Чтение онлайн

За неделю постоянной боевой подготовки они ничем не отличились. Не выделялись, просто держались особняком. Общались только между собой. Попытки познакомиться пресекали. Чересчур подозрительное поведение.

Новобранцу стало интересно. Важно знать, кому доверять спину.

– Шатун и Леший… А имена у них есть? – перебил Альдред капитана.

– Конечно, есть, – кивнул ему Джакомо. – Это уже моя поблажка им. Устав есть устав, и всё такое. Но видно же, мужики себя чувствуют не в своей тарелке. Не общительные. Я читал их досье при зачислении. Известно, почему…

– И почему? – давил Альдред. Принял из рук Нико папайю. Поблагодарил и принялся объедать мякоть, оставляя только шкурку.

– Они поступили к нам из «Несметного Легиона». Утверждали, что их попёрли прочь в кондотте. Вот тем и мотивировали своё вступление в Инквизицию. Их оставили в этом Корпусе, раз оба они не из Города, – пояснил Джакомо, чуть отстранившись.

Кусочек папайи чуть было не встал поперёк горла. Альдред закашлялся. Ему полегчало, затем он озвучил мысль, к нему пришедшую:

– Из той самой кондотты? Что они такого натворили?

– Понятия не имею, – пожал плечами Джакомо. – Гонорары у них щедрые, это я знаю. Их ведь нанимают по всему Равновесному Миру для решения политических нюансов путём войны. Это профессиональные воины. Никакой рыцарь им и в подмётки не годится. Только их работа – билет в один конец. До утраты дееспособности или смерти. Принцип вознаграждения, как в Инквизиции, в общем-то.

– Они перешли дорогу начальству? – предположил Нико, впиваясь зубами в мякоть маракуйи. Чавкал и хлюпал, как дикарь.

– Или захотели соскочить и своего добились, но с боем, – гадал Флэй.

Колонна усмехнулся и пояснил:

– Может, вы и правы. Но к нам они постучались не от хорошей жизни. Разорвать связи с «Несметным Легионом» им удалось, но сами наёмники остались ни с чем. Это солдаты удачи. Псы войны – и ничего другого не умеют, кроме как воевать.

– Инквизиция их не выдаст? – озадачился Альдред.

– Верховные приняли их, определили, согласно способностям. Раз мы – молодой отряд, значит, к нам. Их не ищут, не пытаются убить. Они уж пару месяцев как в «Гидре».

– Поверить не могу, что «Несметный Легион» оставил их в покое, – фыркнул Нико.

– Чернорукие знают своё место. За контракт на Шатуна и Лешего никто не возьмётся. Даже за длинный сольдо «Легиона». Мы – церковная организация. Закрытая, насколько это возможно. Я полагаю, между лидерами убийц и понтификом в Циме существует что-то вроде договора. Всё-таки дела Инквизиции – вещь, не терпящая осуждения или вмешательства со стороны. Нас могут разве что к помощи привлечь.

Джакомо опустил взгляд и хмыкнул.

– Вот если бы эти двое дожили до пенсии, их вполне могли бы настигнуть. Если будет нужда. Ну а так… Ничто им не угрожает, – заключил он и добавил, шутя: – Кроме чародеев да монстров.

«Церковь называет Равновесием причастность к преступникам вроде Черноруких? Светская власть ищет убийц. А понтифик осуждает, но покрывает? Хороводы водит? Это не в лучшем свете выставляет всю нашу религию. Либо это я чего-то не догоняю?» – размышлял про себя Флэй.

– Ты сказал, что их даже не ищут, – напоминал Альдред. – Вы подавали на эту парочку какие-то запросы в «Несметный Легион»?

Колонна замялся. По всей видимости, сболтнул лишнего. Уходить от ответа командир не стал и сказал прямо:

– Да, отправляли депешу в Цим. У них там главный штаб или типа того. Генералиссимус «Легиона» понятия не имеет об их решении вступать в Инквизицию. Но и не противится. Для кондотты они уже не представляют интереса.

– А если бы представляли?.. – вдруг спросил Нико.

– За определённую сумму их могли б и отдать «Несметному Легиону». Главное условие – до зачисления в Инквизицию, – заявил командир. – Пришлось их, что называется, помариновать. К их счастью, ясность внеслась быстро.

Альдред покачал головой и подытожил для себя:

«Золото правит миром. От этого все беды…»

Сказанному Флэй не удивился: в конце концов, сестра Кайя также пала жертвой коммерческих изысканий Петефи.

– К слову, в Городе у нас нет филиала «Несметного Легиона». Зато базируется целый отряд. Они занимают огромное поместье на площади Мироносца. В том районе ещё где-то посольство империи Луров. Там об этих двоих тоже ни слухом, ни духом.

– Тогда чего они тут забыли? – возмутился Гараволья без видимой на то причины.

– Инквизиция – церковная военная организация, – повторял Джакомо. – А кондотта «Несметный Легион» – частная. В их дела никто не лезет. Налоги платят. Услуги оказывают качественно. И дело с концом. Я могу лишь предположить, что они ждут чего-то. А чего – неизвестно.

– Мутное дело, – решил Альдред. – Разве нет, капитан?

Колонна призадумался.

– Так-то оно так, но нам-то с них спрос какой? Парней отпустили с миром, раз на счету были в кондотте хорошем. Денег лишили? Не беда. С нами ещё заработают, – защищал их капитан. – Главное, чтоб не подставляли на заданиях. И уж поверь, Альдред, если бы не они, я б так и подох в джунглях. Даром что кое-чего в тропиках смыслю…

– Вопрос отпал… – сдался Флэй.

– Аналогично, – буркнул Гараволья.

– Отлично, – заключил командир «Гидры».

– Зовут-то их как? – заладил опять Альдред.

– Леший… – начал было Колонна, как вдруг вздохнул и пожаловался. – Хрен выговоришь ещё. Как правильно-то… Г… Гж… Гжегож… О Свет и Тьма!.. Гжегож Ратайзак! Или Ратайцак?.. Записали их каким-то хитрым алфавитом, еле понятно, что написано. Вроде как Ратайцак. Да, точно…

Нико знатно повеселило имя Лешего.

– Откуда это чудо в перьях выкатилось? – глумился он.

– Да вроде как с Орши, – вставил свои пять сольдо Альдред. В языках он кое-что смыслил. – Есть такое королевство где-то на севере. Очень далеко. Имена там есть куда мудренее, уж поверь.

Гараволья отсмеялся и лишь добавил:

– По нему я так и понял.

– В яблочко, – похвалил Флэя Джакомо. – Далеко его занесло. Ну, оршане вроде дальние родственники Радована Модрича. Он сам – из дражан.

Альдред пожал плечами.

– Понятия не имею, о ком вообще речь.

– Молвяне. Просто пойми, что в среднем и оршане, и дражане… – ломал себе язык тот, – и прочие наподобие – это все молвяне. Они пришли в Западную империю Дельмеев следом за лурами. Они – самые молодые в нашей гармонистской семье. А некоторые до сих пор не приняли единственно верную религию.