Чтение онлайн

Большое Озеро и замок уже давно успели скрыться из виду, когда впереди показались яркие огни драконьих загонов. В разделенных на своеобразные вольеры толстыми брусьями сравнительно небольших «пятачках» свободного пространства, то и дело опускаясь на передние лапы, нервно вышагивали драконы. Вокруг них, с ведрами, инвентарем и еще Мерлин знает чем сновали волшебники. Меняли воду в поилках, чистили огромные деревянные корыта, насыпая в них драконий корм и бросая куски мяса. Похоже, организаторская комиссия успела аккурат к вечерней кормежке.

— Ближе не подходите! — поспешил предостеречь делегацию один из выделенных драконарием дрессировщиков. — Они вас без защитных мантии только так изжарят! — словно в подтверждение его слов один из драконов, серебристо-голубой с длинными витыми рогами «одарил» заботливо хлопочущих вокруг магов струей пламени. Волна удушливого жара дошла даже до края поляны, где и остановились Дамблдор вместе со своими спутниками. Передав кому-то ведро с водой (только водой ли?), маг подошел к ним. В еще одном ярком всполохе драконьего пламени стали хорошо видны и веснушки, и выгоревшие брови, и визитная карточка всего семейства Уизли — ярко-рыжие волосы с их неподражаемым огненным отливом.

— Рад тебя видеть, Чарли, — кивнул директор Хогвартса, пожимая мозолистую руку драконовода. — Ну-с, жду твоего отчета. Как поживают эти красавцы?

— Эй, Чарли! — из-за кроки леса показались еще двое. Быстрое приближение и общая массивность фигур позволили безошибочно предположить, что были это Хагрид и Олимпия Максим. — Погоди-ка чуток, мы с Олимпией сейчас подойдем…

— Сейчас у нас вечерняя кормежка, — с нежностью глядя в сторону топчущихся в загонах драконов, улыбнулся Чарли Уизли. — Мы им, конечно, успокаивающую настойку подливаем в поилки, но я все равно завтра перед началом состязаний рекомендую наложить хотя бы частичные усмиряющие чары. Особенно на Венгерскую Хвосторогу, — он кивнул в сторону черной драконицы, с особенно пристальным вниманием наблюдавшую за насыпанием корма в огромное корыто из огнеупорного дерева. — Она у нас и так девочка нервная… Ну вот, опять отказываются пить… Я сейчас вернусь…

— О, ну вот, эта, Олимпия, драконы, — пробасил подошедший вместе с директрисой Шармбатона Хагрид. — Вон та, зеленая, с гладкой такой чешуей и глазами синими — валлийская зеленая драконица. Они смирные обычно… только в этот раз действительно расшумелись что-то… Эй, Чарли, а чего это у тебя китаянка наша беспокоится? — в подтверждение его слов сравнительно молодо выглядящая на фоне своих товарок драконица с алой бахромой на шее и отливающими золотом гребнями рискнула проверить на прочность стену загона. Сработали защитные чары и в дракона со всех сторон ударили «подвешенные» следом за щитом чары усмирения. Драконица только отфыркнулась и отвернула морду.

— Говорите, пить отказываются? — задумчиво переспросил Ангол.

— Странно прямо, — вернувшийся Чарли рассеянно почесал затылок. — Беспокоятся они, что ли? Ну, оно-то и понятно — вчера их только привезли…

— Драэвал, определишь навскидку…? — маг Атаки кивнул в сторону огромного чана, из которого набирались ведра для драконьих поилок. — Я их пока отвлеку.

— Ну, рискну, пожалуй, — замявшись, ответил тот.

— Эй, вы о чем? — забеспокоился драконовод. — Не подходите ближе к драконам, говорю же! Они и так на нервах сейчас, а вас и не знают совсем…

Ангол молча отодвинул его с дороги и прошел к загонам. За ним, с некоторой заминкой, проследовал и Драэвал, явно чувствовавший себя несколько неуютно под прицелом взглядом разом к ним обернувшихся драконов. К подошедшему магу Атаки драконы отнеслись настороженно, впрочем, надо спасибо сказать, что вообще не сожгли сразу. Хотя, если учесть дар Гарри Поттера к налаживанию контактов с любыми видами магических и немагических существ, это и неудивительно. Недовольно порыкивавшая хвосторога, явно ради примирения, окатила подошедшего к ее загону мага волной дыма из ноздрей. Подались к краям ограждений и другие драконицы, явно заинтересованные странным человеком, которого они обонянием почему-то опознавали за своего.

— Ну и что ты стоишь? — процедил сквозь зубы Ангол наблюдавшему за его спиной драконьей идиллией Драэвалу.

— Больно уж интересно ты смотришься по соседству с драконьей мордой… — хмыкнул тот, направляясь к чану с водой. — Чарли… э-мм… мистер Уизли, могу я вас спросить, какое именно успокаивающее зелье вы добавляли?

— А, секундочку, — Чарли прервал свой разговор с Дамблдором и отошел к чану с водой.

— Ну вот, дело уже пошло, — облегченно буркнул Алгиз. — Нашему капитану только дай возможность покомандовать…

— Лихо вы все устроили, — признала Тонкс. — Главное, совершенно правильно — с драконами даже такая мелочь может привести к непредсказуемому результату…

— Альбус! У нас, кажется, проблемы… нет, вы лучше действительно не походите, — окликнул директора Драэвал. — Похоже, кто-то добавил сюда, — он указал на чан, — толченый корень аширы… Успокаивающее зелье полностью изменило свой эффект!

