Чтение онлайн

В 1933–1939 годах Вилигут составил некоторое число докладов Гиммлеру, на такие темы, как эзотерическая религия, теология, история и даже политический курс. В одном из документов обрисована идея Вилигута о необходимости заново конфисковать собственность коренных последователей древней веры, присвоенную церковью (Хюзер 1982: 205).

В эти весьма деятельные годы Вилигут уже был пожилым, шестидесяти–семидесятилетним мужчиной. Его здоровье и общий жизненный тонус, очевидно, плохо соответствовали лихорадочному ритму сердца немецкой национал–социалистической бюрократии, так что доктора SS «прописывали» ему наркотические средства. Кажется, следствием этих препаратов стали определённые изменения личности, включающие всё возрастающую зависимость полковника от табака и алкоголя.

На протяжении жизни Вилигут знакомился со многими другими известными эзотериками национализма. Некоторые из них, видимо, стали его учителями, многие — учениками, а другие — коллегами. Неясно, в какой мере Вилигут был знаком с Гвидо фон Листом и Ланцем фон Либенфельсом. Его связь с последним, вероятно, была сильнее, поскольку многие из его знакомых были членами ONT. Определённо, что ближайшими учениками Вилигута были Эмиль Рюдигер и Фридрих Тельчер, в своих публикациях развивавшие далее идеи системы Вилигута. Но помимо них есть и другие, заслуживающие рассмотрения персоны, с которыми Вилигут встретился в годы службы в SS.

Одним из наиболее загадочных членов SS был Отто Ран (1904–1939). Молодым человеком, во второй половине 1920–х, первой половине 1930–х Ран занимался в пиренейском районе южной Франции изучением истории секты катаров, и исследованием вероятности того, что Святой Грааль был частью их всё ещё сокрытого сокровища. В 1933 году он опубликовал свой важнейший труд: «Kreuzzug gegen den Gral» («Крестовый поход против Грааля»). Но в середине тридцатых годов финансовые проблемы вынудили его вернуться в Германию, где, в апреле 1936 года, захваченный национал–социалистическим движением, он вступил в SS. Ран был лично знаком с Вилигутом, а гражданским сотрудником SS стал ещё за год до того. Он незамедлительно был введён в персональный штаб райхсфюрера SS, и там работал в тесном сотрудничестве с Вилигутом. За Раном, как и за Вайстором, при вступлении в SS водилась личная тайна. Дело в том, что Ран был гомосексуалистом, что в случае обнаружения могло привести к смертному приговору. Во время службы в SS Ран предпринял исследовательские поездки по различным уголкам Германии и даже Исландии, хотя на юге Франции с официальной экспедицией SS он никогда не был, как о том иногда говорят. В 1937 году Ран опубликовал вторую книгу: «Luzifers Hofgesind: Eine Reise zu Europas guten Geistern» («Двор Люцифера: путешествие к добрым духам Европы»). Это своего рода эзотерический дневник путешествий, в котором Ран говорит о значении различных ландшафтов и построек на юге Франции, в Италии, Германии и Исландии. Ран также читал лекции в кругах SS, на тему «Luzifers Hofgesind», о Люцифере — носителе просвещения, противнике еврейского бога, и о свите Люцифера, включающей всех тех «добрых духов», что сражаются за дело просвещения. Отношение и Вилигута и Гиммлера к Рану было весьма доброжелательным. Гиммлер старался предоставить Рану любую возможность выжить в SS перед лицом настойчивых донесений о его гомосексуальности. Вероятнее всего, Ран решил, что обречён на бесчестный конец в SS, и, чтобы не допустить этого, отправился в горы возле Зёль, в Австрии, и, опьянённый алкоголем, позволил зимнему холоду забрать его жизнь. Гиммлер лично скорбел по поводу гибели Рана.

