Чтение онлайн

Он закрывает глаза, чувствуя, как уплывает куда-то вдаль, и как отчаянно хочется послушать ее. Он хочет ее, хочет целовать ее, прижимая к себе, любить ее в этой постели, потому что это давно уже должно было случится, ему до безумия хочется проснуться с нею рядом, ощущая ее запах на своих подушках, и гладить ее волосы, разметавшиеся по его груди. На мгновение, на долю секунды, пират п забывается, одним рывком притянув ее к себе, усадив на колени и страстно целуя, с горячим неистовством, со ненасытной жадностью, так, что даже дыхание останавливается, а Эмма стонет, крепко охватив его шею и выпуская стон в его рот.

Но это лишь мгновение, песчинка в общем течении времени, и вот, почти совладав с собой, морской разбойник отталкивает любимую, усаживая ее на прежнее место снова, хоть больше и не выпуская ее пальцев:

– И все-таки, Эмма, я не могу, пойми меня. Я не помню ничего из того, что случилось в этом чертовом Камелоте, я только помню, что мы с тобой боролись, что я сражался за девушку, которую люблю, а потом я оказался здесь, в Сторибруке, я не могу спать, почти не ем, и ничего не помню. Но я должен знать, что, черт возьми, происходит, я имею на это право.

Свон в отчаянии, ее глаза все еще ищут взгляда возлюбленного, стараясь найти в них страсть, что была только что, но тщетно. Новой Темной пришлось приложить все силы, чтобы слезы, навернувшиеся на глаза, не покинули своего пристанища, и она шепчет с мольбой в голосе, вцепившись в его руки с такой силой, что пальцы хрустнули:

– Я делаю это для тебя, поверь мне! У меня просто не было другого выхода, прости меня, но так было нужно. Киллиан! – заклинает она. – Верь мне! Если бы можно было все изменить, я бы, возможно, попыталась, но у меня правда не было других вариантов. Я спасаю тебя!

– Да, черт, проклятье, Свон, от чего же ты меня спасаешь, скажи же, наконец!

– Ты уверен, что хочешь это слышать?

– Да, да, Свон, какой бы не была правда, я хочу, я обязан ее услышать! – почти рычит пират, сжимая в ладонях ее лицо, больно, и отчаянно, потому что чувствует, как сходит с ума от неизвестности и боли.

Попытки не заплакать прекращены, по щекам Эммы текут слезы, она не может их больше сдержать, и, словно потерявшийся котенок, шепчет:

– Не сердись, любимый. Прости меня. Я… Я хочу тебе сказать, правда, но лучше я сделаю то, что задумала, и мы снова будем вместе, как прежде. Киллиан, осталось совсем не много, и все вернется, только поверь мне, пожалуйста, доверься. Только не смотри на меня так, не отдаляйся, я правда не могу всего тебе открыть. Ты ни в чем не виноват, клянусь, я исправляю только лишь свои ошибки, тебе не в чем винить себя. Наоборот, ты был со мной рядом все время, и, правда, сделал все, чтобы я не сошла с ума, ты правда все сделал.

Она всхлипывает, отчаянно ломая его пальцы, застывшие в ее руке, и ловя его глаза, жарко обвивая за плечи, силясь удержать. Но Киллиан непреклонен, он больше не может так, эти издевательства должны прекратиться.

Порывисто бросившись к двери, Киллиан покидает корабль, злой, как черт, бормоча слова проклятья за то, что не справился, не помог Эмме, и мысленно прося прощения за то, что собирается сейчас сделать. Эмма в мгновение ока оказывается рядом, безумно вращая глазами, напуганная и несчастная, спрашивает:

– Что ты делашь?

– Собираюсь просмотреть интересное кино, и ты меня не остановишь. Свон, если я сегодня же не доберусь до твоих ловцов снов, клянусь, я уничтожу себя и все, что нам было дорого.

– Погоди, Киллиан, не сходи с ума! – кричит девушка, преграждая ему дорогу магией, однако же, морской разбойник смело ступает в эту фиолетовую огромную тучу, ни на миг не останавливаясь и даже не сбавляя шаг. Ему просто фантастически повезло, что новое жилище Эммы рядом с набережной, понимает он, яростно шагая и отмахиваясь от назойливых черных птиц, что Свон напустила на него.

– Ты знаешь, что я сделаю то, что намерен, а если не согласна, тебе придется меня убить, только так ты меня остановишь, Свон – кричит он, перекрикивая ужасные голоса птиц.

Преграда тут же исчезает, но Эмма кидается к нему, едва не падая на колени и задыхаясь, Киллиан даже опешил, потому что никогда, даже в минуты самого сильного отчаяния, он еще не видел ее такой несчастной и раздавленной. И то, что она сделала в следующее мгновение, совершенно лишило пирата дара речи. Она вырывает из груди собственное сердце с тихим стоном, и, уже безудержно рыдая, шепчет:

– Если хочешь, уничтожь мое сердце, Киллиан, если не веришь, что я делаю все ради нас двоих, и пока не могу тебе ничего рассказать. Вот оно – она протягивает ему маленький красный комок, вкладывая его в мускулистые ладони. Киллиан потрясен, он принимает дар, вертя его в руках и не зная, что ему делать, как понятия не имеет, что делать с этой новой женщиной, в отчаянии распластавшейся перед ним. Тогда он осторожно поднимает возлюбленную с колен, и бережно возвращает сердце на место, убеждаясь, что оно опять бьется в ее груди.

– Хорошо, милая – сдается он, прижимая ее к себе. – Я не пойду к тебе и ничего не стану делать. Но ты должна мне рассказать все с самого начала, и, пожалуйста, не лги. Какой бы не была правда, клянусь, я ее приму, потому что больше не могу это терпеть. Мне больно видеть тебя такой, и понимать, что, возможно, именно я к этому причастен. Загадки, которыми ты все время говоришь, любимая, меня смущают. Мне страшно, да, я не могу этого отрицать. Но еще страшнее то, что я совсем не понимаю, что же разрушило твою душу. Поэтому, прошу, расскажи мне все. Иначе наш договор отменяется, и я поступлю так, как только что намеревался. Эмма, у тебя есть один, последний шанс мне все рассказать, прошу тебя.

Их взгляды встретились, и Свон, не выдержав мольбы в его покрасневших глазах, кивает, шепча:

– Хорошо. Задавай свои вопросы.

Он привлекает ее к себе сильнее, окутывая нежными объятьями и стараясь согреть эту холодную кожу, кротко целует в лоб, и, выпустив встревоженный вздох из груди, спрашивает:

– Для начала, скажи мне, любимая, вот что. Круэлла. Почему она живет в твоем доме? Ты думаешь, что, дав ей кров, извинишься за то, что убила ее, защищая сына? Это глупо, прости уж, потому что ты ни в чем не виновата.

Эмма внимательно смотрит на него и качает головой:

– Нет. Не по этой причине. Она живет у меня, потому что…

Она запнулась. Лихорадочный взгляд говорит о том, что она ищет, как сказать ему правду, пытается подобрать правильные слова. Ожидание тягостно и невыносимо, Киллиан приподнимает ее за подбородок и нежно подталкивает к ответу.

– Потому что?

Из груди Свон вырывается какой-то полу-стон, полу-крик, или же несвязное бормотание, и она выдает на одном дыхании:

– Она живет со мной, потому что спасла тебя.