Чтение онлайн

Продолжая дрожать, будто выброшенный на яртеллианский мороз кутенок, я временно утратил способность критически мыслить, а потому лишь продолжал тупо смотреть на колбу.

Госпожа претор долго тянуть с ответом не стала:

– Только представь, какие возможности дает обладание источником подобной силы. Все равно что приручить стихию. И мы в шаге от того, чтобы это сделать! Многие-многие столетия куаты отчаянно сражались с лейрами за каждую пядь пространства, в том числе и духовного. Обладая практически неограниченной властью над энергией и материей, лейры навязывали свою волю Галактике. Настала пора, когда все изменится. Теперь у руля встанут куаты, заслужившие это право своей отчаянной борьбой. Тень лейров станет причиной возвышения их исконных врагов! Ну разве это не иронично?

– Что может быть ироничного в том, что вы собираетесь навязать новый галактический порядок?
– спросил я.

Глаза Метары расширились так, что век не стало видно. Он выдохнула:

– А что, разве когда-то бывало иначе? Со времен первых попыток анаки освоить космическое пространство, нормалы только и занимались тем, что воевали за власть. Появление, а следом и уничтожение лейров никак не повлияло на ход вещей. Постоянная борьба за жизнь - краеугольный камень эволюции.

– Хотите сказать, вы делаете это ради общего блага?
– мне и в голову не пришло убирать из голоса сарказм.

Но Метара меня проигнорировала.

– Тот, кто сумеет обуздать дикую мощь Тени, будет обладать властью диктовать свою волю не только Риомму, Тетисс или полчищу их верных подпевал, но и вообще всей нашей необъятной Галактике!

– Зачем это вам?

Сверкнув на меня глазами ящера, она сказала:

– Старая поговорка гласит, что Тень хочет быть использованной. Так вот пришла пора дать волю ее собственным желаниям.
– Отвернувшись к Симпкину, Метара приказала: - Доктор, отключайте сепаратор. Верните Номеру Два его тщедушные силенки и отведите к остальным.

К остальным?.. Но следующие слова ее заставили меня отвлечься:

– Мне вот что на данный момент интересно, Риши, - будет ли твоя Тень такой же бледной и слаборазвитой, как у него, или удивит нас чем-то неимоверным?

– То есть, это не первая Тень, которую вы... извлекаете?
– сочтя ее вопрос риторическим, в свою очередь осведомился я, пока Симпкин возвращал все к исходнику. Оказалось, что без воздействия сепаратора, сущность сама возвращается обратно туда, откуда была вырвана! Хоть это хорошо...

– Разумеется, нет, - откликнулась Метара.
– Впрочем, должна признать, и они не смогли вызвать во мне сакральный трепет.

– А вот это меня не удивляет, - сказал я, чем и вызвал короткий приступ звонкого женского хохота.

– Мне нравится, что даже в такой ситуации, ты не теряешь присутствия духа и умудряешься острить. Твой брат, должно быть, души в тебе не чает.

Зря она Мекета упомянула. Очень зря.

Снова заглянув в ее глаза, я резко подался вперед настолько далеко, насколько мог, а затем вкрадчиво проговорил:

– Надеюсь, осознание этого облегчит ваши страдания, когда он придет за мной!

Несколько раз моргнув от неожиданности, Метара вдруг запрокинула голову и снова громко расхохоталась.

– Так ты и впрямь надеешься, будто этот жалкий трус и пустомеля явится сюда ради того, чтобы спасти тебя?
– осведомилась она и сложила ладони на груди.
– Как же это трогательно! Готова прослезиться. Честно! Жаль, я знаю Мекета Динальта немного лучше, чем ты. А ведь он столько сотворил с тобой!..

– Технически, он спас мне жизнь, - напомнил я с гораздо большей убежденностью, чем ощущал на самом деле.
– Но я рад, что осознание этого вас умиляет.

– Еще бы! Всякое выражение родственных чувств, на мой взгляд, достойно умиления. Кроме того, полагаю, не ты один обрадуешься, если Динальт каким-то чудом вдруг объявится здесь, на Тиссане...

Метнув в сторону Ди колючий взгляд, я понял все без пояснений. Случись этим двоим столкнуться на узкой тропинке, мирно разойтись они уже не смогут и будут биться, пока в живых не останется только один...

– Я знала Мекета задолго до твоего появления. Хорошо знала. А потому считаю своим долгом сообщить: не стоит надеяться понапрасну, - продолжила Метара, вновь попытавшись придать нашему диалогу нотки интимности.
– Даже если бы ему были известны координаты этой базы, у него бы ни за что не хватило мужества броситься тебе на выручку. Ты любишь брата, но не разбираешься в его психологии. Он предпочтет отсидеться в какой-нибудь вонючей дыре, чем отважится на миссию спасения, заранее обреченную на провал. По правде сказать, я даже не уверена, что ты вообще имеешь для него какое-то значение. И знаешь, что подтолкнуло меня к такому выводу?
– Она нарочно выдержала паузу.
– Будь оно иначе, он бы присматривал за тобой лучше!

Не могу не признать, в словах Метары была доля истины. Они ударили по моему самообладанию невидимым раскаленным прутом, заставив подавляемые страх, ненависть и отчаяние вырваться наружу новым всплеском чудовищной силы... Я приготовился разметать их, точно ветром былинки, но с удивлением обнаружил, что потерял способность коснуться источника. Нет, его бурлящую внутри ящика мощь я продолжал ощущать, но выплеснуть наружу, почему-то, не мог...

– Что? Никак?
– с издевкой поинтересовалась Метара, сияя белоснежным оскалом.
– Сюрприз! Совсем забыла, знаешь ли, сказать, что, помимо отделения Тени от тела, мы еще научились контролировать ее проявления у подопытных. Временная, хм... импотенция, так сказать. Удивительная и полезная штука, кстати говоря. В особенности, когда имеешь дело с непредсказуемыми индивидами... Когда долгие годы общаешься с самыми отъявленными негодяями Галактики, так или иначе научишься перестраховываться. На всякий случай.

Воззрившись на нее зверем, я задушил в себе вопль негодования и заставил себя выговорить ровным и ничего не выражающим тоном:

– Ладно. Будем надеяться, ваше умение вас не подведет.

Мои слова Метаре не понравились.

– Не сомневайся, - пообещала она и резко отодвинулась, сосредоточив внимание на Симпкине: - Доктор, что там с результатами биосканирования?

– Почти все готово, мадам, - отрапортовал он.
– Осталось дождаться показаний диагностики генетической метки и можно приступать.

– Дайте взгляну.

Быстро пробежав длинными узловатыми пальцами по клавиатуре, Симпкин вывел на голографический экран изображение нескольких диаграмм с неразборчивыми подписями и гордо продемонстрировал их своей хозяйке.

Приблизившись к голограмме, Метара со знанием дела внимательно изучила представленные материалы, после чего сильно нахмурилась и перевела озадаченный взгляд на меня. Она прищелкнула пальцами, выдернув Аргуса из задумчивого созерцания, и поманила его к себе. Тот подчинился, будто и правда был на невидимом поводке.