Чтение онлайн

Через несколько минут после разговора с Егором Киреевым очнулась Вика. Она даже не расстроилась, что её любимая мебель, как и комната, разрушена. А вот ярости девочке было не занимать.

— То есть, кто-то пробрался в дом и всех нас усыпил каким-то артефактом?! — прокричала она, выслушав мой рассказ. — Да что они о себе возомнили? Мы — Шаховские, а не какой-то сброд!

— Госпожа, не волнуйтесь, мы усилили патрули, — попытался успокоить её Киреев.

— И что толку?! Вы сами сказали, что от прежнего количества гвардейцев осталась в лучшем случае половина, — Вика недовольно топнула ногой. — Вы разве не видите, что мой брат чуть не погиб? Вы хотя бы целителя вызвали?

Я усмехнулся. Девочку мало волновал тот факт, что её хотели убить. Она сейчас нарезала круги вокруг меня, словно тигрица, вынужденная защищать своих детёнышей. И это при том, что я меньше всего нуждался в защите.

На крики Виктории вскоре примчался Борис, а следом за ним в комнату девочки решительным шагом вошла Юлия Сергеевна. Увидев тело мага, она сощурилась, а потом перевела взгляд на меня.

— Костик! — ахнула она. — На тебе же места живого нет. Надо срочно спустить тебя на первый этаж и вызвать целителя!

— Хватит суетиться, — отмахнулся я от неё, невольно поморщившись от боли и откинув голову на стену, около которой сидел. Какая-то часть повреждений уже начала регенерировать, но до полного заживления собственными силами мне понадобится не меньше недели. — Ничего со мной не случится. Уж от ран точно не умру.

— Мужчины, — фыркнула бабушка. — Сначала храбрятся и отказываются от помощи, а потом сваливаются с ног от истощения.

— Судя по тому, что я вижу, с вами всё в порядке, — сказал я, сменив тему и оглядев родных. — Бабушка, у меня к тебе будет просьба. Нужно проверить всех наших гвардейцев на верность.

— Испытать или…? — она неопределённо повела рукой в воздухе.

— Или, — твёрдо сказал я. — Мне тут шпионы не нужны. Используй все возможности своего дара.

— Сделаю, Костик, — серьёзно кивнула Юлия Сергеевна. — Ещё указания будут?

— Не указания, а вопрос, — я вытянул ноги и упёрся ладонью в пол. — Что ты с моим монстром сделала?

Бабушка покраснела и начала стрелять глазами по сторонам. Я понятливо усмехнулся и попросил гвардейцев во главе с Киреевым покинуть комнату.

— Надо бы тело обыскать, — хмуро возразил командир гвардии, неторопливо двигаясь в сторону дверей.

— Я сам, — мотнул головой я.

Артефакты лишними не бывают, а тут мне их на блюдечке принесли. Законная добыча, так сказать. Киреев вышел из комнаты, и я повернулся к Юлии Сергеевне.

— Ну так что?

— Сон у меня был, наведённый, — неохотно сказала она. — Почудилось, будто я в засаде или на задании… вот и ударила не глядя. Инстинкт сработал.

— И что было дальше? — уточнил я.

— А ничего не было, — бабушка пожала плечами. — Тень всколыхнулась, и исчез твой монстрик будто его и не было. Ты уж прости меня… оно само как-то так вышло.

— Ну да, само, — я улыбнулся и прикрыл глаза, а потом решил вернуть шпильку. — Женщины. Всё-то у вас само собой случается, а вы будто и ни при чём.

Ответом мне стал слаженный вздох. Причём Виктория и Юлия Сергеевна вздохнули с виноватыми интонациями, а Борис — со страдальческим, почти взрослым осуждающим тоном.

Меня нестерпимо тянуло в сон. Стена под затылком казалась самой лучшей подушкой в мире, а наконец наступившая в комнате тишина убаюкивала. Уже сквозь сон я услышал голос Ивана Белого, который домчался до особняка на рекордной скорости.

Целитель что-то бормотал о самоуверенных и молодых аристократах, о нестабильном магическом источнике и времени на развитие способностей. Окончание его монолога я уже не услышал, вырубившись прямо на полу в разгромленной комнате сестры.

Когда я проснулся, в окно моей спальни снова били рассветные лучи. Никто не лежал на мне и не мешал дышать, зато рядом с кроватью в кресле дремал Борис. Я пошевелил руками и ногами, выдохнул с облегчением и расслабился.

Ничего не болело, разве что в плече ощущалась тяжесть от заживающей раны. Но это такая мелочь, что я почти её не заметил. Главное, что Белый меня подлатал, а слуги отмыли от крови.

Никаких тренировок мне сегодня не хотелось. Как и вообще любых действий. Хотелось отлежаться и отдохнуть после битв, заняться чем-то полезным.

Кажется, пришло время разобраться с договорами рода Шаховских и заодно подать заявку на пополнение гвардии. Надеюсь, Юлия Сергеевна уже проверила наших ребят на гнильцу.

Хотя, я же не знаю, сколько времени прошло после моего боя с воздушником. И я так и не обыскал его, не проверил артефакты и возможные «сюрпризы», которые вполне могли оказаться при нём.

Я подскочил на кровати и спустил ноги на пол. От моего резкого движения встрепенулся Борис и, щурясь после сна, запустил в мою сторону теневой кинжал. Перекатившись, я пропустил лезвие над своей головой и на автомате соткал барьер из тьмы.

Удивились мы с братом оба. Я — тому, что барьер у меня получился с первого раза, а Борис — тому, что чуть не добил своего брата сразу после того, как тот восстановился после ранения. Мы замерли напротив друг друга, шумно дыша и не двигаясь.

— К-к-костя, — заикаясь сказал брат. — Я дежурил всю ночь, сам не заметил, как заснул.

— Когда ты успел натренироваться в метании теневых клинков? — почти одновременно с ним спросил я.

— Ты же показал мне, как управлять силой, — он неловко переступил с ноги на ногу. — А потом я подсмотрел твой бой с тем… теневиком. Видел его косы? Когда я смогу так же?

— Судя по всему, уже скоро, — проговорил я, убирая щит. — Ты быстро учишься.

— Спасибо, — мальчик расплылся в счастливой улыбке, а потом вдруг помрачнел. — Только мне не разрешают на полигоне тренироваться.

— Я разберусь с этим, — пообещал я ему, а потом заметил заинтересованный взгляд брата, скользящий по моему телу. — Что-то занятное увидел?

— Шрамы, — заворожённо ответил он, указав пальцем на следы проклятий. — Их даже наш целитель не смог убрать. Они навсегда останутся?

— Угу, — я посмотрел на бедро, которое пронзил теневой шип с проклятьем, и усмехнулся. — Уверен, что однажды и у тебя такие появятся. И лучше бы тебе в этот момент быть рядом с сестрой.

— Почему? — спросил Борис, продолжая рассматривать мои шрамы.