Чтение онлайн

— Где эти люди? — мой голос слегка дрогнул, выдав волнение.

Я не боялся незнакомцев, но меня смущало то, что детёныш грокса испытывал сочувствие. Кем бы не были эти люди, Таран их жалел.

Теневой монстр с восьмого слоя изнанки жалел людей. Может он и не хотел, чтобы я шёл на восьмой слой? Может он хотел, чтобы я помог тем несчастным, к кому он испытывал эту самую жалость?

— Глубоко, — прогудел Таран. — Папа отдохнул?

— Папа отдохнул и размялся, — кивнул я. — Ещё и силы немного восстановил, пока сражался с мелочёвкой.

— Таран покажет папе людей, — питомец мотнул головой, указывая на свою спину.

Я опустился на неё и убрал крылья. Таран подрос, и теперь я мог при желании даже лечь в полный рост на его спине, но вместо этого я сел удобно и ухватился за его рога. Он рванул с места и помчался, перескакивая через слои.

Через десять минут я понял, что расстояния здесь очень даже приличные. Примерно столько требовалось Тарану, чтобы добраться со мной от Тюмени до моего имения, а это почти двести километров. Хотя сейчас он скакал только через глубокие слои, что значительно сокращало расстояние.

— Таранище, а как ты вообще меня сюда притащил? — задумчиво спросил я. — Это же тебе полдня нужно было нести меня на спине. Ещё и при том, что я был без сознания.

— Папа держался крепко, — сказал Таран и, выскочив на четвёртый слой, замедлил бег.

— Хочешь сказать, что я сам держался за тебя? — уточнил я, окончательно запутавшись. Мне казалось, что я вырубился сразу после запечатывания разлома. Странно уже то, что я вообще нырнул в тень вместо того, чтобы вернуться на стену.

Таран остановился, и я спрыгнул с него на землю, которая на этом участке тени казалась живой. Она подрагивала и искажалась, будто не хотела пропускать нас дальше. Я посмотрел на Тарана и заметил на его шее свежие шрамы, похожие на следы от когтей.

— Таран? Ничего не хочешь сказать? — неужели я не отрубился до конца, и сам стремился попасть именно сюда?

Это многое могло бы объяснить. Только вот я не знал, почему мне было необходимо попасть в эту безлюдную ледяную пустыню. Со мной такое случалось в прошлой жизни, когда я отрубился после боя с ордами демонов, а через пару дней оказался в храме. Причём Лейн утверждал, что я прилетел на своих крыльях, якобы я слишком сросся с храмом и мог приползти домой в любом состоянии.

— Папа устал, но держался крепко, — повторил он, а затем посмотрел на меня. — Мы на месте.

— Если ты уже настолько хорошо понимаешь наш язык, да и говоришь не хуже, то называй меня хозяином, — сказал я. — Ты ведь знаешь, что я не твой папа.

— Хорошо, папа, — упрямо сказал он.

Я покачал головой и уже собирался задать следующий вопрос, как пол под нами задрожал ещё сильнее. Я покрутил головой и заметил, что изнанка не выглядит бесконечным бездонным простором, каким она всегда была. В двух шагах от нас находилась стена, сотканная из самой тени.

Причём она выглядела так, будто кто-то взял и отколол кусок изнанки. Края были неровными и изломанными. Я шагнул ближе и протянул ладонь, не касаясь острых краёв.

Что-то мне это напоминало. Точно! Маргарита Шаховская называла такие места теневыми карманами, а в моём мире это были карманы низкой реальности, где практически нет перехода между изнанкой и реальным миром.

Только в моём мире всё пространство занимала тень, выходящая в реальность, а здесь всё было наоборот. Здесь будто реальность вторглась на изнанку.

Посмотрев на Тарана, я увидел его готовность идти дальше и шагнул в проём между стенами изнанки. Земля под ногами слегка провалилась, но тут же вернулась в то же состояние. Она была похожа на резиновое покрытие беговой дорожки на полигоне.

Изнанка вокруг меня тоже сжималась. Края изломанных «стен» ползли навстречу друг другу, словно сжимающиеся челюсти гигантского чудовища. Таран невозмутимо шагал рядом со мной, поглядывая по сторонам.

— Знаешь, на что похожи эти стены? — спросил я, разглядывая местность, которая действительно казалась чем-то средним между изнанкой и реальностью. — Они похожи на теневые зубы. Так и жду, что они сейчас захлопнутся и отрежут путь назад.

— Ты угадал, — услышал я свистящий шёпот, который доносился сразу с нескольких сторон.

— Кто вы такие? — спросил я, пытаясь отыскать людей взором.

Странное дело, мой взор выхватывал всплески энергии, которые не только гасли и появлялись снова, но и перемещались с какой-то нереальной скоростью. Со мной решили поиграть в прятки?

— Мы — те, кто тебя уничтожит, — слова невидимки отразились эхом от стен, которые тут же схлопнулись за моей спиной. До меня донёсся противный скрежет, а затем наступила тишина.

— Ну попробуйте, — я достал из кольца молот и прокрутил его в руках.

Пусть Таран хоть обжалеется, но я не собираюсь стоять и ждать, пока кто-то пытается меня убить. Питомец покосился на моё оружие и раскрыл пасть. Его рёв разнёсся по всему участку тени, отразился от стен и чуть не оглушил меня.

— Гроксы? Здесь? — голосов стало несколько. — Пришли за нами? Зачем? Мы же с ними договорились…

— Эй, — я помахал молотом. — Покажитесь уже.

— Кто ты такой? Почему с тобой гроксы? — спросили два разных голоса. Вопросы так и сыпались, причём я точно знал, что говоривших несколько, но они будто подхватывали и продолжали одну и ту же мысль. — Как нас нашёл? Что тебе нужно?

— Меня зовут Константин Шаховский, я глава графского рода Шаховских, — громко сказал я. — Грокс рядом со мной — это мой питомец. Он привёл меня сюда, сказав, что вам нужно помочь.

После моих слов наступила тишина. Я буквально кожей ощущал, как меня сканируют. То, что передо мной тёмные маги, я понял сразу. Никто другой бы не выжил в теневом кармане. Как и не смог бы вообще попасть сюда.

Вопрос был только в том, почему тёмные оказались здесь. От кого они прячутся и на чьей стороне?

— Шаховский? — этот голос отличался от других. Он казался старше и глубже. — Докажи.

Я поднял вверх руку с фамильным перстнем и медленно покрутил ладонью, чтобы кольцо было видно со всех сторон. В течение пары минут ничего не происходило, а потом теневые стены разошлись в стороны, и я увидел то, от чего даже мне, опытному и закалённому в боях воину, стало не по себе.

Мне не показалось, что последний говоривший звучит иначе. И дело было не в том, что этот тёмный был более грозным или опытным. Просто он был единственным взрослым среди целого выводка детей.