Чтение онлайн

Упав на колени, Джилиан вытаращил глаза и тут же уткнулся носом в мат, выдав такой изысканный… мат, что Полина засомневалась: а правда ли это игремон. Впрочем, до государя императора Петра Первого с его знаменитыми загибами он все равно не дотягивал. Как мальчик перед боцманом.

– Чего, больно, что ли? – удивленно спросила она, отпустив его руку из закрута.

Однако расслабляться, памятуя едва не пропущенный удар от Мессима, не стала. И правильно сделала, потому что Джилиан пришел в себя и ответил довольно жестко.

– Забыл, говоришь? – процедил он сквозь зубы, подминая Полину под себя.

Желтые волчьи глаза оказались совсем близко. От острого звериного запаха закружилась голова.

Меньше всего это напоминало любовную возню, однако эротикой сквозило, еще как! И крюг ее противника при полном контакте оказался далеко не ватным. В молодости ей не раз доводилось бороться с мужчинами, и такие конфузы случались. Тогда это служило предметом для зубоскальства – но только не сейчас.

Ничего себе БДСМчик, подумала Полина, взяв его плечо на болевой и выскальзывая из-под него.

– Так рехнуться можно, - пробурчал сердито Джилиан, поднимаясь на ноги. – Тискаешь девку и при этом знаешь, что на самом деле это парень. Но все равно встает. Что за?..

Ох, милок, вздохнула Полина вполне по-старчески, знал бы ты, что внутри девки не парень, а бабка! Тебе бы тогда вообще все шаблоны порвало.

– Это что, - сказала она вслух, уже почти привычным жестом поправляя накладку. – Подумаешь, на девку встало. Хуже, когда машинально стараешься прикрыть яйца, а их нет.

– Ну как бы да, - кивнул Джилиан. – Может, пойдем лучше постреляем?

– Пойдем, - без особого энтузиазма согласилась Полина.

Ты, Светлейшество, хоть и изображаешь крутышку, но если целыми днями то баб щупаешь, то в пистолетики играешь, немудрено, что тебя убрать хотят. Заменить каким-нибудь взрослым серьезным дядей. Нет чтобы государственными делами заняться.

Тир оборудовали в парке, в отдельно стоящем павильоне. Вся эта шкатулочка изнутри была обита чем-то вроде пробки. На одной из стен висели мишени, а на отдалении стояли какие-то упоры – видимо, для тяжелых ружей.

Надо сказать, что оружие Полина любила нежно и страстно. Нет, не как средство убийства, а как… черт, она даже не смогла бы сформулировать, как именно. В общем, оно ей нравилось. Стрелять, разбирать, чистить. Доводилось ли ей убивать людей? К счастью, нет. Но она всегда знала, что, если вдруг понадобится, рука не дрогнет. Например, чтобы спасти себя или кого-то еще.

Они с Мишенькой даже на пенсии ездили в тир – просто для удовольствия. И чтобы не растерять навык. А еще это было замечательным средством от стресса. Пара обойм на ветер – и мир уже выглядит умытым, как после дождя.

В углу стоял закрытый на тяжелый висячий замок железный шкаф, из которого Джилиан достал…

– Э-э-э… Это скорострел? – уточнила Полина.

Дело в том, что Наполеон когда-то заявил: смотреть на стрельбу из подобного оружия – сущее мучение. Заряжали его ну так долго, что за это время пристрелить могли раз пятьдесят. Пулю надо было завернуть в ткань и забить в ствол специальным молотком.

– Именно, - гордо подтвердил Джилиан, причем с таким видом, будто он сам его изобрел. – Эти новые пули не нужно забивать в ствол. Раз – и готово. Пока это еще новинка, но я думаю, если армию вооружить ими, они дадут нам огромное преимущество над противником.

– А что, мы с кем-то воюем? Или собираемся?

– Нет, но мало ли… К войне всегда нужно быть готовым.

Вот с этим Полина была полностью согласна. Си вис пацем – пара беллум*. Во всех смыслах.

Штуцер-скорострел, по ее прикидкам, вполне соответствовал вмятине под кустом, и по размерам, и по весу. Из такого она не стреляла, конечно, но принцип представляла, поэтому зарядила без особых проблем.

– Да-да, - с сарказмом сказал наблюдавший за ней Джилиан. – И здесь ты тоже ничего не помнишь.

– Мастерство не пропьешь, - буркнула Полина. – То есть не забудешь. Полностью. Проблема в том, чтобы привести руки в соответствие с головой. То есть с тем, кто в этой голове. А там еще память Кикиморы, которая мешается.

Да, скорострел для ее рук был явно тяжеловат. Джилиан – тот управлялся с ним легко, но Полина сразу заметила несколько ошибок в том, как он стоял и как целился. Это не могло не сказаться на результате.

– Плечи опусти! И на ногу так сильно не опирайся, тебя в сторону тащит.

Он посмотрел на нее удивленно, но к совету прислушался, и пуля прилетела ближе к центру мишени. Теперь оставалось только не опозориться самой.

– ---------------------

*«Si vis pacem, para bellum» (лат.) – «Хочешь мира – готовься к войне». Фраза древнегреческого полководца Эпаминонда, ставшая известной благодаря римскому историку Вегецию

Из макара Полина когда-то выбивала в среднем девяносто из ста. Из спортивной пневмашки – похуже, но все равно порядка восьмидесяти. Последний раз стреляла уже больше шести лет назад: без Мишеньки не хотелось, потому что ритуал был нарушен. Вот сейчас и предстояло вспомнить. Чужими руками и из незнакомого оружия. Зато в плюс шла четкая единичка Гагариного зрения.

Первая пуля ушла в молоко. Джилиан насмешливо выпятил губу, чем взбесил ее до крайности.

Так, Поля, спокойнее, адреналин – враг целкости.

Когда она во время учебы участвовала в соревнованиях по стрельбе, бывалые советовали представить, как выпускаешь обойму в башку врага, но ей этот прием претил.

Второй выстрел получился удачнее: пуля попала в мишень. С краешку.

– Ты делаешь успехи, Поль! – на самых серьезных щах сказал Джилиан.

Ну вот не сука же, а? Или это он так мстит за советы?

Загнав пену обратно в уши, Полина быстро проанализировала траекторию. Выходило, что забирает влево. Подкорректировала – и попала уже в середину между краем и центром. Джилиан все еще улыбался насмешливо, но уже как-то бледновато. Четвертая пуля легла ровно в яблочко, тогда как его собственная стрельба особой меткостью не страдала.

– Ну так не зря ты был моим телохранителем. – Джилиан пожал плечами.

– Зависть – непродуктивное чувство, - хмыкнула Полина. – И я не думаю, что твоим телохранителем я был только из-за хорошей стрельбы.