Чтение онлайн

– Семью? Неужто нашлась такая ду... Неужто Мефрион женился?
– вовремя поправился Ирсон.

– У него четыре жены и шестеро детей, - сообщила её младшая подруга. Теперь настала очередь Анара изумлённо таращить глаза.

– Но только двое из них - маги, - с явным сочувствием сообщил мальчик.

Ирсон недоверчиво покачал головой.

– Знаете что, вам не стоит долго здесь оставаться, - выразительно оглянувшись по сторонам, сказал он.
– Посидите ещё немножко, мы поужинаем, а потом я отведу вас в храм Тиалианны.

Все трое дружно открыли рты с явным намерением возмутиться.

– Не морщитесь, не морщитесь, никто вам проповедей читать не будет и молиться не заставит, - ничуть не удивившись, замахал на них рукой Ирсон.
– Она ведь не богиня, а наэй и ничего ей от вас не надо.

Дети обречённо кивнули, всем своим видом показывая: им что богиня, что наэй - всё едино.

– Ну надо же! У Мефриона - четыре жены!
– уже отойдя от стола юных волшебников, никак не мог успокоиться Ирсон.
– Хотя у элсаферцев это обычная практика, но этот индивид чисто знвирзийская бабка: такого неуживчивого, склочного характера я больше ни у кого не встречал. А уж какая бездна презрения к немагам...

– "Обычная практика"?
– переспросил Анар.

– У них там магическая держава, которая существует только благодаря мощи своих колдунов: их мир сам по себе довольно негостеприимное место (в смысле экологии, флоры и фауны), да и разумных врагов - тоже предостаточно. А дети с волшебническими способностями рождаются у местных людей только в том случае, если один из родителей колдун, а другой нет. Вот и получается, что у некоторых колдунов по несколько жён, а у колдуний - по несколько мужей.

– И как же они так живут?

– Ты знаешь, как ни странно, хорошо живут, - пробираясь за уже накрытый стол, пожал плечами Ирсон.
– Очень много у них дружных семей. Какая-то особенность мышления, наверное... А Мефрион - это любопытнейший господин, один из "клиентов" Аниаллу (откуда-то она его спасала), общий наш с ней знакомый. Правда, дружбы ни у меня, ни у неё с ним как-то не получилось.

– Ирсон, я всё хотел спросить тебя, а ты сам "клиентом" Аниаллу не был?

– Увы, не был, - вздохнул танай.
– Мы познакомились с ней в Бриаэлларе, я приехал туда по совершенно идиотской причине: ходил в "Совершенство" разрезать себе язык - было такое поветрие среди танайской молодёжи. А Аниаллу собственноручно, чтобы позлить Шаду, относила во "Вторую жизнь" ненужные ей платья. Интересно, мы просто подошли друг к другу, заговорили о всякой чуши, да так и проболтали до вечера, сидя под статуей Веиндора. Кстати, перемывали кости вашему Совету - Верховный жрец им тогда устроил очередной разнос, не помню уже, по какому поводу.

– А ты, случаем, не знаешь, как Алу угораздило попасть в дочери к Кеану?
– как бы невзначай спросил Анар.

– Это довольно дурацкая история, - немного помявшись, сказал Ирсон.
– Кеан, ему тогда было лет двести с хвостиком, был одним из учителей Алу. Поначалу они очень не поладили друг с другом, и однажды, вернувшись домой злющей-презлющей, наша Аниаллу, в лучших традициях Аэллы ан Камиан, с которой она тогда много общалась" прошипела: "Ну, гадина, держись, поносишь ты мне ещё цветочков, поносишь!". Подумала - и ладно, делать для осуществления этого "коварного замысла" она бы всё равно ничего не стала. Но на следующий день Кеана как подменили. Он был сама забота и предупредительность, слова ей поперёк не говорил, смотрел печальными, влюблёнными глазами, - танай поморщился.
– В общем, Алу решила, что, сама того не желая, заколдовала его, влюбила его в себя. Она была молодая, неопытная сианай и боялась, что случайно может наделать дел. Она пыталась развеять чары (которых, как потом выяснилось, и в помине не было), мучилась, пробовала даже полюбить его, но ни одно, ни уж тем более другое ей не удалось. Кеан же и не думал отступать. А Алу прощала ему все его гадости и бестактности (даже то, что он выжил Теолу из Бриаэллара), виня в этом в первую очередь себя. Так что она обрадовалась, когда ей предложили войти в дом ан Темиар в качестве его дочери, думала, это поможет их с Кеаном отношениям перерасти в хорошую дружбу. Наивная.

– А сам Кеан? Как он согласился на всё это? И кто мог это предложить?

– Его заставили сделать это. Тени Аласаис были крайне разгневаны его... чересчур настойчивой заботой об одной из них и поставили Кеана, на тот момент уже Верховного жреца, перед выбором: или оставить пост и отправиться в изгнание, или отказаться от всяких... любовного рода притязаний на Аниаллу - в знак чего он и должен был её удочерить.

– Вот почему он так ненавидит меня. Он хотел быть на моём месте, - пробормотал Анар.

– Много кто хотел бы быть на твоём месте, - хмыкнул Ирсон.
– Но с ним всё куда хуже: он уверен, что должен быть на твоём месте. Что такова не только его привилегия, но и прямая, священная обязанность. Аниаллу представления не имеет, с чего он это взял. Может, ему какой надышавшийся долинного тумана кретин из Вещего Черепа наплёл, - с истинно танайским презрением к предсказателям, предположил Ирсон.
– Давно говорю: надо убрать этот треклятый череп, пусть эти обормоты не из глазниц, а в глаза вещают и потом отвечают за свои слова!..

* * *

– Раньше никому и в голову бы не пришло, что наэй могут воевать между собой: всегда считалось, что это бесполезно, что ни одна из сторон при любом раскладе победить не сможет. Если бы кто сказал мне, что у нашей Тиалианны могут быть враги - я бы решил, что он рехнулся, - налегая на змеиное мясо, пробормотал Ирсон.
– Я бы ему прямо сказал, что во всём Энхиарге, да, я уверен, и за его пределами, не найдётся ни одного безумца, вздумавшего бы навредить ей. Потому что, если с Тианой что-нибудь случится - всему придёт конец. Наступит полнейший хаос, такой, что даже Талу он вряд ли придётся по сердцу.

– Но ведь было время, когда её не было, - не очень уверенно возразил Анар.

– Верно. Но, появившись здесь однажды, она настолько... вросла в эту реальность, что та изменилась и теперь уже не может существовать без неё. Во всяком случае - в привычном нам виде. Вообрази только: это же её мозгами, частью её души думает Бесконечный, создавая Пути! То же самое и с Веиндором, и с Аласаис. Ему, Талу, никогда не стать полновластным... хозяином в Энхиарге, пока эти трое будут противостоять ему - пусть уже не как личности, но как силы, вплетённые в ткань мироздания.

– Если нельзя уничтожить, то можно попытаться подчинить, - сказал Анар, осенённый чудовищной догадкой; по резкому кивку Ирсона он понял, что она посетила и таная.

– Верно, - сказал тот, - подчинив Тиалианну, он сможет править мирами, незримо влияя на все события, которые в них происходят. Конечно, Тиана не всемогуща, на её власти лежат ограничения. Они не всегда позволяют ей вмешиваться в наши судьбы так, как она того пожелает. Но кто знает, не изобрёл ли он уже способ обойти эти запреты? В конце-концов, после всех его... извращённых манипуляций с духом и душами я бы и этому не удивился,- быстро проговорил танай.