Чтение онлайн

Меня проводили в ресторан под названием Grazie на 86 St. Внутри жизнь кипела, заполняя пространство. Официанты пританцовывали вокруг посетителей, ловко маневрируя между столами. Их подносы были нагружены горячей едой или пустыми тарелками. За столами сидели влюбленные парочки или семьи с двумя, а то и тремя детьми. Этот безумный хаос, который раньше мне так нравился, сейчас лишь сильнее отделял меня от окружающего мира. Я чувствовала себя, как манекен среди живых людей.

Я села за столик, и официант усадил меня в удобное кресло рядом со стеной вина, сказав, что мистер Вудс скоро подойдет. Правда «мистер» как-то не сочеталось с тем человеком, которым на самом деле он являлся. Нет, Вудс не был плохим или хорошим. Он был просто другим. Этот человек вел себя не так, как все остальные. Я словно почувствовала, когда двери открылись, и он вошел внутрь. Крепкие плечи слегка вздрагивали в такт шагам, глаза не сканировали ни зал, ни людей, а были прикованы лишь ко мне. Было такое впечатление, что, если бы Майкл захотел вышвырнуть из помещения всех, он так бы и сделал, и не имело значения, что он не был в физической форме, которая оправдывала мои слова.

Кажется, я натолкнулась на него, когда пребывала в какой-то странной непонятке и потерянности. Все было стремительно и быстро, но с Майклом я совсем не чувствовала страха и непонимания. Он подарил мне чувство насыщения. Насыщения самой жизнью. Мы столько смеялись, танцевали и пили ночи напролет. Я понимала, что он очень нужен будет мне, просто сначала не могла признаться в этом ему, а затем и себе. Да, себе было всегда тяжелее. Но сейчас, я вдруг поняла, что не хочу отпускать его, пока седина не затронет моих волос.

Он подошел ко мне и запечатлел легкий поцелуй на моих губах.

— Ты так прекрасна, — сказал он почти с благоговением. — Как и всегда.

— Что ты видишь в моих глазах? — спросила я, когда Майкл сел напротив.

— Что не заслуживаю тебя.

— Ты все, что мне нужно, Вудс, — усмехнулась я, наблюдая удивление на его лице. — Как бы банально это не звучало. Так что не смей бросать меня.

— Ты сама меня бросила, — уже лицезрела я улыбку на его лице.

— А ты не слушай меня.

— Ну как же, — махнул он рукой официанту, все еще не отводя взгляд. — Я люблю тебя, Стейси, ты ведь знаешь это? Не смотря на все, что мы делали друг другу, мы все еще вместе, и мы не можем друг друга отпустить.

— Я помню, как смотрела на тебя, запечатлевая некоторые моменты в своей памяти, и ты мне казался безумно прекрасным. Когда ты собирал вещи Эстель, в момент, когда я выдохлась, или когда вел машину, или даже когда ел. Все эти незначительные действия казались лучшим зрелищем, которое я видела.

— Говорят, что счастье — это состояние разума, — сел он возле меня, обнимая за талию. — Все зависит лишь от точки зрения.

Несмотря на то, что в этом месте была как пицца, так и черная треска, мы заказали мясной рулет с обжаренными солеными грибами в красном соусе, и это было одно из лучших блюд, которое я когда-либо пробовала. Сладкие листья салата были слегка сбалансированы с голубым сыром, и этот вкус почти перехватывал дыхание. И да, лучшая часть еды — это томатный компот и свежеиспеченный хлеб.

Это было относительно совсем небольшое место, но очень удобное и просторное. В целом у Нью-Йорка много достоинств, и одно из главных заключается в том, что этот город — мировая столица искусств. Только на Манхэттене работают более 500 частных арт-галерей, и каждый год здесь проходят сотни выставок, тысячи художников мечтают проснуться знаменитыми, миллионы туристов штурмуют коридоры Метрополитена. Здесь сосредоточены крупнейшие музеи мира — Метрополитен, сравнимый по богатству только с Лувром и Британским Музеем. Музей современного искусства, где хранится наиболее полная в мире коллекция произведений современного искусства. Здесь проходит крупнейшая в мире ярмарка изобразительного искусства Artexpo, революционная Armory Show, чрезвычайно модная в арт-среде Frieze Art Fair. В общем, всего не перечесть.

После ресторана мы отправились в Метрополитен, и я наслаждалась выставкой. Сейчас на часах было уже двенадцать ночи, и учитывая, что музей сегодня работал до девяти, я была польщена. Возможно, он сделал один звонок или сотни, но он сделал это для меня. И мне не нужны были мосты, усыпанные розами, или машина, которая еще не вышла в продажу, а лишь музей, где я смогу расслабиться и на минутку забыть о реальности и своей дочери. Держа Майкла под локоть, я улыбалась, а он рассказывал мне истории картин, большинство из которых я и так знала. Но мне были приятны его касания, взгляд, внимание и чувства, которые я испытывала. Майкл не говорил каждое мгновение, что я нужна ему, но несмотря на это, я чувствовала. Я была влюблена в то время, что мы проводили вместе. В каждую его минуту.