Другой эзотерик, с которым Вилигут был в хороших отношениях — Гюнтер Кирххоф (1892–1975) [9] . На первый взгляд их сотрудничество может показаться маловероятным, поскольку Кирххоф был членом Общества Гвидо фон Листа. Вилигут начал вести переписку с Кирххофом с весны 1934 года, и с энтузиазмом докладывал Гиммлеру о трудах Кирххофа. Благодаря этой рекомендации, Гиммлер оказывал Кирххофу поддержку, однако институт Ahnennerbe, имевший высокие научные стандарты, отверг сочинения Кирххофа как «игру воображения». Всё же, Гиммлер продолжал поддерживать Кирххофа, писавшего доклады об эзотерических материях райхсфюреру SS вплоть до 1944 года. Многие идеи Кирххофа, кажется, были почерпнуты из трудов Листа и/или Вилигута; всё же, его штудии о геомантии, совмещённой им с эзотерической геополитикой, делают его работы достойными внимания. К концу жизни Кирххоф написал основанный на его теориях анализ событий, озаглавленный «Das politische R"atsel Asien aus Ortung erschlossen» («Политическая загадка Азии и её решение посредством локаций») (Мунд 1982: 260–274). Основная идея этой работы заключается в том, что определённые места силы на поверхности земли расположены в соответствии с гексагональным узором, и знающие об этом секрете могут использовать его к собственной выгоде. Эта теория описывает австрийскую Вену как ключ к контролю над Азией, и объясняет тайное отношение Вены к определённым «местам силы» в центральной Азии.

Другие эзотерики тех дней встречали у Вилигута не такой радушный приём. Говорят, что именно в результате влияния Вилигута Эрнст Лёйтерер был арестован и интернирован в концентрационный лагерь [10] . Как замечают обозреватели, личная мифология Лёйтерера, была подобна традиции Вилигута. В 1911 году, под именем «Тарнхари» (Скрытый Глава), Лёйтерер написал старому мастеру, Гвидо фон Листу, рассказав о том, что он является главой тайного клана Вёльсунгов полубожественного героя Зигфрида. Эта переписка описана в официальной биографии Гвидо фон Листа (авторства Йоханнесом Бальцли), опубликованной в 1917 году [11] . Впоследствии Лёйтерер–Тарнхари стал членом Общества Гвидо фон Листа. О природе столкновений между Вилигутом и Лёйтерером здесь можно поразмыслить.

Итальянский эзотерик Юлиус Эвола (1898–1974) — ещё одна фигура, с которой у Вилигута возникли разногласия. Во второй половине 1930–х Эвола выступал с лекциями в Германии, и SS организовали расследование с целью выяснения его идеологической совместимости с Национал–социализмом. Вилигуту было поручен оценить труд Эволы «Heidischer Imperialismus» («Языческий империализм», 1933) и его лекции. В докладе, датированном 2 февраля 1938 года, Вилигут заключает, что Эвола совершенно невежественен в правдивой германской эзотерической истории и традиции (в видении Вилигута), а его средиземноморская философия имеет фундаментальные отличия от философии севера. Рекомендации Вилигута были приняты к сведению, и дальнейшая деятельность Эволы в Германии официально порицалась [12] (Гудрик–Кларк 1985: 190; Мунд 1982: 275–277, 280–284).

Полковник продолжал оставаться фаворитом Гиммлера, но, по–видимому, в SS у него были и многочисленные недруги. Историк Ульрих Хунгер (1984: 169) сообщает о существенном противостоянии Вилигута и других «эзотерических рунологов» из Ahnenerbe, а также некоторых влиятельных лидеров SS. Начальник личного штаба Гиммлера, Карл Вольф, определённо имел веские причины для подозрений. В ноябре 1938 года он навестил жену Вилигута, Мальвину, в Зальцбурге. Там он узнал о признании Вилигута умственно неполноценным, и тем открыл другим недоброжелателям Вилигута в SS доступ к компрометирующему свидетельству. Старый полковник превратился во внутреннее политическое бремя. В феврале 1939 года Вольф распустил штат Вилигута и принял его отставку. Официальной датой отставки значится август 1939 года, а причиной указаны плохое здоровье и преклонный возраст. Сообщается, что Гиммлер сентиментально сохранял эсесовский перстень Вилигута, его ритуальный нож и меч (Гудрик–Кларк 1985: 190).

