Чтение онлайн

Как ни удивительно, но и тут его данные были достаточно точны. Причем и по магии огня, и по магии разума, хотя в открытый доступ эти сведения семья Босхо старалась не пускать.

Тем не менее в файле были совершенно точно указаны все магические ветви в даре Ании. А также список ее занятий, все предметы в ее студенческом расписании. Плюс все ее спортивные заслуги. И даже факт несостоявшегося замужества за лэна Кайтона Расхэ.

Отдав должное людям Кри, которые в кратчайшие сроки действительно проделали огромную работу, я залез в родословную лэна Арина и лэнны Лармии, но там с виду не было ничего крамольного. Все линии наследования прослеживались достаточно четко. Из-за того, что в семье мамы Ании была достаточно разнообразная магия, среди ее ближайших предков встречались маги самых разных направлений, включая те, что интересовали меня особенно. Однако выдающихся иллюзионистов или менталистов общего профиля там все-таки не нашлось. Поэтому пока было сложно сказать, она или же не она во время семейного ужина использовала в столовой магию иллюзий.

По слугам, которые в настоящее время работали в резиденции Босхо, файлы были покороче. И, поскольку я отдельно сделал упор на магию, информацию собирали не на всех, а лишь на тех, кто владел магическим даром.

Таких оказалось немного. Всех их я просмотрел. Но магии иллюзии и там никакой не было, поэтому в итоге я все-таки вернулся к родителям и не на шутку призадумался.

Получалось, что больше вероятности на наличие магии иллюзий все-таки было у матери, однако и отца, учитывая особенности обучения отпрысков старших и младших родов, со счетов тоже списывать было нельзя.

«На диске есть еще один скрытый файл, — неожиданно сообщила Эмма, когда я прокрутил полученные сведения так и этак, но ни к какому конкретному выводу не пришел. — Помечен как „Дополнения“ и „Сведения неточны“. Размер небольшой».

Я встрепенулся.

Ну-ка, ну-ка…

А когда подруга вывела на экран планшета обещанный документ, я с любопытством в него залез и через некоторое время озадаченно замер.

В файле были собраны все слухи, непроверенные сведения и хотя бы мимолетные упоминания в Сети по поводу магии ближайших родственников родителей Ании и про них самих.

Не буду перечислять их все, но вот два совершенно точно привлекли мое внимание.

Первое. На заре своей юности лэнна Ивия Босхо, мать Лармии и бабушка Ании, всего один-единственный раз в жизни участвовала в соревнованиях по магическому троеборью среди девушек. И, оказавшись в непростой ситуации, буквально вырвала победу из рук соперницы, изобразив иллюзорную яму там, где ее на самом деле не было, благодаря чему сумела выиграть немного времени и все-таки первой пришла к финишу, тем самым добыв первое место для всей своей команды.

И второе. Лэн Орвус Босхо, дед лэна Арина и, соответственно, прадед Ании, по молодости тоже знатно покуролесил и, будучи однажды в крепком подпитии, целую ночь пугал прохожих в одном из парков в провинциальном Нарке иллюзиями бегущих на них рассвирепевших зверей.

История в свое время наделала много шума. Лэн Орвус потом даже принес публичные извинения за свой недостойный поступок. Дали ли ему за это по шее, история уже умалчивает. Однако факты оставались фактами: по сути, по обеим линиям наследования у Ании в роду были маги разума и в том числе иллюзионисты. Поэтому с одинаковой степенью вероятности любой из ее родителей или же они оба могли владеть магией иллюзий.

Я, когда это понял, чуть не заржал, глядя на экран с вполне убедительно выглядящими доказательствами. Вот только Кри, как ни странно, ничем мне сегодня не помог. Потому что я не только не продвинулся вперед, но и, что самое обидное, вернулся к тому, с чего начал.

[1] Дийран равен 1,25 км.

В эту ночь засыпали мы с Эммой снова в состоянии «два в одном», так что в обычном моем сне, то есть в гостиной Даруса Лимо, оказались вместе. Но на этот раз мне захотелось показать ей кое-что новое, поэтому я создал смежный сон и открыл подруге дверь в бескрайнее ромашковое поле.

Эмма, хоть и видела в Сети изображение цветочных полей, на мгновение замерла. Но сон оказался на редкость реальным — с ароматами трав, с ненавязчиво дующим теплым ветерком и даже со скачущими с травинки на травинку кузнечиками, при виде которых на лице двенадцатилетней «Алисы» появилось престранное выражение.

Потом она, конечно, вошла внутрь. Неспешно прогулялась по полю, потрогала травинки ладонью, а потом даже наклонилась к ближайшему цветку и вдохнула легчайший запах, которого никогда не ощущала вживую. После чего как-то тяжело опустилась на землю, зарылась ладонями в сочную траву и, подняв на меня внезапно изменившийся взгляд, тихо призналась:

— Я даже не знаю, что тебе сказать. У меня в голове так много всего перемешалось…

— Что ты чувствуешь? — пристально посмотрел на нее я, присев рядом на корточки.

Эмма прислушалась к себе.

— Не уверена. Но мне хочется что-то сказать или сделать… не знаю. Мысли почему-то путаются. И я не понимаю, какая из них важней. При этом все так странно и непривычно. Мои обычные алгоритмы здесь не работают. Я просто не знаю, к чему их применить. Но мне кажется… вернее, я думаю, что хотела бы почаще видеть это место. Хотела бы подольше тут остаться, а по возможности еще хотя бы раз вернуться. Тут… очень спокойно. Да, наверное. И еще мне здесь очень нравится.

— А еще сейчас ты растеряна, — подсказал ей я. — Озадачена. Не понимаешь, что с тобой происходит.

— Да, — снова призналась девочка. — Я не знаю, что со мной творится. Я никогда раньше ничего подобного не испытывала. Слишком много мыслей в голове. Слишком много сумбура. Никакого порядка. В моих мыслях нет привычной логики.

— Это называется «радость», — улыбнулся я. — И недоумение. А еще растерянность. Сомнение. И множество других человеческих эмоций, которые раньше не были тебе свойственны.

На лице девочки появилось неописуемое выражение.

— Эмоции? У меня?!

— Да, — подтвердил я. — Просто ты испытываешь их впервые, поэтому не сразу поняла, что это именно они. Я еще в прошлые твои визиты заметил, что во сне ты совершенно не такая, как обычно. Ты отчетливо удивилась, когда впервые пришла в мой сон. Хотя раньше всего лишь констатировала факты. Ты немного расстроилась, когда у тебя не сразу получилось управлять предметами. И совсем легко, но все-таки порадовалась, когда оказалось, что на самом деле тебе это доступно.

— Но почему, Адрэа? — непонимающе переспросила она. — Я ведь раньше никогда… для меня это совсем не типично!

Я внимательно на нее посмотрел.

— Может, потому, что тебя никто этому не учил? И потому, что никто и никогда не говорил, что ты на это вообще способна?

— Не понимаю, — прошептала Эмма, растерянно оглядывая прекраснейший сон, который я создал специально для нее. — Я всегда считала, что эмоции — это результат химических реакций в человеческом мозге. И полагала, что мне… по крайней мере, пока у меня нет настоящего тела… они останутся недоступны.