Чтение онлайн

– Теряем скорость!
– воскликнула Диана, каким-то чудом все еще умудряясь тащить ховер вперед.
– Риши, чего ты тянешь? Избавься от них!

Вот тебе здрасьте!

– Каким это, интересно, образом?

– Не знаю! Придумай что-нибудь!

Большого разнообразия вариантов на ум отчего-то не приходило.

Ясно, что вручную этот захват мне ни за что было не отцепить. Крепления механизма вошли так глубоко в обшивку, что оставалось только дивиться, как они не повредили двигатели. Единственным разумным вариантом казалось попробовать отстрелить эту штуку...

Наведя ствол своего бластера на трос, я нажал на спусковой крючок и, разумеется, промазал.

– Да что ж ты за стрелок-то такой?!
– в сердцах высказалась шаманка.

– А сами не хотите попробовать?
– тут же осведомился я. Ховер так трясло, что оружие у меня в руках ходило ходуном.

– Зря тужишься, маленький Динальт!
– послышалось радостное сверху.
– Вам все равно не уйти. А будете пытаться, только себе хуже сделаете. Вы нам нужны живыми, но это еще не означает, что невредимыми!

Голос говорившего курсу был мне незнаком. Видимо, хитрый уродец Наро"Тик предпочел не ввязываться в погоню самостоятельно, поручив поимку своим прихлебателям. Задрав дуло бластера кверху, я выстрелил прямо в наглую чешуйчатую рожу.

Алый росчерк мгновенно преодолел разделявшее нас расстояние, успешно угодив в цель. Я и сам удивился, когда курсу, коротенько взвизгнув, замертво свалился за борт...

Понятно, что оставшихся фебов это не обрадовало. Жуткий звериный рык раздался по ту сторону троса и на месте только что умерщвленного курсу появился другой...

Трос резко натянулся сильнее, едва не заставив всех нас выскочить из почти вертикально накренившегося ховера!

– Как только доберусь до тебя, малец, отгрызу руку вместе с бластером!
– в бешенстве выкрикнул рептилоид.

Я был слишком занят попытками удержаться внутри, чтобы испугаться и как-то отреагировать на его слова. Диана все еще сражалась с управлением, стремясь выжать из машины по максимуму. Но пока ее попытки отцепиться от поганого крюка не приводили к успеху.

Еще раз выстрелив по безобразной рептильей морде и заставив ее поспешно скрыться из виду, я вновь обратился к шаманке:

– Где ваши чудесные способности, когда они так нужны?

– Возможно, там же, где и твои!
– парировала огианка, заставив меня с недоумением воззриться на нее.

– Вы это о чем?

– Ты же не считаешь нашу встречу на барже совпадением?

Не будучи мотивированным к размышлениям на эту тему, я быстро пожал плечами:

– Понятия не имею. Если честно, то я вообще пока об этом не задумывался.

– А стоило бы! Потому как, в этом случае, ты бы понял, насколько переплетены между собой наши судьбы!
– Тассия громко фыркнула: - Тоже мне сыщик...

Новый выстрел прозвенел о борт и рассыпался алыми искрами.

– Вы часом головой не ударились?
– не удержался и выпалил я, отпрянув назад, но все еще обращаясь к шаманке.
– Какие еще судьбы? Чем переплетены? Что за чушь?! Нас вот-вот прибьют, а вы о метафизике поговорить вздумали?!

– Да как же ты не понимаешь!
– всплеснула руками Тассия Руэ.
– Я не философствую. Я лишь пытаюсь донести до тебя истину, которую ты упорно не желаешь замечать! Ты ждешь, что я чудесным образом спасу нас от этих жутких головорезов. А я говорю: ты в силах сделать это сам, без чьей-либо помощи! Так напряги мозги и заставь клан Феб отступить! Ну же!

Я уставился на нее как на идиотку, не зная, то ли смеяться, то ли кричать. В любом случае, оба варианта не принесли бы мне того, что на тот момент было крайне необходимо, а именно - ответа на вопрос:

– Как мне, по-вашему, справиться с этой оравой?

– Никак, - спокойно покачала головой шаманка.
– Просто поступай так же, как и всегда.

Я открыл рот, но, не зная, что сказать, быстро закрыл его обратно. Эмоции переполняли меня, устилая взор алой дымкой. Тайная и, быть может, самая опасная сторона моего "Я", которую я всю жизнь прятал в ящике, рвалась из него наружу, тщетно пытаясь сбросить крышку... Мне хотелось орать от бешенства, порожденного бессилием, а от бессилия - биться головой о спинку своего же кресла. Только я понимал, что ни то, ни другое не помогло бы отделаться от фебов...

Трос натянулся как струна. Если б не какофония постороннего шума, можно было даже услышать, как он поет на ветру. Мы по-прежнему летели, если то, что происходило, вообще можно было назвать полетом. Ховер все так же шел под углом почти в девяносто градусов вниз, а позади и выше, словно в лоханке на привязи, пытались подтянуть нас к себе неугомонные наемники.

– Двигатели вот-вот перегреются, - посетовала Диана, сверяясь с приборной панелью.
– И, если эти ненормальные не отцепятся, чует мое сердце, у нашей погони будет очень недобрый финал.

– Что же ты собираешься предпринять, Риши?
– осведомилась Тассия Руэ, всем своим видом намекая, что наши жизни целиком зависят от меня.

Жутко хотелось огрызнуться, но я промолчал, зная, что это бы ничем помогло.

Я принялся перебирать в уме возможные варианты спасения, лихорадочно изобретать способы оторваться. Только ни один из них не годился.

Разозлившись сильнее, я снова посмотрел наверх, где хищные морды фебов продолжали корчить злорадные гримасы, и встретился с одним из них взглядом...

Сказать по правде, я понятия не имел, что собирался с ним сделать. Просто мысленно вцепился в него с твердым намереньем ни за что не отпускать. Я совершенно отрешился от происходящего. Из-за чего, вся эта безумная погоня на головокружительной высоте, отдаленный гул полицейских сирен и вопли пилотов встречных машин как будто выпали из фокуса. Сделались неважными. Как и клан Феб, удерживавший нас мертвой хваткой... Остались только я и курсу, чьи черные-пречерные зрачки-щелки отчаянно сопротивлялись моему давлению, не позволяя проникнуть за ментальный барьер...

Чем-то это напоминало детскую игру в гляделки.

Беда заключалась лишь в том, что тьме, скрытой внутри моего ящика, невозможно было противостоять...

Мало по малу, неповоротливый разум хищника начал поддаваться. Я заметил, как взгляд головореза довольно легко потерял былую осмысленность и сделался совершенно стеклянным.

Это придало мне дополнительных сил и уверенность.

Казалось, прошли часы, прежде чем я почувствовал, что все-таки подчинил себе его волю.

Будучи убежденным, что могу приказать курсу что угодно и он безропотно подчинится, я заставил его освободить нас от гарпуна.