Чтение онлайн

— Ты не одинока, Эбс, — вмешалась Долорес.

— Одинока. Все мы одиноки, пока у нас не будет ребенка или хотя бы мужа. Как бы вы не любили меня, вы не будете ждать после тяжелого рабочего дня. И как бы я не любила вас и не хотела вашего счастья, ваша улыбка по-настоящему не сделает мой день.

— Эстель — лучшее что случилось со мной, — наконец заговорила я, сглотнув ком в горле. — И я люблю ее так сильно. Но все вы знаете о Джейсе, — избегала я смотреть Долорес в глаза. — Он убил нескольких ветеранов и угрожал моей дочери, если я и дальше буду лезть в это дело, — подняла я наконец глаза, останавливаясь на каждой подруге на мгновение. — А я буду в него лезть, так что хочу, чтобы вы уехали. Уехали вместе со своими животами и мужьями, забирая моего ребенка подальше отсюда, пока все это не закончится.

— Я не дам убить его тебе, — сказала Долорес ледяным голосом. — Я не дам тебе этого сделать.

— Долорес, он погубил множество жизней, — в непонимании смотрела на подругу Донна. — Ты ведь понимаешь это.

— Мне плевать. Все могут исправиться, и я помогу ему это сделать.

Я не стала ей говорить, что жажду убийства невозможно искоренить. В конце концов, ей и так слишком больно.

— Чего ты хочешь, Эс? — спросила Эмили. — Мы умеем за себя постоять.

— Да, но вы трое беременны. И кроме того, мне нужно, чтобы вы забрали мою дочь, — сказала я шепотом последние слова. — Я не хочу, чтобы…

— Ты думаешь, Джейс бы тронул кого-то из нас? — повысила голос Долорес.

— Слушай, Долорес, я люблю тебя, — вздохнула я. — Ты его не знаешь. Просто он уже не тот, кого ты помнишь, и я не позволю ему зацепить кого-то из вас, а тем более, моего ребёнка.

— Мы сделаем это, — сказала Эмили громче, чем нужно было. — Мы сделаем так, как ты нас просишь, и заберем Эстель.

— Я никуда не поеду, — возразила Долорес. — Если вы хоть немного…

— Заткнись, — удивила меня Ева. — Правда. Ты любишь призрака, который убивает других людей. Как ты можешь вообще что-то чувствовать к нему, кроме омерзения?

— Просто он каждую ночь снится мне, — заплакала она, сев на пол. — Каждую ночь я вижу его лицо.

— И что ты видишь в своём сне? Что он говорит тебе? — спросила я.

— Не важно, но я не хочу просыпаться.

Чтобы вдохновить женщину, требуется делать то, что она внутренне желает. Чтобы вдохновить мужчину — интересно проживать свою жизнь и благоприятно влиять на жизни других людей. Энергия и амбиции влияют на людей, и они всегда следуют за своими увлечениями. По словам Долорес, Джейс заставлял ее чувствовать себя красивой, и она на самом деле стала красивой. Он не просто говорил ей это, но и смотрел и прикасался к ней так, что у нее не было поводов усомниться в этом хотя бы на секунду. Замечал любые изменения во внешнем виде, и даже в улыбке. Так странно. Раньше я всегда пыталась нравиться Майклу. Я следила за своим внешним видом и не позволяла увидеть ему меня в спортивных штанах. Но лишь со временем ты начинаешь понимать, что на самом деле внешний вид совсем не гарантия симпатии, счастья и тем более любви. Долорес знала, что совершенно не важно, в спортивных штанах она или в вечернем платье. Он просто любил ее, и все, что было связано с ней в тот момент. Когда она появлялась, все было прекрасным.

Она чувствовала, что и она, и ее сердце в безопасности, и мне всегда было интересно, как это. Как это — признаться кому-то, что, несмотря на свою слабость, ты чувствуешь защищенность. Я поняла, что не важно, насколько мужчина привлекателен, веселый или сколько денег зарабатывает. Если женщина рядом с ним не может спокойно спать ночью, то когда-нибудь все, что вы построили, развалится к чертям.

