Чтение онлайн

Так мы общались год. Когда я перешла на третий курс, Джеймс поступил в лондонский университет Королевы Марии на разработчика компьютерных игр, заселился в общежитие, и мы стали общаться в живую – встречались в кафе, пабах. Обсуждали последние новинки кино, снова говорили о студенческой жизни, перемывали косточки одногруппникам, обсуждали мою работу в студенческих СМИ и в кофейне. Нам было весело и интересно друг с другом. Но я никак не предполагала, что все это выльется в романтические отношения. Я даже опешила, когда сразу после вручения диплома Джеймс отвел меня в сторону, признался в любви и предложил встречаться.

– Я не жду ответа сию же секунду, – сказал Джеймс, видя мое замешательство.Помню, тогда я держала в правой руке диплом об окончании вуза с отличием, а в левой – бокал с недопитым игристым шампанским. – Подумай пару дней и скажи, хочешь ли ты быть со мной.

Через неделю я сказала «Да», вкладывая в этот ответ не великое чувство «любви», а обычную симпатию. Многие годы я искала парня, который бы разжег во мне огонь, но, не найдя такого, решила, что у жизни на меня другие планы, и согласилась попробовать построить отношения с Джеймсом. Тем более, он был лучшим из всех, кого я знала. Добрый, заботливый и учтивый. И с каждым новым днем я проникалась к нему симпатией все больше и больше. Я чувствовала легкость. Пусть у нас не было даже намека на конфетно-букетный период (мы слишком хорошо друг друга знали, чтобы сюсюкаться), мне нравился Джеймс всем сердцем.

Но когда наша дружба перекочевала в отношения, мы стали видеться урывками, а ходить в кино получалось только в последние дни кинопроката, хотя раньше было совсем наоборот – мы всегда стояли в первых рядах за пару минут до премьеры.

После выпуска из университета я стала чаще чем обычно пропадать в кофейне, а Джеймс в контрольных и учебниках по программированию. Нам не хватало времени на частые встречи. Мы пытались делать вид, что нас все устраивает. Но на деле и он, и я страдали, понимая, что ведем настоящую жизнь только лишь вдали друг от друга. Мы вроде были вместе, но при этом каждый сам по себе. Встречаясь, мы не переставали разговаривать и делиться новостями, но не слышали друг друга. Каждый ждал своей очереди высказаться, не замечая, что говорит другой. Опять же, раньше я этого не замечала, а сейчас, когда со мной многое произошло, этот факт мозолит глаза.

Живя порознь в личных мирах, – я в мечтах о журналистике, а Джеймс в разработке игр и учебе, – мы не были парой, про которую бы все говорили: «Они созданы друг для друга». Но нам было хорошо вместе, и мы любили друг друга. Без страсти, не так, как в кассовых киноэпопеях, а по-своему. Тихо, с нежностью и великим чувством благодарности за то немногое, что у нас было.

4

– Сегодня такая мерзкая погода, – Джеймс влетел в прихожую, брезгливо стряхивая с куртки капли дождя. – Меня как окатило. Давай сегодня никуда не пойдем и посидим у тебя?

Он снял верхнюю одежду, повесил ее на крючок и потянулся за поцелуем. Отпрянув от стены, я ответила ему и улыбнулась.

Джеймс был красив: его густые черные волосы и точеный подбородок всегда нравились мне, а пухлые губы притягивали взгляд. Настоящий южанин, он восхищал всех, кто видел его. Только стиль в одежде подводил – Джеймс обожал подростковые клетчатые рубашки, и не признавал классику. Даже когда мы ходили на выставки, он не изменял своему стилю. Я никогда не видела его в костюме, хотя так любила, когда молодые люди надевали черные брюки и белые, выглаженные рубашки.

– Ты обиделась?

– На дождь? – засмеялась я. – Проходи и не говори ерунды.

Мы зашли в комнату и сели на диван, обнявшись. За окном стучал дождь, затапливая и без того сырую и промозглую страну.

– Вчера Джейн рассказала о наборе стажеров в «Таймс», – тихо сказала я.

– И?

– Как думаешь, меня возьмут туда на работу?

– Конечно, ты же умница, – Джеймс поцеловал в лоб. – А я недавно придумал очень интересную игру. Она восхитит всех! И детей, и взрослых! Ее идея в том, что…

Ну вот, мы снова оказались по разные стороны реки. Пока Джеймс рассказывал об игре, я прижималась к его груди и думала, что никакой мужчина не способен избавить меня от сердечной тоски.

– Сара, ты слушаешь? – спустя пятнадцать минут беспрерывной болтовни спросил Джеймс.

Я смотрела в окно – на улице уже заканчивался дождь .

– Не хочешь прогуляться? – спросила я. Мне резко захотелось на свежий воздух. И не из-за того, что в комнате стало душно. Дело было в другом – я вдруг почувствовала, что на улице меня что-то ждет. Или кто-то.

– В Грин-парк?

Я кивнула головой.

Уже через десять минут мы ехали в метро в центр города. Грин-парк был лучшим местом для прогулок перед работой. Он находился в нескольких шагах от кофейни, в которой я должна была сменить коллегу Анну в три часа дня.

5

– Не хочешь выпить кофе? – спросил Джеймс, когда мы гуляли по парку.

Он показал пальцем на маленький кофейный домик, окутанный толстыми, многовековыми деревьями, которые тянулись вверх, грозясь проткнуть небо. Перед кофейней была небольшая площадь, а чуть дальше тянулись тропинки к лавочкам под навесами.

– Хочу, – я улыбнулась. Как раз хотела согреться.

– Тогда я сейчас принесу, а ты подожди.

Пока Джеймс ходил за кофе, я стояла на дорожке недалеко от кофейни и, засунув руки в карманы плаща, вдыхала сырой воздух, прикрыв глаза. Вокруг разговаривали люди – на английском, испанском, французском и бог знает на каких языках. Одни говорили тихо, другие на повышенных тонах, кричали дети, потом смеялись, потом вдруг начинали плакать и все это за четверть минуты. Еще шумел ветер, пели птицы. А потом стало приближаться нечто странное. Крики. Кричал юноша. Я сморщилась, пытаясь понять, откуда идет звук. Слева. Кричащий человек направлялся в мою сторону.

Я открыла глаза и увидела в нескольких метрах от себя светловолосого юношу, чья голова напоминала спагетти. Молодой человек держал в руках стопку флаеров и громко кричал, зазывая людей в неизвестный мне театр, как глашатай в средневековой Англии на невообразимое шоу:

– Дамы и господа, в Лондон приехал театр «GRIM». Десять лет гастролей, и вот, долгожданное возвращение! Подходите за флаером! Предъявите его в кассах города, и вам сделают скидку! Сущие пенни за представление, которое вы никогда не забудете! Оно изменит всю вашу жизнь!

Кончики моих пальцев зачесались в предвкушении работы. Если честно, еще несколько минут назад я сомневалась, смогу ли написать статью для «Таймс», но, увидев кудрявого мальчика в джинсах и черной курточке, все непрошеные мысли развеялись по ветру.

Театр «GRIM». Театр, которого не было на родине десять лет. Сенсация. Эксклюзив. Шанс получить работу мечты.

– Добрый день, – я улыбнулась, когда глашатай подошел ко мне.– А что это за театр – «GRIM»? Никогда о таком не слышала.

Юноша распахнул и так большие глаза. Я смущенно улыбнулась. Мои знания о театрах начинались и заканчивались только большими и признанными заведениями в Лондоне. О других я не знала.