Чтение онлайн

Глава 8.

В осеннюю пору в лесу стоит настоящая благодать. Деревья одеты в ярко-золотое убранство, чуть пожухлая трава и мягкий изумрудный мох ковром стелятся по земле. Воздух напоен запахом прелых листьев и разогретой солнцем древесины. Сквозь листву проникают золотые лучи, преображая даже самый старый, осыпавшийся трухой замшелый пень. Проснувшись ранним утром, можно наблюдать, как на траву выпадает свежая роса, как распускаются последние в этом году цветы.

Под корнями прячутся пузатые грибы. Облепиха, клюква, шиповник. Есть чем попировать. Диарра покусывая травинку, наблюдала, как споро снуют букашки, жужжат дикие лесные пчелы. По стволу старого дерева цепочка муравьев несет к себе домой какую-то замученную сколопендру. В чаще нельзя пройти, не наткнувшись на вездесущую клейкую паутину. Вот и сейчас темная влезла в такую локтем. В листве сказочно щебечут птицы: застучал дятел, витиевато зачирикали синицы и трясогузки. Вот за кустом мелькнул и пропал серый клок меха. Как будто куст сдвинулся с места и убежал! Это заяц-русак, все еще замаскированный под цвета летнего леса. Добыча сама бежит в руки охотника. Значит, ждет горячий завтрак. Неожиданно на голову посыпалась ореховая шелуха и шляпки желудей, похоже, что-то спугнуло запасливую белку, пока та готовила тайничок с едой.

Диарра впервые за жизнь фейри ощущала безоблачное блаженство. Поселение светлых далеко позади. Она свободна как ветер! Воздух, которым не надышаться, казался чище, осеннее солнце — ярче и ласковее летнего. Нельзя сказать, что за все восемнадцать лет она никогда не была весела, счастлива или умиротворена. Те редкие минуты навсегда останутся в дальнем сундучке памяти. Вот только что такое полная свобода стало понятно только сейчас, в эту минуту.

С момента второго осознания себя в этом мире, она стремилась стать главой рода. Вначале неосознанно, подталкиваемая магическим источником. Потом, тешила себя мыслью, что когда-нибудь станет сильной, самостоятельной и в этом негостеприимном мире появится уютная ниша для нее самой.

Теперь она осознала. Свободу, право выбора и право на собственное мнение больше не отдаст никому. Будет бороться, драться, выгрызать, если понадобиться. А для этого нужно стать первой среди равных. Возглавить пусть небольшой, но род. Юридически стать в один ряд с королями и принцами других рас. В этом мире жизненные и магические потоки держаться на магических источниках, а те, в свою очередь, через главу рода одаривают магией остальных существ. Неважно, какой расе ты принадлежишь, если входишь в род, то родовая магия автоматически одаривает своей уникальной способностью. В мирное время глава рода неприкосновенен, пока не имеет наследника или приемника. А чтобы стать главой рода, чтобы магия признала в тебе хозяина, нужно быть не только самой умной и магически одаренной, нужно быть на первым военном поприще. Глава рода шагает в авангарде своей армии, он первый отвечает на вызов врага и защищает собой слабого. Двойные стандарты магического мира: первый среди равных не только имеет особые преференции, но и несет сверхответственность.

Поэтому Диарра с раннего детства выбрала путь боевого мага.

Пятидневная дорога в столицу Имриэлль не казалась сколько-нибудь длинной или утомительной. Темная превратила путешествие в длинную, увлекательную тренировку. Она, то бежала быстрее ветра, то запрыгивала на деревья и буквально перелетала с ветки на ветку. Пластично, по стенке спускалась на дно оврагов и так же поднималась вверх. Сунув одну руку за ремень, с помощью второй взбиралась на каменные валуны.

Когда светило опускалось за горизонт, умывалась у ручья, чистила одежду и ужиная, буквально ощущала на глазах набежавшие слезы счастья. Этот мир принадлежит ей — только руку протяни!

Ожидаемо поймав в расставленные вечером силки зайца, Диарра ловко орудовала охотничьим ножом и планировала пышный завтрак. Путешествие подходило к концу. До столицы оставалось меньше дня пути. Девушка сознательно избегала тракта, шла лесом, сторонясь любопытных взглядов торговцев и других путешественников. Пусть светлым ее не догнать, но береженого бог бережет.

Полдень не предвещал ничего необычного. Темная старательно отмывала руки в небольшом ручейке, протекавшем почти у самого тракта. Напилась. С наслаждение умылась и пригладила запылившиеся волосы.

