул Миша.
– Кстати, ты вовремя напомнила об 'Интернете'. Не будем терять времени.
– Он вышел из 'Коммандера' и запустил 'Эксплорер'.

– Угощайся.
– Ника положила перед ним пару роскошных стограммовых шоколадок.
– Молочный. Белый с орехами. Не голодать же нам с тобой.

Сама она бесцеремонно развернула одну из шоколадок, отломила сразу три кусочка и запихнула в рот.

– Давай, Миша, не робей, а то не будет, - промямлила она с набитым ртом. Мальчик скользнул по ней искристым взглядом и потянулся за шоколадом. Одновременно, он ввёл в окошко на экране какой-то адрес и система начала соединяться с нужным сервером.

– Сейчас, я тебе покажу веб-страничку газеты, в которой работает моя мама.

– Хорошо, а я пока переоденусь, - сказала Ника и отошла от стола.

Миша сидел за компьютером и наблюдал как загружается страничка. А она в это время, нисколько не стесняясь, принялась переодеваться прямо в своей комнате, у него за спиной. Самой Нике, у которой не было ни стыда, ни совести, было откровенно всё равно, но каково стало Мише, когда он заметил. Он покраснел, как вареный рак, и сидел, боясь не то что обернуться на неё, а даже шелохнуться. Он чуть было не сгорел от стыдливого смущения. Хорошо ещё, что она переоделась быстро, за полминуты, а то, наверное, так и случилось бы.

Теперь, она облачилась в тёмно-синие спортивные штаны с яркой тройной полосой по бокам, простую белую майку без рукавов, и стала похожа на заправскую спортсменку.

Ника заметила необычный цвет лица у Миши.

– Миша, что это с тобой?!
– озабоченно спросила она и, подойдя вплотную, участливо наклонилась над ним, облокотясь руками о стол и спинку кресла, на котором он сидел.

Миша увидел её озабоченные глаза, вдруг усмехнулся и быстро поменял цвет лица на обычный.

– Да ничего страшного!
– махнул он рукой.

Ника понимающе кивнула:

– А то я уже подумала что-то неладно. Ну, как там твоя страничка?! Загрузилась?!
– Она обратила свое внимание на монитор.

Миша осторожно пробежал глазами по ее обновленному спортивному виду и, нелегко вздохнув, повернулся к монитору.

– Кстати, я знаю эту страничку, - сказала Ника.
– Здесь очень много интересного и я сюда частенько захаживаю, чтобы посмотреть электронные версии статей. В этой газете много статей на горячие, злободневные темы. И, конечно же, у меня есть пометка на эту страничку.
– Она подвела указатель к надписи 'Избранное' и, щелкнув мышкой, показала список.

– Я смотрю, у тебя разнообразные интересы, - пробежав список глазами заметил Миша.
– Даже на Чикагскую биржу есть пометка. Хочешь стать брокером?

Усмехнувшись, Ника дружелюбно хлопнула его по плечу:

– Не брокером, а крутым чикагским рокером.
– С кухни донесся нарастающий свист.
– О! Чайник закипел. Пойду заварю. Бери шоколад, Миша.

Ника отломила себе два кусочка и прошлепала босиком по золотистому линолеуму коридора на кухню.

– Через пять минут будем пить чай, - объявила она по возвращению.
– А я пока чуток разомнусь.

Она подошла к стене, оттащила от нее сложенный тренажер, разложила и устроилась на нем. Сделала несколько разогревающих упражнений. Потом принялась за упражнение, имитирующее удар кулаком вперед. Натянутая резина позволяла задействовать все мышцы, участвующие в ударе.

Миша слышал за своей спиной её напряженное дыхание. Ему стало интересно. Он оставил 'Интернет' в покое и повернулся посмотреть как занимается его новая и пока единственная подружка. А посмотреть было на что. Миша ведь не знал, что больше половины своей недолгой пока жизни Ника провела в изнуряющих тренировках. Из Ники с самого её рождения хотели сделать чудовище, послушного зомби-киллера. Но заложенный в неё с самого зачатия интеллект оказался сильнее. Зомби из неё был никудышный, а в душе порой вскипала невидимая постороннему буря свободомыслия.

Миша с непередаваемым изумлением смотрел на её открытые, напряженные мышцы на руках и недоумевал, что можно их так накачать, тем более у двенадцатилетней девочки. Это выглядело совершенно необычно и невероятно.

Ника занималась недолго, всего пару минут. Не для того, чтобы накачать мышцы, а просто, чтобы их чуть размять, поддержать себя в хорошей форме и при этом не вспотеть.

– Что, Миша, надоел 'Интернет'?
– иронично спросила Ника, закончив заниматься.

– Ёлки зеленые, Ника! У тебя бицепсы почти как у Юрки жировые пласты в том же месте!
– не удержался изумленный Миша.

– Твоему Юрке надо меньше жрать и хотя бы иногда посещать библиотеку.

– Ника, ты такая... такая необычная девочка, - продолжал Миша.
– Я даже не знаю, что и подумать. Ты знаешь больше, чем кто-либо в нашем классе. Ещё и спортом занимаешься. Боже, неужели это девочка! С такими мышцами!
– У него по спине пробежали мурашки. Он с трудом подавил надвигающуюся нервную дрожь.
– Ты, видать, сильная. Да ещё говоришь, что знаешь приемы борьбы. Даже боязно к тебе подходить.

Ника широко улыбнулась:

– Я хороших людей не обижаю. А друзей тем более.

Миша отрадно улыбнулся:

– Вот так подружка у меня! Кто бы мог подумать!
– Потом он чуть потупил взор.
– Мне даже как-то неловко... и стыдно. Ты девочка, но, похоже, можешь за себя постоять. А я... я не могу. Я слабый и меня часто обижают. Видишь, как нескладно получается. Ты, Ника, можешь защитить себя и других, а я - мальчик - я не могу защитить даже себя.

Ника кивнула, показывая, что понимает его.

– Знаешь, Миша, - начала она осторожно, - тебе нечего стыдиться. Сила в человеке - это, конечно, важная вещь. Но не главная. Главное - то, что у тебя в голове... и, пожалуй, в сердце. Сила - дело наживное. А вот ум и доброта - нет.
– Ника мягко улыбнулась.
– У тебя, Миша, есть хорошие знания, интеллект, а главное - доброта, которая не позволит тебе использовать свои знания и ум во вред людям и, таким образом, самому не попасть в беду. В этом отношении ты даже лучше меня. Сама я рассматриваю всё слишком рационалистически и мне очень не хватает доброты. Той доброты, которая есть у тебя. Ты можешь мне не верить, но я очень завидую твоей природной доброте. Завидую, в хорошем смысле этого слова... А насчет силы и приемов... Мышцы всегда можно накачать, а приемам - научиться. Если, конечно, не лениться. Я тебе могу в этом помочь.