Глава 33. Первое состязание

За чью-то неудачную шутку с драконьими поилками (да и шутку ли?) всему дружному авторскому коллективу потом икалось весь вечер и все утро перед началом Турнира. Кто намешал в поилках непотребное варево, кому это все понадобилось и зачем вообще нужно такие глупости устраивать — оставалось неясно. Вокруг загонов круглые сутки шатались толпы народа и узнать кто, когда, как и с чем подходил к чану, было просто нереально. Но именно это, по иронии, и требовалось от авроров, взявшихся (естественно, на самом деле инициативы и в помине не было — был четкий приказ) бдеть по всем фронтам. Хитрый-хитрый Аластор Грюм, почуяв, что запахло жареным, сразу же ото всего и всех открестился: он здесь преподаватель и по чисто морально-этическим соображениями (слухи-то про Грюма разные ходят…) ни за что не отвечает. Триаду лихо выгородил Дамблдор, быстренько сориентировавшись в ситуации и переведя стрелки на Министерство: они, мол, назначили на защиту замка целую команду растяп, так что сами виноваты. И вообще, в таких жестоких условиях жизни пусть именно они за все и отвечают в получившейся ситуации: и за вот-вот готовых взбеситься драконов, и за ничем не отличающихся в преддверие первого тура от магических рептилий Чемпионов… Больше того, вконец доведенный до ручки свалившимся на него глобальных масштабов «счастьем» Дамблдор в профилактических мерах (сбивания спеси ради и окончательного снятия розовых очков для) всю ответственность за безопасность во время первого тура на многострадальных служителей магического порядка. Кончено же, беготню по случаю и без оного подняли заодно и драконоводы, развели бурную деятельность и пообещали сделать все от них зависящее, чтобы на Турнире многочисленные зрители и малочисленные, но очень «кусачие», Чемпионы не превратились в свежеподжаренный бифштекс.

Директору Хогвартса, и так вынужденному передо всеми инстанциями отчитываться и извиняться за раз за разом повторяющиеся попытки срыва Турнира Трех Волшебников, и вовсе пришлось несладко. Поэтому, дабы облегчить свою участь и хотя бы ненадолго отстранится от непрекращающейся «раздачи слонов», на предложенный вариант выхода из ситуации он согласился сразу. Пусть себе авроры попытают счастья на славном поприще защиты хогвартского населения, а он, многомудрый дедушка, посидит и посмотрит на все со стороны. Но донимали его отнюдь не жалобы Министра Магии Корнелиуса Фаджа на то, что все в жизни плохо и от этой самой жизни помочь может только «Авада Кедавра» в висок без лишних сантиментов. Чем чаще Альбус Дамблдор призывал в этот мир Магов Триады, тем ближе они подходили к моменту полного слияния сознаний, когда весь опыт, все знания и часть доступной еще силы благополучно отойдут в небытие. А рассчитывать тогда придется только на еще довольно юные (а потому — донельзя горячие, хоть и гениальные местами) головы новой Триады. Только вот не хотелось бы… до поры до времени. Особенно, если учесть, в какие крайности иногда впадают эти гениальные детки. Хотя, если поразмыслить и проанализировать события, еще неизвестно, кто был инициатором уже минувших и очень больно ударивших по всем фронтам происшествий — взять один только пример с хромающим на голову Поттером и его не менее больным на этот же орган предком, исполняющим обязанности Мага Атаки. Эти двое вообще как-то между собой очень лихо умудрились договориться и прийти к полному консенсусу по вопросам раздела мира. Остальным в результате их решений, как водится, оставалось только наблюдать со стороны, ибо все планы характеризовались полной непредсказуемостью, скоростью реализации и невозможностью что-либо изменить как в процессе, так и после оного. Гениальная выходка с Кубком Огня (на деле оказавшаяся лишь одним из звеньев в длинной-длинной цепи) — живой тому пример.

Мешало делу и слегка своеобразное чувство справедливости всех участников «заговора». У одного это выражалось в необходимости постоянно выкручиваться самому из всех глобальных проблем (а заодно и вести полный учет всех дел в школе), у трех других — огромной лени, изредка прерывающейся на желание сунуть свой нос во все дыры, ну и, соответственно, плюс некоторые частные моменты. Гарри Поттер, например, с чистейшей совестью «запорол» возможность Гермионы Грэйнджер разведать обстановку перед Турниром и сообщить детали первого задания Джереми. Но, несмотря на это, тем же вечером, что и случился казус с драконами, Седрик Диггори получил анонимное послание с четким описанием того, что его ждет. В пересказе Гарольда это называлось «уравниванием шансов» — остальным-то все равно или директора расскажут или неуемные преподаватели (в прочности информационной цепочки Грюм — Джереми Поттер никто не сомневался). Вот такой вот взгляд на мир. И поди разберись, из-за чего он так решил — то ли ради продолжения их с Гермионой «игры» во взаимные подлянки, или действительно желая восстановить справедливость. Как бы при этом не ругался Рон, люто возненавидевший Седрика Диггори как своего конкурента за девичьи сердца, говорить свое веское «против» было уже поздно. Впрочем, в качестве сатисфакции Уизли потребовал выдать ему полную раскладку мотиваций всех последних выходок знаменитого слизеринца, чем последнего ввел в состояние перманентного ступора.

Самой приятной (после длительного обдумывания, взвешивания и вынесения вердикта) новостью был официальный запрет переигравшего всю ситуацию в последний момент Дамблдора на присутствие на первом состязании Триады. Директор все прекрасным образом просчитал заранее и уже потирал руки в предвкушении грядущих событий. Он смиренно ожидал, как после тотального и окончательного провала всей авторской деятельности к нему кланяться в ножки придут все высшие инстанции и попросят помощи. А там уже вполне можно будет именно Триаду выставить местным вариантом всеобщей панацеи. А дальше руки у него будут развязаны. Ну а пока же оставалось только ждать.