Спустя всего месяц после отставки Вилигута немцы вторглись в Польшу, запылал огонь Второй мировой войны. «Распутин Гиммлера» на всё время войны оказался наедине с забвением и неважным здоровьем. Эльза Балтруш, бывшая членом персонального штаба Гиммлера, была назначена его «домоправительницей». Она оставалась верной Вилигуту до его смерти. Вначале им была предоставлена квартира в Ауфкирхен, но в мае 1940 года они смогли переехать в Вердерхоф, в легендарный для Вилигута город Гослар. К несчастью, эти квартиры в 1943 году были реквизированы медицинскими властями, и жильцам пришлось переехать в эсесовский гостевой домик на озере Вёртерзее в Австрии. В конце войны Вилигут был передан в лагерь беженцев британскими оккупационными войсками. Оттуда ему было позволено вернуться в Зальцбург, но там он оказался несчастлив в окружении семьи, для которой он стал чужим. Получив необходимые документы, с семьёй фрау Бальтруш он отправился в Арользен на севере Германии. К этому времени Вилигут лишь периодически приходил в сознание, и, как, говорят, бесконечно повторял свои мантры. По приезду в Арользен, на Рождество 1945 года, Вилигута настиг приступ, и в семь часов утра 3 января 1946 года он умер. Он похоронен на кладбище в Арользене [13] .

Сложно что–то добавить к собственным сочинениям Вилигута в описании сути его традиции, только самые общие очертания. Ключевыми элементами этого учения являются теологические идеи (например, представления о Got/Gotos, раскрытые им в поэзии), представления об истории и положение, которое его род занимает в этой истории, а также специфический подход к пониманию рун. Понятно, что Вилигут либо со временем развивал эти идеи, либо только постепенно раскрывал карты.

Со временем Вилигут заявил, что изначальной религией германских народов был не «вотанизм», но нечто, что он называл «ирминическим кристианством», хотя в ранних записях Вилигута нет упоминаний о нём — разве только не считать таковыми использование понятий, подобных ортодоксальным христианским. Здесь Вилигут следовал выраженной Гвидо фон Листом идее, согласно которой «арманизм» (одного корня с «ирминизмом») являлся эзотерическим предшественником и культурным фоном более экзотерического «вуотанизма» [14] . Разница в том, что Лист в качестве моделей развития видел сотрудничество арманизма и вуотанизма в истории, Вилигут же усматривал наследственную вражду и раздор между «ирминическим кристианством» и «вотанизмом». Для Вилигута «вотанизм» воплощал в себе все те языческие теологические и мифологические аспекты Эдды и других древненорвежских источников, которые казались ему «чуждыми» и «отвратительными». Это представление ясно выражено в «Шёпоте Gotos — рунном знании». Хотя различия между вотанизмом и ирминизмом подчёркивались и ранее, но до того они никогда не выражались в категориях антагонизма. Попытка мифологически переосмыслить христианство как «арийскую религию» встретила тёплый приём среди многих национал–социалистов тех времён [15] .

Может оказаться так, что именно последователи Вилигута придали элементу ирминического кристианства в рамках его учения большую значимость. «Объективные» источники, такие, как доклад об умственном состоянии Вилигута, в котором в середине 20–х усомнились государственные чины, упоминают вначале о том, что, по заявлениям Вилигута он «ничего общего не имеет с Вотаном», а позднее — «знает свою родословную до Водена, но утверждает, что происходит не от божества, но от человека, будто бы обладавшего особыми свойствами» (Мунд 1982: 40–41). Из этого ясно, что Вилигут действительно в какой–то мере усматривал разницу между собственными убеждениями и вотанизмом, хотя его отношение к Вотану по–прежнему остаётся весьма туманным.