Чтение онлайн

Снег продолжает падать, покрывая землю слоем белого пуха. Я могу только надеяться, что это поможет мне скрыться от них. Но вдруг я спотыкаюсь о корень дерева и падаю в сугроб. Холод мгновенно пронзает меня до костей, и я задыхаюсь от паники. Я поднимаюсь на колени и, не теряя времени, начинаю ползти дальше.

Вдруг я слышу звук мотора. Сердце забивается быстрее, я замерла, прислушиваясь. Это может быть кто-то, кто проедет мимо и поможет мне. Я поднимаюсь на ноги и, продолжая двигаться, начинаю искать место, где можно укрыться. Вдалеке появляется силуэт, но я не могу разобрать, кто это.

– Юля! – снова закричал Трахов, и я чувствую, как в груди сжимается от страха. – Ты не сможешь убежать!

Я ускоряю шаги, не обращая внимания на его слова. Вдруг я замечаю старую заброшенную хижину, едва видневшуюся сквозь снег. Я рванула к ней, надеясь, что это укрытие даст мне время собраться с мыслями.

Когда я добираюсь до хижины, толкаю дверь, и, к моему удивлению, она открывается. Я вхожу внутрь, не обращая внимания на холодный воздух, который ударяет в лицо. Хижина пустая, но внутри темно и тихо. Я быстро закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней, стараясь успокоить дыхание.

Внутри я прислушиваюсь к внешнему миру. Снег продолжает метать за окном, но теперь я слышу лишь его шуршание. Я понимаю, что это укрытие ненадолго — Трахов и водитель рано или поздно меня найдут.

Я оглядываюсь вокруг, ища что-то, что могло бы помочь мне. В углу лежат старые дрова, а в другом — неразобранные ящики. Я быстро начинаю перерывать их, надеясь найти что-то, что можно было бы использовать в качестве оружия или, по крайней мере, защиты.

Тишина хижины нарушается только моим дыханием и треском старых досок под ногами. Вдруг я слышу звук — это треск снега под ногами, приближающийся к хижине. Я затаила дыхание, прислушиваясь.

Всё кажется тихим вокруг, но расслабиться я не могу. Просто не знаю, что будет дальше.

Время кажется идет и идет, я начинаю ощущать, что замерзаю всё больше и даже примерно не могу понять сколько времени прошло.

Метель не утихает, а в старом пустом доме не намного теплее, чем на улице.

Если так пойдет дальше, то утром я превращусь в обледенелый труп.

Я прижимаюсь к стене хижины, пытаясь сохранить хоть какое-то тепло. Холод пробирает до костей, и я чувствую, как онемевшие пальцы с трудом повинуются мне. Дыхание вырывается изо рта облачками пара, и я понимаю, что если так пойдет дальше, то я просто замерзну насмерть.

Снег за окном не кружить в дикой пляске метели, и я ощущаю, как ледяные порывы ветра пробираются сквозь щели в стенах. Внутри меня нарастает паника — я не знаю, сколько еще продержусь. Мысли путаются, а тело все сильнее сковывает холод.

Я оглядываюсь по сторонам, но в темноте хижины ничего не видно. Только скрип старых досок под ногами нарушает гнетущую тишину. Я чувствую, как слезы застилают глаза, но даже не пытаюсь их вытереть — они тут же замерзают на щеках.

Вляпалась. Как же я вляпалась.

Даже если я выйду, то лучше не станет. Я не знаю куда идти, вокруг в основном лес.

Но и здесь я тоже до утра вряд ли доживу.

На улице, как впрочем и в этом домишке, все минус двадцать, если не больше.

Неожиданно я слышу треск снега снаружи. Сердце замирает, и я замираю, невольно затаив дыхание. Неужели Трахов меня нашел? Я прижимаюсь к стене, сжавшись в комок, и молюсь, чтобы он меня не заметил. Но страх сковывает меня, и я понимаю, что даже если он войдет, у меня нет сил, чтобы сопротивляться.

Больше пугающих звуков не повторяется. Или это я уже плохо осознаю реальность.

Время тянется мучительно медленно, и я начинаю терять ощущение реальности.

Холод проникает все глубже, и мне кажется, что я уже не чувствую своих конечностей.

В какой-то момент я понимаю, что уже сижу на полу.

Мысли становятся все более путаными, а веки тяжелеют. Я знаю, что если сейчас закрою глаза, то уже не смогу их открыть.

Отчаяние накрывает меня с головой, и я понимаю, что, возможно, это конец. Никто не знает, где я, и никто не придет мне на помощь. Я обреченно сижу в этой ледяной ловушке, ожидая, когда холод окончательно заберет мою жизнь.

Вдруг раздается громкий треск, и дверь распахивается, впуская внутрь порывы ветра и снега. Я зажмуриваюсь, ослепленная светом, и слышу голоса. Но они кажутся такими далекими, будто доносятся из другого мира.

— Нестерова Юлия?! — кричит кто-то, и я с трудом поднимаю голову. Передо мной стоят люди в черной форме, но я не могу разобрать их лица. Единственное, что бросается в глаза – значок “Альфа” на бронежилетах.

И то, что все такие высокие, что кажется, будто они подпирают потолок своими широченными плечами.

– Объект найден, – кто-то коротко говорит в стороне.

Я чувствую, как меня берут за руки, пытаясь поднять.

Я хочу что-то сказать, но язык будто онемел. Холод сковал меня, и я уже не уверена, что смогу выбраться отсюда живой. Хотя, не знаю откуда здесь бойцы одного из крутейшего спецназа в России, но кажется эти люди, кажется, пришли, чтобы спасти меня. Я цепляюсь за их руки, отчаянно желая выжить.

Меня выводят из хижины, и я чувствую, как тепло начинает возвращаться в мое тело. Но страх и тревога всё еще не покидают меня. Я не могу поверить, что наконец-то выбралась из этого ледяного ада, но в голове всё еще витает мысль: что, если это ловушка?

Как только меня выносят на улицу, морозный воздух ударяет в лицо, и я вздрагиваю от неожиданности.

Около заброшенного дома стоят три внедорожника.

На двух из которых красуется все тот же логотип – “фсб” и “альфа”.

Что за?! Откуда они здесь?

Я медленно поднимаю взгляд и встречаюсь с до дрожи знакомой серой сталью глаз.

Поразительно, Сибилев стоит в окружении громадных мужиков в балаклавах, бронежилетах и оружием в руках, но худощавый Сибилев в черной куртке и острыми напряженными скулами, источает куда больше опасности и власти.

– Дмитрий Александрович, нашли, – меня будто куклу передают Сибилеву в руки и он накинув на меня теплый плед, поднимает так легко, будто я ничего не вешу и усаживает в салон своего внедорожника.

Тепло сразу же обвивает меня, будто второе мягкое одеяло, и я задыхаюсь от облегчения. Но даже в тепле я не могу избавиться от чувства безысходности — всё еще не верю, что спасение реально.

– Ну что, Юлечка, – Сибилев садится рядом со мной и плотнее закутывает меня в плед. – Если это была попытка от меня сбежать, то просто ужасная. Ты бы в люом случае оказалась в моих руках. Только при плохом исходе, из холодной комнаты попала бы в холодильник. Да еще и голая.