Чтение онлайн

И откуда я, блин, это знаю и главное - понимаю?

На миг на краю сознания блеснуло что-то, какая-то мысль, но не смогла оформиться и погасла.

Но я знал точно одно: до сих пор я не имел понятия что существует слово "крабомаг". Это отражало эйдос Огдена.

Мне казалось, я придумал это слово сам. Мне так казалось.

... Когда я открыл глаза, зелень листвы пробивали первые косые лучи солнца. Я встрепенулся, понимая что настал восход, и помнил что нужно что-то сделать. Проморгавшись, вспомнил - эликсир.

Рядом обнаружилась бутылка и котелок с водой, Элины рядом не было, зато обнаружился сэр Аксель, он был ещё жив, и издал тяжелый стон, когда я случайно коснулся его обожженной руки.

Не теряя времени, я набил бутылку травами, залил водой и на несколько мгновений замер, вспоминая глиф.

... И вот я уже обмываю целебным зельем раны рыцаря. Кто-то избавил его от ошметков брони, и влил достаточно обезбола чтобы тот не отрубился от болевого шока.

Кровавые струпья стали белой пеной, и стекли с розовой кожи...

Один глоток я влил ему в рот.

Аксель издал тяжелый вздох и задышал ровно. Он крепко спал в наркотическом сне. И как мне виделось, спать будет ещё долго.

На поляне воняло гарью, не смотря на то что ветер дул от лагеря. Несло чем-то кислым и чем-то сладковато-тошнотворным. И конечно же пахло жареным мясом.

– Я знал, что он дождётся, - сказал я подошедшему Бериту. Тот кивнул:

– Он сильный. Слушай, Торан, - он слегка замялся.
– Без тебя мы бы не справились. Я рад что ты с нами. Спасибо.

– Если б не твоя наука...
– через силу сказал я.
– ... Я б наверное тоже бы не справился.

– Тебе так пригодились уроки копья?

– Мне пригодилось понимание образа мысли воина, - пояснил я.
– Этот Огден - не маг. Вы кстати, обыскали его тело?

– Ага. Все трофеи - твои, правда их немного. Что ты имел ввиду, говоря что он - не маг?

– Он...
– я не знал, как объяснить то, что я чувствовал.
– У него была сильная магия, и он знал для чего её можно использовать, но это - образ мышления не мага. Завести в засаду, снять часовых и вырезать лагерь - на что похоже? И где, кстати, сэр Парис?

Берит мрачно вздохнул:

– Мёртв. Отравлен ядом пауков.

– М-да.

– К твоему вопросу, - Берит прищурившись глянул в сторону восходящего солнца.
– этот образ действия подходит разбойнику.

Мне пришла в голову мысль, что возможно Огден был не так уж и плох, по крайней мере его план предусматривал запасные варианты, как например, если рыцари перебьют дешевых наемников, можно поднять их в виде нежити. Но запасного варианта на случай, если среди крестоносцев вдруг окажется маг - у него не было. А я бы на его месте подготовился и к такому варианту.

А ещё я понял - о себе - что я в момент битвы не думал что столкнусь с чем-то неизвестным, с чем неизвестно как сражаться. Я просто сражался, ненавидя, и желая убить. И ощутил удовлетворение, выпуская кровь из Огдена сотней мелких порезов, чувствуя как он сходит с ума от страха и пытается вымолить пощаду. Да, так и должно быть.

Этот уёбок посмел замахнуться на моё.

Я всегда мечтал убить любого, кто протянет лапу к тому, что принадлежит мне. Куску хлеба, новым башмакам... Пока у меня не было силы, я мог лишь глотать слезы и тихо ненавидеть их.

Теперь я мог их убить.

Эту силу дала мне Лераэ. И этой силы становится всё больше. И мне это нравилось!

– Мы перенесли лагерь дальше по дороге, - сказал Берит.
– Поможешь перетащить туда сэра Акселя? Элина там завтрак уже готовит. А парни отсыпаются, вымотались.

– Хех, понимаю. Я сам никакой...
– мы подхватили рыцаря под руки и поволокли к дороге, она изгибалась вправо, и с каждым шагом мы приближали момент, когда косые лучи солнца будут бить нам прямо в глаза. Укатанная земля под ногами становилась всё суше.

– Смотри, Торан, - остановившись на миг, сказал Берит.
– Смотри! Восходит солнце!

Над лесом было около трети багрового, наливающегося желтизной шара, осязаемо излучающего тепло, прогоняющее зябкость и холод из мышц.

– Восходит солнце, - повторил Берит.
– Мы выжили.

Мы выжили...

Пока сэр Аксель отсыпался, Берит и Хаккет, за обе щеки уплетающие завтрак, наперебой расссказывали о произошедшем ночью. Элина, помешивая компот в котле, с интересом слушала, как впрочем, и я.

Как оказалось, попытка врага нарушить управление отрядом с помощью заклинания молчания не возымела полного эффекта, ибо воины не нуждались в командах чтобы занять своё место в строю. Сэр Аксель обратил их против зомби, но не забывал смотреть по сторонам, и когда я начал свой поединок с магом, показал мечом направление атаки - и воины повиновались, ударив зомбакам во фланг, и разворачиваясь так, чтобы зомби оказались между отрядом и вражеским магом.

Проблема была только одна - со всей мощи врубившись в мертвецов, воины сильно сократили их количество.

Это объясняло почему маг выстрелил в Акселя, а не в Элину или меня. Разделавшись с зомбаками, воины бы взялись и за него, а уж толпой запинать того, кого я заковырял в одиночку - вообще не проблема.

В общем, они видели приближающуюся смерть и попытались защищиться, сомкнув щиты (в то время как надо было бросаться в рассыпную). Откуда им было знать что сталь, дерево и кожа не защитят их от волшебного огня?

В итоге центр превратился в пепелище, посреди которого устоял лишь сэр Аксель, и то, благодаря латам. Те кто был лишен брони и полагался лишь на простой деревянный, обитый кожей щит, погибли на месте.

Мне пришла в голову мысль что это и был переломный момент - Огден потерял концентрацию, либо намеренно прервал, чтоб сосредоточиться на мне. Он полагал что без командира воины полягут в сражении с нежитью, а потом настанет и мой черёд - и не угадал. Недооценил он сэра Акселя.

... в отличие от него, сэр Парис умер бесславно и максимально тупо. Он стал первой жертвой пауков, пойманный буквально со спущенными штанами, и его нашли в дурнопахнущей луже говна, всего малинового и раздувшегося от яда.