Чтение онлайн

– Вот, держи.

Я поблагодарила ее, прежде чем накинуть наряд. На черной безразмерной футболке было лицо Элвиса Пресли, и она едва прикрыла мои бедра.

– Прошу прощения, – сказала она. – Это все, что я смогла найти. Ронан так посмотрел на меня, будто мне этого не простит.

Я взглянула на нее встревоженно.

Она улыбнулась.

– Он больше лает, чем кусается, ручаюсь.

– Я видела, как он отрезал человеку палец, и он собирается убить моего папу.

– О… – Она сморщила нос. – Полагаю, это выставляет его не в лучшем свете, не так ли?

«В дурном свете», – поправила я мысленно. Не могла не поправить.

– Мне жаль, что с твоим папой так получилось. Правда. Но ты очутилась в таком мире, где все не всегда черно-белое.

Я обдумывала ее слова, пока она шла к двери.

– Мне пора. Муж посмотрел так, что стало ясно – на ужин мы не останемся. И это ужасно, Полина делает лучший в мире медовик. – Джианна потерла рукой выступающий живот. – Как бы там ни было, уверена, в следующий раз, когда мы встретимся, на тебе будет меньше веревок и больше одежды.

Звучало оптимистично, но у меня перед глазами стояли части моего тела, отправленные коробками FedEx, гроб отца, и, если я останусь жива, мир, где мне придется идти по жизни самостоятельно. Внутри у меня все скрутило. Глаза защипало.

Ее взгляд наполнился состраданием, рука легла на ручку двери.

– Просто помни… внутри тебя есть богиня. – Она вышла в коридор и обернулась взглянуть на меня. – Ты просто должна ее найти.

Я сидел в библиотеке за письменным столом с сигарой в руке. Я не раскуривал ее, потому что на диване расположился мой брат со спящей Кэт. Они всегда были желанными гостями, зваными или нет, но я понял, что меня раздражает время, выбранное ими для визита.

В комнате царила тишина, его холодный взгляд был направлен на меня. Я знал, ему есть что сказать, и знал, что он скажет, но все же ждал.

– В комнате для гостей к постели привязана обнаженная девушка.

Мои мышцы напряглись, возмущаясь мыслью о том, что он видел ее обнаженной, – странная реакция, учитывая то, что раньше я был не против делить женщин ни с братом, ни с кем бы то ни было еще. Но я заставил себя откинуться на спинку стула и ответить:

– Она моя зверушка.

Я предположил, что неприятное чувство возникло оттого, что я был тем, кто поймал Милу. Я вложил в это столько сил. Я не хотел, чтобы кто-то еще видел ее страдания. Это принадлежало мне.

– Твоя зверушка выглядит как Михайлова.

– Потому что это она и есть.

– Ее отец не уступил твоим требованиям?

Я обрезал кончик сигары сигарным ножом.

– Уступил.

Он наблюдал за мной пытливыми глазами. Кристиан – или, вернее, Кристиан, каким я его знал, – всегда видел больше, чем следовало. Это чертовски раздражало.

– Так почему она все еще связана у тебя в постели?

Я прищурился.

– Она моя зверушка.

Он отвел взгляд, очевидно, увидев все, что требовалось.

– Лучше бы ты совершил обмен.

Раздражение вспыхнуло у меня в груди, но голос остался безразличным.

– Я не говорю тебе, как выполнять твою модную офисную работу, так что не указывай мне, как выполнять мою.

Я был удивлен тем, что Алексей уступил так быстро. И мне не нравились сюрпризы.

Хотя что-то еще – что-то жестокое – пронеслось во мне при мысли о том, чтобы отказаться от Милы прежде, чем я получу от нее все, чего хочу. У меня была идея получше: продлить страдания Алексея, подержав некоторое время его драгоценную дочь у себя. Если бы я придерживался принципа «око за око», я бы отправил ему ее изуродованное тело. Но мне не хотелось портить ее кожу. Я хотел, чтобы она лежала подо мной обнаженная, чтобы ее ногти впивались мне в спину, пока я буду проверять, сколько раз смогу заставить ее кончить. Желание бушевало внутри меня, горячее и неутолимое. Я был уверен – как только добьюсь своего, эта навязчивая идея исчезнет.

Тогда я получу то, что мне причитается.

– У нее засос на внутренней стороне бедра, – небрежно упомянул Кристиан.

Более слабого человека мой взгляд мог бы убить. Следовало одеть Милу в монашеское одеяние, а не оставлять голой, хотя, даже если бы я сделал это, мой брат все равно разродился бы провокационными замечаниями. Теперь я жалел о том, что предложил им приходить когда вздумается.

– У нормальных людей нормальные хобби. Почему бы тебе не найти что-то, что не включает препарирование всех и каждого?

В его глазах заиграла улыбка.

– Ты еще больший извращенец, чем я.

– Тот факт, что идею о моем нападении на женщину ты находишь более волнующей, чем тот факт, что она – моя пленница, говорит о другом.

– Просто нахожу, что последнее не в твоем характере. И выглядит интересно.

– Тебе интересна реклама, так что мне плевать на твой интерес к моей сексуальной жизни.

Я по пальцам одной руки мог сосчитать случаи, когда занимался оральным сексом. Все это было, пока я оставался озабоченным подростком, когда не мог удержаться от того, чтобы не попробовать раздвинутую передо мной киску. Но как только новизна прошла, желание заниматься этим угасло под холодными детскими воспоминаниями о том, как я следил за совокуплениями из приоткрытой дверцы шкафа, о клиентах моей матери и больных извращениях, которые она со своими клиентами навязывала моему брату. Я мог винить Милу только в том, что едва не кончал на нее, обнаженную, связанную и находящуюся в моей власти, – это, черт возьми, по-настоящему меня заводило.

Джианна проскользнула в комнату и подошла к своему чемодану, стоявшему у дивана. Мой взгляд проследил за ней, когда она схватила что-то из хаотичной кучи одежды внутри. Она взглянула на меня. Я помрачнел, сказав ей, что если она вздумает одевать мою маленькую пленницу, я научу ее дочь всем русским ругательствам, которые знаю. А проведя жизнь на улице и в тюрьме, я знал множество.

Она бросила на меня злой взгляд и исчезла в дверях.

– Лучше бы твоей жене не освобождать мою заложницу, – сказал я, зажимая сигару зубами.

– Не похоже, что она убежит далеко.

Восемьдесят акров пустой земли окружали дом. В лучшем случае – четырехчасовая прогулка. Даже если бы Мила успела пройти это расстояние до того, как я смогу ее поймать, на хвост ей сели бы все пять тысяч человек, имеющиеся в моем распоряжении. Ей никогда не выбраться из России.

Мой брат работал на коррумпированного главу ФБР, и, вероятно, мог бы найти Алексея, если бы я его попросил. Тогда бы мы покончили со всей этой шарадой. Но это была моя борьба, а не его.