Тебе некуда бежать
Шрифт:
Дверь позади громко захлопывается и в комнате повисает тишина. Плотная, угрюмая, затаенная. Мы остались наедине. С моих губ слетает всё дыхание.
Я замираю, видя перед глазами мужские ботинки. Черные, кожаные, до блеска начищенные. В горле пересыхает, как в пустыне. Не получается даже сглотнуть.
— Вот мы и вернулись к тому, с чего начинали, — низкий грудной голос отбивается от стен мощной, угрожающей вибрацией.
По коже бежит холодок. В относительной тишине раздается громкое клацанье ремня.
Мое сердце пропускает удар и тело сковывает липким страхом. Я медленно отлепляю ладошки от пола и поднимаю лицо вверх, встречаясь с его взглядом. Больше не дышу. Глядя на меня сверху вниз, он кажется весь словно высечен из камня.
Я очень медленно сглатываю и опускаю взгляд ниже, видя прямо напротив моего лица внушительную выпуклость.
— Поиграли и хватит, — раздается низко рычащий голос. — Больше я себя сдерживать не намерен.
Ремень резко соскальзывает с петель и с тяжёлым грохотом падает на пол. Сердце начинает стучать на вылет. Внутри меня всё обрывается.
41
Я вся каменею. Чувствую, как неизбежно наливаются тяжестью мои конечности.
Звук расстегиваемой ширинки раздается, как резкий щелчок предохранителя. Мгновение и оттуда выпрыгивает эрегированный член, упруго покачиваясь перед моим лицом. Большой, жилистый, с крупной головкой.
Я смотрю на него, как завороженная, не в силах оторваться.
Себастьян заводит ладонь мне за голову и легко нажимает. Я как под гипнозом подчиняюсь, подавшись вперёд. Губы сами смыкаются на головке.
По комнате плывет тихий стон удовольствия.
Себастьян делает маленький толчок мне в рот, направляя мою голову. Выходит. И снова входит, начиная методично трахать меня в рот.
В какой-то момент я морщусь и мое сознание запоздало простреливает отрезвлением. Да как он...
Я издаю сопротивляющийся звук и со всей силы отталкиваю его, освобождая рот. Обиженно смотрю на него снизу вверх, вытирая губы.
Себастьян то ли рычит, то ли яростно стонет, а затем рывком подхватывает меня подмышки, поднимая на ноги.
Его взгляд полубезумный и полу разъяренный вмиг застывает, теряя все краски. Из моих глаз крупными горошинами скатываются злые слёзы.
Я упираюсь ладонями в его плечи и отчаянно качаю головой, вонзаюсь в них ногтями, готовая сопротивляться. Но он крепко обхватывает ладонью мой затылок и, легко сломав сопротивление, резко подаётся вперёд, впиваясь в мои губы. Я дергаюсь в порыве, не успев понять, потому что ожидаю грубости и наказания. Но его рот обрушивается на меня мягко и ласково.
Я издаю изумлённый звук и обмякаю, глубоко поражённая.
Поняв, что сопротивления больше нет, Себастьян немного расслабляет захват и затягивает руки кольцом вокруг меня, притягивая ближе. Его поцелуи становятся нежными и чувственными. Я беззвучно плачу и целую в ответ, плачу и отвечаю. Ладони сами скользят за его шею, путаются в мягких волосах, теребят шелковые пряди. Я чувствую его запах, чувствую его восхитительный вкус и понимаю, что он единственный мужчина, который не вызывает у меня отторжения. Наоборот, мне хочется беспечно погрузиться в него, но я боюсь. Боюсь, что утону.
Горячие губы настойчиво целуют меня за ухом, опускаются чуть вниз и двигаются по кругу. Пальцы не спеша, медленно расстегивают блузку. Я стопорюсь с застывшей на его затылке ладонью и опускаю взгляд, глубоко дыша.
Я чувствую на своей щеке горячее сбивчивое дыхание, чувствую, как крепкая рука держит мою спину и завороженно смотрю на то, как его ладонь ловко пробирается под мою раскрытую блузку. Обводит чашку бюстгальтера, гладит под ребрами, мягко сдвигает ткань вниз и касается оголенной груди. Нежно обхватывает полушарие и наклоняется, втягивая в рот вставший сосок.
Я крепко хватаюсь за его плечо, боясь упасть, и сжимаю пальцами затылок. Запрокидываю голову назад и выпускаю стон, закатывая глаза от удовольствия. Его нежность меня расплавляет. Со мной никогда и никто не делал такого.
Я чувствую, как влажный рот целует мою грудь, вбирает соски, посасывает и снова целует. Его губы везде, его так много и так мало одновременно. Мне хорошо. Мне очень, очень хорошо...
Сдернув с меня блузку полностью, Себастьян резко выдыхает и бросает ее на пол. Подхватив меня без сопротивления над полом, поворачивается и бросает меня на диван. Я успеваю лишь вскрикнуть, когда он резко сдергивает с меня штаны вместе с бельем. Его взгляд опасно вспыхивает, грудь тяжело вздымается. Я неуверенно зажимаюсь, чувствуя себя до ужаса уязвимой.
Он медленно снимает с себя пиджак и бросает его на спинку, словно обманчиво спокойный хищник, готовящийся к резкому прыжку. Следом идёт галстук. Затем рубашка. Медленно расстегивая пуговицы, он не разрывает зрительный контакт. В неярком свете комнаты его горящие возбуждением глаза кажутся почти черными.
Я чувствую глубокий спазм страха внизу живота, уже зная, что будет дальше.
Выдвинув верхний ящик стола, он достает презерватив. Разрывает зубами упаковку и легко раскатывает по всей длине.
Мое сердце ухает в пятки. Нет, ещё ниже. Я подгибаю пальцы ног, неосознанно сжимая бедра вместе.
Он становится на диван коленями, хватает меня за бедра и рывком подтягивает ниже, бесстыдно разводя их в стороны. Из моей груди выбивается весь дух. Он наклоняется, коротко целуя меня в губы, а затем выпрямляется и уверенно входит в меня, цепко глядя в глаза. Я выталкиваю резкий выдох. Мой взгляд растерянный и испуганный, я не успеваю ничего понять, даже собственные ощущения. Сделав несколько методичных толчков, он выходит из меня, перекатывается на спину и, легко перехватив меня, усаживает на себя.
Его глаза смотрят прямо в мои, глубоко проникая.
— Сама, Лесли, — командует хриплым, глубоким голосом.
Я сглатываю, чувствуя странные ощущения внизу живота. Помедлив, осторожно опускаюсь на него, упираясь ладонями в его грудь. А затем он рывком дёргает мои бедра вниз, натягивая меня на всю длину. Воздух со свистом покидает мои лёгкие.
Чуть приподняв мои бедра, он вновь опускает, на этот раз мягче, помогая мне, и я начинаю медленно двигаться вверх-вниз.
Я чувствую, его горячие пальцы на своих бедрах, чувствую бешеное биение его сердца под своими ладошками, слышу, как с каждой секундой его дыхание все больше учащается.