Чтение онлайн

Я пошла искать мисс Роуч, но прежде чем я добралась до ее кабинета, шум снаружи привлек мое внимание. Звучало так, будто там был комедийный клуб, и каждый раз, когда дверь раздевалки открывалась, к громкому хохоту присоединялся новый голос.

Тошнотворное чувство скрутило меня в животе. Я убеждала себя, что это просто совпадение, но не могла заставить себя поверить в это. С тревогой я нехотя и осторожно побрела к выходу.

Едва я оказалась на улице, как мое раздражение взлетело до небес.

— Черт побери, — прорычала я сквозь зубы. — Надо отдать им должное за креативность, полагаю.

Моя спортивная форма развевалась на флагштоке вместе с моим нижним бельем и огромным плакатом с моим лицом, залитым красной краской. Или, по крайней мере, я надеялась, что это просто краска. Кто-то развернул все мои тампоны, тоже обмакнул их в краску и привязал, как бахрому, по краям плаката. Порыв ветра заставил мои потертые спортивные трусы развеваться на ветру, и, да, их тоже выкрасили.

Я отступила в раздевалку, прежде чем кто-либо заметил меня. Сделав три шага, я столкнулась с Джулианной и Мэйси, одетыми с иголочки в свои теннисные наряды, с заново причесанными волосами.

— Кеннеди! Почему ты не переодета? Ты опоздаешь! Давай, я уверена, ты можешь бегать и в этом. За опоздание снимают больше баллов, чем за неподходящую форму, поверь мне, я знаю.

Не дав мне возразить, они взяли меня под руки и повели обратно к выходу.

— Что это тут у нас? — громко спросила Джулианна.

Часть толпы обернулась на звук ее голоса, увидела меня и начала вопить. Щеки пылали, а глаза горели.

Я не хотела вырываться из хватки Джулианны и Мэйси, зная, что любая реакция лишь вызовет больше насмешек. Так что вместо этого я уставилась на свою майку, которая демонстрировала теперь уже постоянные пятна пота, гордо развеваясь на ветру.

— Боже мой, Кеннеди! — пронзительный визг Мэйси привлек оставшееся внимание к нам.

Я не отводила глаз от майки, делая все возможное, чтобы заглушить звуки смеха. Это было за гранью унижения. Я утешала себя мыслями о том, как сожму тощую шею Криса. Это мог быть любой из врагов, которых я невольно нажила за последние несколько дней, но в моем уме не было сомнений, что это его рук дело. Что-то в этом просто кричало «Крис».

Учителя пришли разогнать вечеринку, уводя неохотных спортсменов на их занятия. Джулианна и Мэйси издали несколько сочувствующих звуков в мой адрес, прежде чем исчезнуть вместе с другими теннисистками в белом.

Мисс Роуч все еще не было видно, но бегуны все равно выходили на дорожку поодиночке. В конце концов, остались только я, Руди и это ужасное зрелище на вершине флагштока.

Это было слишком публично. Мне было все равно.

— С Гэри все в порядке? — спросила я.

— Да. Просто брезгует. У парня вообще нет контроля над рвотным рефлексом. А ты в порядке? — он оказал мне услугу, глядя на меня, а не на флагшток, и в тот момент я подумала, что могу полюбить его уже за одно это.

— Да. Просто брезгую, — сказала я с самоуничижительной улыбкой. — Похоже, война снова в силе, да?

— А она когда-нибудь прекращалась?

— Полагаю, нет. — Я обняла себя и смотрела, как уборщик, который был в режиме полного ворчуна, не то чтобы я винила его, снимает вещи с флагштока. Тот, кто их туда повесил, проделал чертовски хорошую работу. Настолько, что он не мог снять их одной лишь мышечной силой. Ему пришлось, блин, срезать их.

— Интересно, где мои кроссовки, — сказала я, вдруг осознав, что их нет с остальными вещами. — Есть идеи?

— Наверное, в мусорном баке, — извиняющимся тоном сказал Руди. — Если это работа Криса, во всяком случае. — Не знаю. То, как он выделил «если», прежде чем упомянуть Криса, заставило меня поверить, что он не совсем уверен, что его брат был виновником.

— Ты не думаешь, что он мог это сделать?

Руди пожал плечами.

— Не думаю, что он мог до этого додуматься. Или, если и додумался, не думаю, что у него хватило бы креативности это провернуть. Даже если бы хватило, тампоны все еще вызывают у него отвращение. Может, Гэри… но он обычно не придумывает, что делать.

— Он больше ведомый, — согласилась я. — Брэдли?

Руди фыркнул.

— Единственное, на что Брэдли сейчас реагирует, — это когда кто-то из нас расстроен или ранен. На Джулианну ему уже давно плевать. Она давно переиграла с ним. Никакого эффекта. Разве что если она пойдет против нас. — Он бросил на меня обеспокоенный взгляд. — Но он реально в ярости из-за кекса. Гэри был в плохом состоянии какое-то время.

Ледяная дрожь пробежала по моему позвоночнику.

— Что… что обычно делает Брэдли, когда расстроен?

Руди пожал плечами.

— Я никогда не видел его таким. Не знаю, что он сделает. Просто… это была не ты, верно? — он выглядел так, будто не хотел ни задавать вопрос, ни слушать ответ.

— Нет, — твердо сказала я. — Я провожу черту на том, чтобы заставлять людей есть гадости. Ладно, это не совсем правда, я провожу черту гораздо раньше, но у меня есть свои собственные «проблемы по Гэри», и Джулианна очень хороша в том, чтобы втягивать меня в дела, но я не имела к этому никакого отношения. Вообще. Обещаю. Джулианна была со мной, когда я открыла шкафчик, так что она сама видела, что сделали твои братья.

У Руди стало забавное выражение лица.

— Они сказали, что не делали этого, — сказал он. — Они даже слегка разозлились, что я их в этом обвинил.

Я нахмурилась и открыла рот, чтобы спросить, верит ли он им, но меня прервал свисток мисс Роуч.

— Шоу окончено, все сюда! Где мои лидеры?

— Это мы, — сказал Руди, сверкнув маленькой ухмылкой. Он побежал, а я последовала за ним в нескольких шагах, жалея, что надела в тот день симпатичные сандалии.

Я испытывала боль еще до начала бега. К тому времени, как я завершила последний круг, я пришла к финишу последней, хромая, с волдырями на пятках и раздражением на бедрах. Фантастика.

ГЛАВА 32

Мне хотелось только одного: добраться до дома, забраться в ванну и не вылезать оттуда до конца своих дней.

Я побрела через парковку, превозмогая боль от волдырей и игнорируя взгляды и усмешки, все мое существо было сосредоточено на одной-единственной цели — моей машине. Я направилась к ней по прямой, не обращая внимания на тротуары, пешеходные переходы и толпу, пока мой путь не преградила широкая грудь в синей футболке.