И конечно, в каждых отношениях есть проблемы. Но когда появляется недоверие, не поможет ни чтение мыслей, ни умение видеть желание по глазам о новой выставке, ни даже умение решать все проблемы. Все заключается в мелочах до тех пор, пока есть доверие.

Перед тем как уйти, я решила поговорить с Майклом. Он имел право знать, и я так же отчаянно хотела защитить его, как и других. Может, даже больше, если быть совсем откровенной. Мы оба были ранены, и хоть я и не знала, что произошло с ним, но каким-то странным образом мы оба излечивали друг друга.

— Майкл, — вошла я в гостиную. — Можно тебя на минуту?

— Да, — направился он ко мне, и мы вышли на балкон, закрыв за собой дверь.

— Знаешь, отчасти я рада, что не общаюсь с некоторыми людьми, и я говорила, что вернулся Джейс.

— Эс…

— Нужно, чтобы ты уехал и увез ее, — почувствовала я невыносимой холод. — Пожалуйста, просто увези нашу дочь.

Я сжала руки в кулаки, и Майкл прижал меня к себе за плечи, смотря в глаза. Я не знаю, увидел ли он правду, но как только я оказалась в его объятьях — заплакала. Действительно зарыдала, держась за него, как за воздух. Я устала все время воевать и выживать. Я бы хотела жить обычной жизнью, воспитывать дочь и иметь обычную работу, которая не отбирала бы у меня собственную жизнь.

— Пожалуйста, Майкл, — взяла я в ладони его лицо. — Увези её, иначе я просто не смогу никому помочь, защищая вас.

— Почему он это делает? — снова прижал он меня к себе. — Ты говорила с ним?

— Да, говорила, и да, у меня есть догадки. Но дело в том, что модели поведения никогда не бывают одинаковыми, как и мотивы.

— Ты не думала, что у вас есть предатель?

— Нет, — отклонилась я. — Но знаешь, работая в ФБР, я поняла, что они лучшие в мире лгуны.

— Нужно отправить нашего ребенка подальше и сделать то, что нужно.

— Нет, Майкл. Нужно, чтобы ты также уехал.

— Нет, Эс, — взялся он за поручни балкона. — Я никогда не оставлю тебя.

— Учитывая выдержку, умение выживать и стрелять, из нашей семьи я могу доверять лишь Адаму и Брайану. Но дело в том, — повернулась я, смотря на город. — Что их жены сейчас беременны. Следовательно, я могу верить лишь себе.

— У нас тоже есть дочь, — повысил он голос. — Я не могу….

— Можешь, — перебила я его. — Можешь и сделаешь. Потому что так будет лучше, и ты это знаешь.

— Эс…

— Пообещай мне кое-что, — взглянула я на него буквально на мгновение. — Пообещай, ладно?

— Что ты хочешь?

— Если со мной что-нибудь случится…

— Блять…

— Если со мной что-нибудь случится, — продолжила я, заметив боль в его глазах. — Говори ей, что я любила ее. Я любила ее больше всего на свете. И не делай такое лицо, — провела я ладонью по его щеке. — Это моя работа, и люди умирают каждый день. Я не хочу, чтобы она знала об этой моей стороне, и хочу, чтобы она росла с женщиной. Хорошей женщиной, и пусть она будет в безопасности.

— Черт, — выругался он, стукнув кулаком по перилам. — У тебя вообще есть моральные ценности?

— Нет. Я же отдаю свою дочь.

— О твоем материнском инстинкте я не спрашиваю, — схватил он меня за руку. — Мне интересно, ценила ли ты хоть что-то в этом мире, кроме своей роботы и эго, обретенного на ней?

— Я не помню, Майкл, — забрала я руку. — Я уже не помню, какой была. Рядом с тобой я отдыхала душевно и разрешала себе быть просто женщиной. Но это неправильно. Я привыкла к работе, и она не сможет без меня.