Чтение онлайн

– Лесли, я знаю, что ты там, — донёсся до меня его приглушённый дверью голос.

Я задержала дыхание, пытаясь не издать лишнего звука. Мое сердце на секунду перестало биться.

– Ладно, — с каким-то беззлобным смирением выдохнул он. — Если так хочешь, не открывай. Но учти, завтра я сниму замки и ты не сможешь больше запереться.

Я молчала. Сильнее зажав рот ладонью, взмокшей от слёз, молчала, боясь выдать себя.

– Лесли, — уже мягче выговорил он в древесину. Его бархатный голос звучал, словно шипами по сердцу. — Тебе придется рано или поздно оттуда выйти и мы все равно поговорим.

Из горла выдерся всхлип и я резко прижала ладонь крепче ко рту, перекрывая звук. По ту сторону раздалась подозрительная тишина. Я с силой закрыла глаза, беззвучно пуская по щекам ещё одну обильную порцию солёной влаги.

– Ладно, — спустя недолгую паузу выдохнул он. Его смягченный голос понизился почти до шёпота. Мне хотелось, чтобы он окутал меня полностью и одновременно исчез. — Просто чтобы ты знала, я не собираюсь тебя ни к чему принуждать. Выйдешь, когда будешь готова поговорить.

Ещё какое-то время я ощущала его присутствие, а затем раздались отдаляющиеся шаги. Когда они затихли, и вдали прозвучал хлопок двери, я отлепила ладошку от губ и с горловым всхлипом вдохнула, впуская кислород обратно в лёгкие. Уже не сдерживая себя, рыдала, выплескивая наружу непонятную боль, засевшую внутри меня.

Я так и не ответила брату. Повернулась на бок, укрылась одеялом и крепко сомкнула глаза, пытаясь уснуть. Только слёзы ещё долго лились тем вечером и я даже не запомнила, в какой именно момент провалилась в сон...

— Лесли, ты здесь? Ау, — брат щелкает пальцами и машет передо мной рукой, и я резко включаюсь, начиная различать перед собой реальность. Джереми смотрит на меня с недоверием и явным недовольством.

— Прости, я задумалась, — я пытаюсь ему улыбнуться, хотя получается у меня прескверно.

Джер тяжело выдыхает:

— Ладно, выкладывай.

Что надо сказать о моем брате, так это то, что он понимает всё с одного взгляда. Джереми ещё с детства отличался необыкновенной проницательностью. Боюсь представить, каким он станет ещё через несколько лет. А ведь ему всего шестнадцать...

Я набираю в лёгкие воздуха, набираюсь смелости и протяжно выдыхаю. А затем признаюсь:

— У нас с Себастьяном был секс.

— Вот же сукин сын, — выговаривает брат с едва сдерживаемым гневом.

— Джер, погоди, — я останавливаю его за руку. — Он... Он обходится со мной очень внимательно.

В глазах начинает щипать, и я отвожу их, не в силах смотреть в глаза брату, когда я вспоминаю наш с Себастьяном предпоследний разговор. Себастьяну тогда явно было плевать на мои чувства и он обошёлся со мной вовсе не внимательно.

— Хочешь сказать, что он очень внимательно тебя трахает? — доносится до меня голос брата. — Утешение так себе, знаешь ли, сестрёнка.

Из меня одним порывом выходит дыхание.

— Господи, Джер. Я не буду это обсуждать с тобой!

Я резко замолкаю, слишком быстро и эмоционально, только сейчас толком осознавая, о чем мы вообще разговариваем. Чувствую, как сердце бешено колотится в груди. Мне хочется как следует отдышаться, но я не могу себя выдать.

— Ты мой брат и это... Стыдно, — тихо добавляю я.

— Стыдно? Это тебе должно быть стыдно? — брат заводится с полоборота. — Да как он вообще посмел прикоснуться к тебе? У него совсем нет чувства морали или как?

— Джер, перестань, — тихо проговариваю я, с каким-то бессилием наблюдая, как он подорвался с кровати, начав импульсивно наматывать по комнате круги. — Думаешь, мне легко, зная, что где-то там существует его жена?.. — я отворачиваю голову к окну и грустно продолжаю: — А ведь женщины чувствуют такие вещи, как измены.

Джереми останавливается.

— Лес, только не вздумай ещё себя корить, — он приближается ко мне, накрывая мои ладони здоровой рукой, и пристально смотрит в глаза. — Ты в этом не виновата. Не виновата, слышишь? Всё этот мудак, — сквозь зубы произносит Джереми, отпуская мои руки, и глаза его темнеют от гнева. — Знала бы ты, как я хочу ему врезать.

— Джер... — с придыханием произношу я. — Ты правда его так ненавидишь? Но почему?

— Да потому что! — выкрикивает брат. Немного отдышавшись, убавляет пыл. — Моя сестра заслужила лучшего. Ты должна была выйти замуж по любви, родить детей и жить счастливой и любимой. А он всё это у тебя забрал. Он не заслуживает тебя!

— У меня это забрали гораздо раньше и ты это знаешь, — моя улыбка выходит грустной и я даже не пытаюсь это скрыть. — Он здесь ни при чем. Он спас меня, Джереми.

— Спас? — удивлению брата, кажется, нет никакого предела. — От кого, Лесли? От ублюдков, которые тебя насиловали, для того, чтобы самому это делать? Это ты называешь спасением?

Из моей груди выбивается резкий выдох.

— Я сплю с ним по собственной воле, — отвечаю немного резко. — И к тому же, он не знает о моем прошлом.

Его брови ползут вверх.

— Ты не сказала ему?

— Нет. Не смогла.

Я отворачиваюсь к окну, зажмурив глаза. Некоторое время брат просто стоит и я не могу видеть, какие эмоции на его лице. Затем я слышу протяжный выдох.

Джереми садится возле меня и обнимает, опуская голову мне не плечо.

— Прости меня, Лес, — мягко проговаривает он.

Я запускаю пальцы в его волосы и начинаю осторожно массировать. На губы помимо воли пробивается теплая улыбка.

— За что?

— За всё, — чуть хрипло отвечает брат. — Знаешь, если бы моя воля, я бы хорошенько преподал этому мудаку урок, как нужно обходиться с женщинами, а этих ублюдков, которые насиловали тебя, засадил бы в тюрьму.

— Ты ж мое солнышко, — ласково проговариваю я, любовно поглаживая его.

Брат вздыхает. Слишком уж тяжело, как для своего возраста.

— Лес, почему с нами случается всё только самое плохое? Откуда в мире столько несправедливости?

— Может быть, потому что нас с тобой обязательно ждёт счастливый финал, — чуть хрипловато проговариваю я, убирая с его лба челку.