Стук копыт услышала задолго до того, как поднимая марево сухой пыли, показались взмыленные лошади. Диарра буквально взлетела на высокую ветку, внимательно изучая пролетавшую мимо троицу. Существа плохо подходили друг другу, как по стилю, так и по менталитету. Дроу, светлый эльф и дракон. Не наемники, не солдаты объединенной армии и не случайные попутчики. Одежда новая и дорогая: в глаза бросались драгоценные регалии, бриллиантовые пуговицы и золотое шитье. Лошади редкой породы.

В своих жизнях темная не раз и не два видала красивых мужчин, те же светлые фейри были как на подбор — высокие, красивые, сероглазые или голубоглазые блондины. Ни одного жирного или обрюзгшего от пьянства. В прошлой жизни тоже попадались впечатляющие экземпляры. Но эти трое словно сошли с полотен выдающегося маэстро. Таких прекрасных созданий Диарра не видела ни в одной из своих жизней. Подле них невольно чувствуешь собственную ущербность.

Дроу с серебристыми глазами уверенно сидел в седле и возглавлял малочисленную процессию. Его лицо не рассмотреть из-за куфии — мужского платка, что почти скрывал черты и волосы. Только кончик серебристой косы хлопал по спине.

Светлый эльф наоборот, даже плащ не одел, лишь привычную для этой расы цвета леса длинную тунику, узкие штаны и высокие мягкие сапоги. Волосы необычайно красивого золотисто-песочного оттенка заплетены в сложную прическу, заколотую высоким серебряным гребнем.

Дракон летел последним. Пижонски небрежно придерживал повод одной рукой, вторую держал на эфесе шпаги. Длинные темно-красные волосы перетянуты черной шелковой лентой. Черный дорожный камзол и черный бархатный плащ. Все в его внешности кричало, что этот дракон себя крайне любит и ценит.

Внезапно дракон поднял голову и встретился взглядом с растерявшейся Диаррой. Прежде чем отпрянуть, девушка заметила, как холодные темно-зеленые глаза странно блеснули, а длинный зрачок вдруг потемнел и заполонил собой радужку.

Темная укрылась за густой листвой и, что есть сил, вжалась спиной в кору дерева.

Одни миг, а столько впечатлений. Сердце почему-то бешено билось о ребра. Ни разу темная не чувствовала ничего подобного.

Реакция на дракона ее напугала и взволновала. Драконы в этом мире были главенствующей расой. Их земли растянулись далеко на севере, среди многочисленных горных хребтов. Ящеры долго жили, любили подковерные игры и многоходовые интриги. Иерархия в кланах была жесткая. Как и тотальный патриархат, фактический домострой. Женщина у них не то, что не имела права голоса, она вообще считалась за существо глупое, беспомощное и за одним исключением — бесполезное. Видимо поэтому дракониц рождалось крайне мало и выносить за жизнь могли только одно-два яйца. У драконов процветали гаремы, часто из ворованных девиц других рас. Жизнь у бедолаг была не сахар и не мед. Попасть в гарем к дракону, равносильно попасть в дорогой и комфортный, но все же бордель. Драконы могли дарить друг другу наложниц или вовсе делиться с друзьями на пирушках. В таких условиях наложницы жили недолго и несчастливо.

Влюбиться в дракона не просто глупо, а смертельно опасно.

Диарре как-то в руки попался ветхий дневник давней родственницы, там она вкратце описывала кошмарную судьбу двух своих подруг фейри — светлой и темной. Драконы не уводили их силой в гарем, а женились по всем правилам рода из-за каких-то земельных выгод. Им в приданое отходили то ли рудники, то ли еще какие-то полезные земли. Диарра запамятовала детали. Идиллия длилась пару месяцев, возможно год, но вот дальше жизнь бедняжек стала напоминать хорошо поставленный хоррор. Что стало причиной — история умалчивает. В результате противостояния светлая лишилась крыльев, ибо раз за разом пыталась сбежать из северных уделов к родителям, под защиту Главы рода. Любящий муж просто обрубил драгоценные крылья мечом и прижег кровоточащие обрубки горящим факелом. Темной повезло еще меньше: ее держали скованную по ногам и рукам в подземелье и по мере отрастания, выбивали зубы — девушка проявляла завидное упрямство, оказывала яростное сопротивление и, множество раз травмировала супруга смертельно-опасными укусами. Возможно ядовитыми, но об этом в книге не упоминалось, лишь предположение самой Диарры. Закончилась история вполне ожидаемо. Однажды светлая воспользовалась отсутствием мужей, освободила темную, и они согласно сиганули в пропасть, ибо в данном случае смерть была избавлением. Своеобразной эвтаназией.