— Как часто ты посещала это место? — находились мы в зале, где показаны реликвии Египта.

— Единожды, — ответила я тихо. — Знаешь, наверное, когда ты живешь в этом месте, ты редко замечаешь его красоту. В этом проблема человечества. Мы привыкли к вечным пробкам и такси. К огромному количеству туристов, а также к Дню Благодарения и Starbucks. И Метрополитен в том числе воспринимаем, как должное.

Произведения искусства в коллекции музея представлены на выставке в более чем четыреста пронумерованных галереях. Одним из самых ценных разделов музея можно назвать «Секцию Американского декоративного искусства», в ней почти двенадцать тысяч шедевров искусства, расположены в пяти огромных залах. Здесь можно посмотреть коллекцию стекла, самую большую в мире. Любопытна коллекция серебра, в которой представлены изделия работы Ревеке и Tiffany & Co. В отделе картин и скульптур расположено более тысячи картин, около шести сотен скульптур и более 2,5 тысяч рисунков американских художников. Коллекция Ближнего Востока просто огромна, семь тысяч экземпляров от неолита до сегодняшнего дня. Все ушедшие цивилизации Востока, такие как шумерская или вавилонская, широко освещаются в экспозиции. Здесь можно ознакомиться с оружием и броней со всего света, начиная с первых веков до девятнадцатого столетия. Украшения, выполненные из иголок дикобраза, изделия из различных драгоценных металлов. Количество экспонатов столь велико, что площадь, где они расположены, занимает почти четыре тысячи квадратных метров. Искусство Азии тоже очень широко представлено в музее. Многие экспонаты уникальны, здесь можно увидеть огромную коллекцию предметов, привезенную из Тибета и Непала. Коллекции китайской каллиграфии, живописи и изделий из нефрита принесли музею мировую известность. Но самым любопытным экспонатом данной секции по праву считается сад двора Династии Мин, это точно воссозданная копия сада в Китае. Конечно же, есть коллекция Древнего Рима и Древней Греции, одна из самых богатых и обширных в музее. Но да, больше всего времени мы провели, именно просматривая коллекции Египта, которая выделена в отдельную экспозицию. Здесь почти 36 тысяч экспонатов, найденных во время археологических раскопок. Эти деревянные фигуры из могильника в Дей эль-Бархи, и спасенный, совершенно уникальный, храм Дендур.

«Лучше изливать свою печаль перед картинами Делакруа, Рембрандта или Ван Гога, чем перед рюмкой водки или в окружении бессильной жалости и злости». Эрих Мария Ремарк.

— Когда ты на работу? — спросил Майкл.

— Завтра. Они ничего не смогут сделать без меня.

— Ты настолько самовлюбленная, — засмеялся он.

— Это чисто из соображений психологического комфорта, — пожала я плечами. — Было бы неудобно прожить всю жизнь с нелюбимым человеком.

Уведомление пришло мне на телефон от Адама, в котором говорилось приехать в его прошлый дом. Я сказала об этом Майклу, и он лишь качнул головой и, нажав кнопку на телефоне, сделал так, что через несколько минут прибыла машина, и мы, спустившись вниз, сели в нее и тронулись с места.

— Как ты думаешь, в чем дело? — спросил Майкл.

— Я не знаю, — покачала я головой. — Но я верю Адаму.

— Я думаю, что вы просто поражены одинаковым недугом, — показал он кавычки в воздухе. — И только поэтому вы оба понимаете друг друга.

— А с тобой? — посмотрела я на Майкла. — А с тобой мы понимаем друг друга?

— А мы с тобой, как футбольные комментаторы, в идеале для меня, — увидела я проблеск улыбки на его лице. — Идет игра. И чтобы не происходило во время нее, не имеет значения. Просто в конце мы оба говорим, что вот такая вот игра, — пожал он плечами. — И только мы оба знаем, сколько дерьма пришлось вытерпеть, чтобы услышать свисток, говорящий всем, что уже конец и можно расслабиться.

— Но все это оставляет послевкусие.

— А так и должно быть. Только представь себе, что ты что-то делаешь, с кем-то общаешься или целуешь меня и после не чувствуешь ничего. Ни радости, ни злости, ни обиды, ни изумления. Ни-че-го, — сказал он по слогам. — Какой смысл во всем этом? Ведь на самом деле самое важное — это именно послевкусие.

И больше до конца поездки мы не проронили ни слова, и Майкл держал меня за руку. Приехав, он помог мне выйти, и когда я набрала номер Адама, услышала шаги из заднего двора, и он махнул нам рукой.